Замок на границе миров

Глава 18. Королевский завтрак

Немного погодя все снова сошлись в королевской трапезной. Артур, которого поставили в охрану среди других рыцарей неподалеку от места, где восседал король, со сдержанным любопытством наблюдал особенности устройства жизни в Замке.

Трапезная была большим залом со стрельчатыми окнами и большим балконом в глубине, где музыканты исполняли негромкую музыку для улучшения настроения и пищеварения короля и придворных. Стены были убраны флагами и изображениями гербов всех провинций королевства. Сиденья во главе стола были закреплены за членами семьи Утера Пендрагона, то есть за самим королем, принцессой и «принцем-заложником», который приравнивался по положению к члену королевской семьи. Еще одно сиденье справа от короля было зарезервировано за великим магом Мерлином - оно на данный момент пустовало. Все остальные придворные рассаживались, где и как желали, по своим дружеским связям, вкусам и предпочтениям, хотя, конечно, никто не возражал сидеть во время трапезы поближе к особам королевской крови. Но король полагал, что нельзя допускать, чтобы одни придворные были приближены к нему больше, чем другие, и, зная это, никто не осмеливался усаживаться рядом с королевской семьей слишком часто.

В день, когда Артур заступил на службу в первый раз, место рядом с принцессой Морганой занимал неравнодушный к ней Ланселот. Среди дворцовой молодежи имелось множество других ее воздыхателей, которые были не прочь использовать возможность побыть в обществе наследницы престола и попытаться снискать ее расположение, но Ланселот оказался упорнее остальных и где угрозами, а где посулами добился этого права в тот день, как часто добивался и раньше.

Королевский завтрак начался с того, что король припомнил «принцу-заложнику» его самовольную вылазку в Лощину Белого Оленя. Он считал – и не без основания, - что юный сын Леодегранса недостаточно прочувствовал вину за свою безрассудное поведение.

- Ну, Гвин, - обратился к «принцу» король, как только все присутствующие заняли свои места, - Вернемся к тому случаю со Стальным Вепрем. Насколько я помню, ты так и не сказал, долго ли  еще  ты  будешь  вляпываться в такие  истории  и доводить меня до грани сердечного приступа? Доколе мне терпеть твои глупые выходки? Сколько раз мне тебе повторять, что в моем замке ты должен вести себя скромно и прилично, как и подобает принцу, гостящему в дружественной стране? Твой отец послал тебя ко мне в надежде, что я воспитаю тебя, как свое собственное дитя – чтобы ты изучил наши обычаи и образ жизни, и по возвращении домой продолжил бы идти по пути мира и добрососедства, совместно учрежденного мной и твоим отцом огромными усилиями. А ты бездумно бродишь по лесам, подвергая свою жизнь опасности, и чуть не сводишь на нет шаткий мир между государствами!

 «Принц», слушавший этот длинный публичный выговор с несчастным видом, наконец, не выдержал и вскипел:

- Вы только там говорите, сэр, а на самом деле всё это - про добрососедство и воспитание, как собственное, видите ли, дитя – это всё пустые слова! На деле, ко мне все относятся, как к обычному заложнику! Вы недолюбливаете меня, я знаю! Мне всегда достается от вас больше, чем Моргане! Вы смотрите сквозь пальцы на все ее выходки! К примеру, сегодня она замутила своими чарами воду в бассейне на Первом Уровня! И никто ей даже слова не сказал в упрек! Зато меня вы без конца терзаете придирками!

Пендрагон грозно воззрился на Моргану, которая поспешно отвела глаза, понимая, что ей сейчас влетит не меньше, чем «принцу».

- Моргана, - грозно обратился король к дочери, - Как ты знаешь, я и твоя мать решили, что ты должна жить в Приграничье до совершеннолетия, чтобы привыкнуть к жизни своих будущих подданных, ибо тебе предначертано стать королевой. А ты, вместо того, чтобы совершенствоваться в добродетели, уподобляешься зловредному и жестокому демону и создаешь неприличные и опасные ситуации тем, кто ждет от тебя дружбы, покровительства и защиты! Живя среди людей, ты обязана вести себя, не просто как человек, а как человек, обладающий самыми высокими достоинствами! Ты поняла меня?

- Да, сэр, - коротко ответила Моргана. Она предпочитала не спорить с отцом.

- Я очень надеюсь, что поняла. Подумайте хорошенько над моими словами, вы оба. А теперь давайте приступим к еде.

Некоторое время Моргана и Гвин молча ели. Затем Моргана тихо прошипела Гвин:

- Ябеда.

- Я не ябеда. Я просто очень искренняя, - не без ехидства прошипела в ответ Гвин.

Моргана пнула Гвин под столом. Гвин пнула ее в ответ. Моргана снова пнула Гвин.

- Моргана! – со скрытой угрозой воззвал Пендрагон к дочери.

Моргана притихла. Гвин воспользовалась этим и снова пнула принцессу.

- Гвин! - Пендрагон выразительно уставился на Гвин; взгляд короля недвусмысленно говорил, что еще немного и «принцу» не поздоровится.

Гвин и Моргана присмирели. Некоторое время все завтракали молча. Но Моргана не желала признавать поражение. Немного выждав, она пнула Гвин с особой силой. Стол слегка задрожал.

- Моргана! – прорычал Пендрагон. Он перевел взгляд на Гвин и предупредил на тот случай, если «принц» лелеял желание дать сдачи:

- Не делай этого, Гвин.

«Принц» посмотрел на короля исподлобья и ничего не ответил. Некоторое время все ели молча, и вдруг… невероятной силы пинок Гвин в сторону Морганы потряс стол! У сидящих поблизости подпрыгнули и перевернулись тарелки. Музыканты на галерее перестали играть. Воцарилась пугающая тишина.