Заместитель Его Величества. Пламя надежды для короля льдов

7.3

Сириус

Неделя прошла мимо меня. Был так погружен в работу, что времени на остальное не хватало. Слишком много дел было отложено, но дальше держать их на паузе было невозможно. Ирма принимала активное участие, и всё это время помогала мне с теми или иными вопросами. Заместитель из неё был хороший. Не потому, что я испытывал к ней некие чувства, а потому, что она понятливая, находчивая, острая на язык, смышлёная, и привлекательная, что тоже сыграло свою роль, хоть и раздражало меня.

Медленно, но уверенно, я учил её всему, что должен знать правитель и приобщал её к этой стороне жизни. В лучшем случае — ей это пригодится для роли моей жены, в худшем — для роли правителя, либо же она сможет обучить этому другого преемника.

Всё шло прекрасно, кроме одного — улыбка на лице Ирмы потухла, она всё время была серьёзной и это заставляет задуматься. Не могу я поверить, что это из-за работы или усталости. Ирма не боится трудностей, и любая работа для неё сущие пустяки с её-то энтузиазмом. Тут что-то другое.

После однодневной передышки от работы, мы встретились в мастерской, как и договаривались изначально. Ирма всё также была не в духе, но ответственно помогала мне, всё записывала, подавала инструменты. Интересовалась, что я делал, просила, чтобы я дал ей что-нибудь прикрутить. Принимала активное участие в ставшем общем деле, что невероятно грело подмёрзшую душу.

Спустя какое-то время перенимаю её настроение. Стало до одури грустно, что я занимаюсь ерундой, которая мне не поможет. Моментами хотелось всё бросить, но от её ненавязчивых, успокаивающих прикосновений, которых всё также не ощущаю, становится лучше. Помутнённый от горечи рассудок приходит в норму.

Удивительное рыжее создание. Она верит в меня, как никто другой, восхищается всем, что я делаю, разжигая во мне желание жить. Тогда почему же я ною и готов всё бросить? Ради Ирмы, ради наших, непонятных до конца, но точно существующих, отношений, я должен пробовать, пока не получится.

Кладу свою ладонь, поверх её руки всё ещё находящейся на моем плече. Всегда стараюсь её касаться. В мыслях размышляю какая у неё кожа — мягкая, тёплая, а на вкус словно карамель?

— Расскажешь, что с тобой происходит? — нарушаю эту убийственную тишину, иногда заглушающуюся рабочими сухими вопросами.

— А что со мной не так? Всё в порядке, — пожимает плечами и сразу же отводит взгляд, а меня такое категорически не устраивает. Это до встречи с ней я жил в состоянии покоя и тишине, а сейчас привык к шуму бесконечно говорящей Ирмы.

— Я чувствую, когда ты врёшь.

— Расстроилась.

Для начала уже неплохо, но информации по-прежнему мало.

— Из-за чего?

— Из-за кого.

— Из-за меня? — что ещё за новости? Когда успел её обидеть, а главное чем?

— Ты вывел меня в свет, как своего заместителя.

— Вот как… Интересно. Что ещё?

— Я тебе не нравлюсь.

О, Великие льды! За что?! Я думал это очевидно, что она мне не безразлична. Только слепой и, как оказалось, Ирма этого не замечают.

— С чего ты взяла?

— Ты бы представил меня иначе.

— Но ты мой заместитель — это факт, Ирма. Мы собирались по важным рабочим вопросам. Когда станешь моей женой об этом обязательно все узнают, — сначала её глаза округляются, на озадаченном личике проявляется румянец. Забавная, сама же хотела услышать мои намерения, а теперь смятено смотрит в стену, отвернувшись от меня.

— Ты врёшь!

Хоть иди прыгай в Бездну с разбега!

Вскакиваю со стула, беру её за руку и вывожу из комнаты. Мы следуем по коридору, спускаемся вниз по лестнице, ведущей к выходу.

— Куда ты меня тащишь?

"Выходи", — болью пульсирует в голове голос, с которым я согласен.

Что-то было не так с Ирмой или со мной, или с нами. Всем нутром чувствую, что она ключ не только к моему сердцу, но и артефакту, а там уже и проклятью. Но чтобы убедиться нужно пойти на риск.

Подходя к двери, ведущей на улицу, застываю. Сильнее сжимаю руку Ирмы.

— Если бы я к тебе ничего не чувствовал, то доверил бы тебе свою жизнь?

Делаю шаг вперёд, потащив её за собой. Яркий свет бликующий на снегу режет глаза, под ногами громко хрустит снег. Медленно наклоняюсь вниз и зачерпываю его рукой, слепив снежок. На улице, а не на балконе! Показываю его Ирме, как умалишенный, а она была с ним одного цвета, глаза перепуганные, рука трясется в моей сомкнутой ладони.

Из-за угла выходит Райла, увидев меня она то ли обрадовалась, то ли испугалась.

— Сириус! — позабыв обо всех условностях обращается ко мне по имени и пробирается к нам на встречу сквозь сугробы.

— Получилось что ли? — тихо и перепугано спрашивает Ирма, а я не могу ответить, потому что потерял дар речи.

Все казалось другим, даже воздух здесь был не такой как во дворце.

Вокруг повисла тишина, все молчали. На стенах дворца и находящихся рядом строениях приятно потрескивал мороз, ветер врезался в лицо, заставляя чувствовать себя живым. Я жадно вслушиваюсь в каждый шорох, с любопытством рассматриваю всё, до чего дотягивается взгляд. Глаза разбегаются, мысли не собрать воедино, хочется бежать куда глаза глядят, как ребенок, дождавшийся, когда закончится наказание и он снова может идти гулять. Детство, которого не было, больно напоминает о себе воспоминаниями, когда весь мир ты изучал через рассказы и рисунки мамы. Теперь этот недосягаемый мир перед тобой, но сделать ещё один шаг страшно, потому что не знаешь сколько времени отведено для этого момента.