Замок чёрного единорога

10.1

Видящими в этом мире были предсказатели, чьи прогнозы обычно звучали очень туманно, но эти люди весьма ценились, и их предпочитали держать поближе к себе. Если Дамиано был капитаном этого корабля – что уже стало понятно – то господин Костолом, сейчас с жутковатой улыбкой смотрящий в пространство и молчаливо протягивающий ладонь, был не простым помощником.

Письмо и мешок с монетами я передавала дрожащей рукой, но не от того, что опасалась старика – просто от него веяло такой мощью, что моя собственная сила ощерилась, как дикая кошка. Выгнулась дугой при виде опасности, распушила хвост, готовая в любой момент наброситься, а вот я сама пока не понимала, чего ждать от нового знакомого.

─ Ну, мы пойдём, наверное, ─ неуверенно прошептала леди Энрир, уже схватившись за ручку, только дверь была по-прежнему заперта, а с нами точно не спешили прощаться.

Старик почти безразлично взвесил монеты, остался доволен, припрятав мешочек в карман балахона вместе с письмом, после чего хитро протянул:

─ Разве не хочется вам обеим узнать что-то?

─ А разве Вы можете сказать что-то новое? ─ усомнилась я. ─ Здесь никто не говорит, что происходит, потому что не может.  

Мужчина, словно не страдал проблемами со зрением, отошёл к окну и задумался, а затем тишину разбили интригующие слова.

─ Однажды князь устроил бал и всех друзей своих собрал… ─ протянул он, заставив нас напрячься и обратиться в слух. ─ Но непростой был этот бал, ведь праздник лишь предлогом стал…

Пауза, возникшая следом, всё затягивалась и затягивалась, а нервы Видящий накрутил до предела, но если я ещё держалась, то вот Марго не сумела.

─ Хотите сказать, Хозяин долины устроил маскарад ради того, чтобы что-то выяснить? ─ она даже шаг сделала к старику, преодолевая собственный страх перед ним. ─ Что? Что случилось в этом клятом замке? Да не молчите Вы!

Однако тот продолжал отмалчиваться – раздумывая, стоит ли дальше говорить, а может, просто завис, и когда наше терпение достигло пределов, старик соизволил заговорить.

─ … Любовь, что грела его дом, вдруг обернулась страшным сном, и те, кто раньше был друзьями, в мгновенье сделались врагами. Слова, сорвавшиеся вмиг, навеки заточили их…

Леди Энрир, как сама ответственная, уже где-то разжилась бумагой и пером, срочно записывая всё сказанное, а я пыталась понять, буквальны ли эти слова или правда скрыта под толстым слоем.

─ А дальше? ─ перечитав получившиеся строки, поторопила женщина, а Видящий повернулся, глядя точно на нас своими жуткими глазами.

─ …И лишь невинной жертвы кровь вернёт свободу людям вновь, ─ прозвучало зловещим приговором лично мне, однако страшнее всего стало, едва старик ринулся в мою сторону, больно схватив за руку и уже без всяких рифм сообщил: ─ Ты – последняя, кто в силах избавить эти земли от проклятья. Не справишься – тебя постигнет та же участь, что и других до тебя!

Я замерла от ужаса, мурашками пробежавшего по телу, и даже если он не сказал ничего о предыдущих девушках, мне вполне была ясна их судьба…

Похоже, большего нам знать было попросту не дано, потому как мужик, даже не подходя к двери, открыл её взмахом руки, а нас буквально вынесло в коридор, прямо в объятия поджидающих орков.

─ Передайте привет Дамиано, ─ кинул он, прежде чем выпроводить растерянных девиц окончательно.

Возвращаясь обратно на пристань к нетерпеливо мигающему фарами Морти, я не могла отделаться от назойливой мысли, что если у меня каким-то чудом и получится справиться, ни о какой свободе лично для меня речи не будет.

Киллиан

У меня не получалось её прочитать!

Я, сильнейший менталист своего государства не мог понять, что творится в голове какой-то девчонки, которой и двадцати не было, но при этом у неё уже имелась защита от любого вмешательства в разум.

Как это объяснить?

За всё своё существование я знал только одну такую девушку, способную скрывать свои помыслы, и именно она, по несчастливому стечению обстоятельств, названному судьбой, завладела моим сердцем, чтобы вдребезги его расколотить…

Но то она, чьё имя я даже в мыслях произнести не могу, а вот всё, что касалось Валери – этой яркой, светящейся каким-то внутренним огнём лисички, не поддавалось логике. Каким образом она проникала в мои сны, мне по-прежнему было неясно, и с каких пор я стал ждать её появления, я тоже как-то упустил, однако очень быстро понял, что действительно жду.

Сперва я просто хотел понаблюдать за ней, пытаясь понять, как она будет себя вести, ведь ничто так не говорит о человеке, как его поведение, пока он полагает, будто его не видят. Но она меня, как выяснилось, тоже ждала, и даже обиделась, когда не застала, вынуждая меня испытать почти забытое чувство мальчишеского восторга. Я был рад? Да мне не верилось, что я способен вообще ещё хоть что-то чувствовать, кроме ненависти…

И тем удивительнее для меня было оказаться в её кошмаре. Зачем спасал её, если она вот-вот должна была проснуться? Однако зверь всё решил сам, ринувшись на помощь Валери, у которой в прошлом явно имелись свои сложности, и усложнять их ещё и своими мне совершенно претило – жаль, совесть моя спала беспробудным сном, просыпаясь в исключительно редкие моменты. Но вкус её мягких губ остался печатью в памяти, возрождая во мне давно похороненные чувства, и я очень пожалел, что из-за проклятья они с подругой – мысли которой коварная лисичка тоже умела скрывать – застряли тут.

Я начал ненавидеть сам себя сильнее обычного. Дошло до того, что пробудилась не только спящая совесть, но и неуместная ревность, жгучим ядом пылающая в крови, стоило увидеть Валери рядом с Риком. О чём они так мило болтали? Впрочем, это было не так важно, как интерес остальных участников этого непрекращающегося цирка, и я готов был вызвать на поединок Бастиана только за то, что читал в его взгляде, обращённом на девушку. Я даже поймал себя на мысли, что готов был его убить.