Замок на границе миров

Глава 37. Призрак королевы

– Тогда ту плиту никто никогда не сдвинет – раз королева была чужестранкой, у нее нет кровных связей в Долине, – сказал Осбеорн.

Кэй покачал головой.

– Не так всё просто. У нее не было родни в Долине, но сам-то король – уроженец Долины. Ходят слухи, что королеву похоронили с ребенком в утробе, сыном или дочерью короля, не рождённым принцем или не рождённой принцессой.

При этих словах леди Мессанда, побледнев, вдруг громко ахнула, настолько громко, что все обернулись с других концов стола, и сэр Эктор сурово спросил у Кэя, чем он расстроил маленькую придворную даму. Кэй и сам перепугался, что его рассказ оказался слишком тяжел для хрупких нервов леди Мессанды, и вместе с тут же примчавшимся Орландо бросился хлопотать вокруг нее, предлагая ей воды и даже требуя позвать лекаря, но леди Мессанда уже пришла в себя и отклоняла все попытки встревоженных окружающих проявить к ней участие, настойчиво повторяя, что с ней всё в порядке.

– Прошу вас не беспокоиться, мне просто показалось, что я увидела большое насекомое, наверное, это было паук, – объяснила она причину своего неожиданного вскрика и попросила прощения за то, что вела себя несдержанно.

– А скажи-ка, сынок, правда ли, что принц Гвин, заложник, на самом деле, на самом деле переодетая принцесса, которую ее отец выдавал за наследника из-за козней своих братьев? – спросила у Алаберта сидящая рядом с ним за столом старуха Ода. – Моя племянница вышла замуж в земли на границе с Кармелайдом, там ходят такие слухи.

Королевские придворные выглядели шокированными этим сообщением, обитатели Соколиного Дозора – искренне заинтригованными.

– Что за бред ты несешь, старая? – рявкнул сэр Эктор.

– Истинную правду говорю, мой господин. Люди с той стороны границы поговаривают, что от брака с леди Бриганной у Леодегранса было двое близнецов, мальчик и девочка, один из близнецов умер во младенчестве, но точно неизвестно, кто именно. Если умерла девочка, то тогда принц Гвин – настоящий, а если скончался мальчик, то, стало быть, их принц – подделка. Уж кому, как не телохранителю, знать, кто его хозяин.

Все присутствующие в зале, затаив дыхание, воззрились на Алаберта в ожидании, что он на это скажет.

– Я дал клятву вассала дому леди Бриганны, – сказал воин с непроницаемым лицом, – Будь то принц или принцесса, мне все равно, кого защищать.

Все дружно выдохнули. «Выкрутился» пробормотал Осбеорн, обращаясь к своим дружкам.

– Вот будет номер, если Гвин окажется девчонкой, – сказал его друг, Сидрик. – А ты его вечно запугивал и гонял по Замку.

Эти слова долетели до леди Алиены, и она свирепо глянула в сторону юных рыцарей.

– Если я хоть раз услышу, что в Замке распускаются подобные слухи… – с угрожающим видом сказала она, не закончив фразу, так как и так было ясно, что участь тех, кто посмеет их распускать, будет ужасающей.

Леди Мессанда по-прежнему выглядела бледной и казалось полностью ушедшей в себя. Она сидела еще тише, чем прежде и притрагивалась к еде, только внимая просьбам Кэя, обеспокоенного ее странным состоянием. На самом деле, причиной ее испуга был вовсе не паук. Однажды, когда она еще только приехала в Замок, ее послали в библиотеку на Третий уровень принести оттуда какую-то книгу для Морганы. Она еще плохо знала Замок, и на Третий уровень никогда до тех пор не поднималась, поэтому, выйдя из королевской библиотеки, она свернула куда-то не туда и запуталась в непонятном для нее лабиринте из коридоров и узких проходов. Проблуждав долгое время, она забралась в самые дебри Третьего Уровня, где не было никаких окон, а стены из темного камня, освещенные редкими светильниками, смыкались над головой, как в тюрьме или подземелье. Остановившись на очередном повороте, она огляделась, пытаясь понять, куда идти, и тут вдруг заметила впереди мимолетное движение. Обрадовавшись, она бросилась в ту сторону и, завернув за угол, увидела фигуру удаляющейся женщины, в руках которой белел какой-то предмет.

«Погодите! Пожалуйста, постойте!» крикнула леди Мессанда, решив, что наткнулась на горничную, несшую стопку белья, и бросилась вдогонку, но когда она почти настигла незнакомку, какое-то шестое чувство заставило ее резко остановиться. Женщина повернулась к ней, взмахнув вихрем из длинных золотистых волос, и леди Мессанда, увидела, с ужасом отпрянув, что на месте лица у той был череп с остатками облезлой истлевшей кожи, которые жутко контрастировали с живыми, сияющими, как будто даже горящими глазами. Адское создание ухмыльнулось и подняло перед девушкой предмет, который оно держало в руках, оказавшийся белым матерчатым свертком.

«Взгляни-ка, милая, на моего сыночка, на моего прелестного малыша – это маленький принц, твой будущий король…» – то ли прошептал, то ли прошипел призрак, приблизив сверток к глазам похолодевшей леди Мессанды, которая остатками сознания поняла, что видит перед собой скелетик завернутого в пеленки младенца.

Несчастная придворная дама медленно сползла по стене и отключилась. Она пришла в себя из-за того, что ей в лицо плескали холодную воду и хлопали по щекам ­– стражник, менявший неподалеку светильники, нашел ее лежащей без чувств на каменном полу и отнес в лазарет. Чтобы не выглядеть в глазах двора дурочкой, пугающейся своих фантазий, она скрыла истинную причину обморока, сказав, что ей просто стало дурно из-за недостатка воздуха в узких, душных галереях.