Заметить тебя

Глава 1

Лизи

Ночь опустилась на город мягкой весенней пеленой. Огни Манхэттена внизу — россыпь золотых и белых точек, мерцающих как рождественская гирлянда, которую забыли снять. Звезды над головой — редкие, бледные, потому что в Нью-Йорке звезды всегда проигрывают неоновой рекламе на Таймс-сквер.

Субботний вечер. Он должен быть идеальным.

Я смотрю в окно ресторана «У Эмиля» на 15-м этаже и думаю о том, как же чертовски приятно просто сидеть и не думать о работе. О том, что завтра не надо вставать в 7:15. О том, что можно выпить бокал вина, не проверяя почту каждые пять минут.

О том, что я наконец-то вижу своего парня.

Майкл сидит напротив. Высокий, темноволосый, с идеальным пробором и дорогими часами на запястье, которые стоят больше, чем моя аренда за полгода. Он работает в престижной финансовой компании, носит костюмы с иголочки и говорит о фондовых рынках так, будто они его лучшие друзья.

Он красивый. Правда. Нужно быть слепой, чтобы это отрицать.

Просто... сегодня он какой-то странный. Сидит напряженный, как струна, крутит бокал в руках, но не пьет. Глаза бегают по залу, будто ищут пути отступления.

Я списываю это на усталость. Мы почти не виделись две недели — он был в командировке в Чикаго, я зашивалась с отчетами перед квартальной презентацией. Пару раз он заезжал ко мне после работы, когда я уже почти спала, — быстро, по-деловому, как будто я была пунктом в его списке задач. «Привет, как дела, давай я останусь на пару часов».

Я не жаловалась. Я вообще не жалуюсь на то, что он приходит. Потому что я люблю его. Или думала, что люблю. Или просто хотела верить, что это любовь, а не привычка — потому что привычки бывают разными, и некоторые из них сложно сломать, даже когда они уже не греют.

Я делаю глоток вина. Оно сухое, немного терпкое, оставляет на языке приятное послевкусие. Сегодня я позволила себе расслабиться — сделала всю работу заранее, перенесла встречи на пораньше, отключила телефон, хотя это было почти физически больно, потому что мой телефон — это продолжение моей руки, и кто-то из отдела мог бы написать в любой момент. Но сегодня — нет.

Сегодня я отключаюсь. Сегодня я не ассистентка, не собачка на побегушках, не девочка, которая таскается за своим боссом с папками и кофе. Сегодня я просто Лизи. Девушка на свидании с любимым мужчиной. Девушка, которая надела кремовое платье с кружевными вставками на груди, элегантный пиджак поверх, лучшие туфли на шпильке.

Ну, и все остальное тоже с кружевом. Потому что кружево — это мое «я». Даже если никто не видит, я знаю, что оно есть. Это как тайный разговор с самой собой: «Ты не просто офисный планктон, ты — женщина, которая носит кружевные носки под строгими брюками».

Я поправляю волосы, заправляя их за ухо.

— Так вот, — говорю я, улыбаясь. — На этой неделе был просто ад. Представь: эти чертовы панели SmartBuild, которые должны были доставить во вторник, застряли на таможне, потому что кто-то забыл заполнить какие-то документы. И Хантер, конечно, смотрит на меня так, будто это я лично задержала груз. Я чуть не сказала ему: «Эванс, если ты так хочешь, я сама полечу в Гонконг и привезу эти панели на своем горбу». Но промолчала. Потому что он бы воспринял это всерьез и спросил, во сколько у меня рейс.

Я хихикаю. Смех выходит немного нервным, но я стараюсь держать лицо.

— И потом этот ужасный тендер с EverGreen. Ты представляешь, они предложили ту же технологию, но на 15% дешевле. Хантер, конечно, был в бешенстве. Мне пришлось сидеть с юристами до девяти вечера, проверять контракты, чтобы найти какую-нибудь дыру, которую можно использовать. Я уже видела эти цифры во сне, Майк. Причем они снились мне в виде маленьких злых монстров, которые плясали вокруг моей кровати и кричали: «Подпиши! Подпиши!»

Майкл улыбается. Но улыбка какая-то... натянутая. Как будто у него болят зубы.

Я продолжаю рассказывать о том, как пришлось переносить совещания, как я чуть не пролила кофе на парня из отдела рекламы. Я делаю это легко, с самоиронией, не жалуясь, просто делюсь кусочком своей жизни.

Потому что это я. Это мой мир. И я хочу, чтобы он знал мой мир.

Я допиваю бокал и смотрю на Майкла.

Он не смеется.

Смотрит в свою тарелку. Крутит вилку. Выдыхает. И я вдруг замечаю, как его плечи напряжены, как он сжимает челюсть, будто готовится к чему-то.

— Лизи.

Он произносит мое имя не как обычно — с ленцой, с привычной интонацией. А как-то... весомо. Как будто оно весит тонну.

— Да? — Я улыбаюсь, но внутри что-то сжимается.

Он молчит. Смотрит на меня. Потом отводит взгляд, потом снова смотрит.

— Нам надо поговорить.

Я смеюсь. Звук выходит удивленным, легким, потому что я не знаю, как реагировать.

— Мы и так разговариваем. Разве нет? Это же называется «разговор». Ты говоришь, я говорю, мы обмениваемся словами. Я даже могу говорить о погоде, если хочешь. Хотя погода сегодня — просто отличная. Весна, цветы, птички.

Майкл не улыбается.