Замок на Вороньей горе

Глава 14

       Глава четырнадцатая

Луиза де ла Мале и в самом деле была совсем маленькой, особенно это было заметно сейчас, когда она, скорчившись и прикрывая руками голову лежала на тропе, ведущей к замку. Прямо за ближайшим поворотом.

Впрочем, тот негодяй, который бил ее ногами, особо на нее и не смотрел – даже при такой незначительности цели все равно промахнуться было трудно. Лицо его было скрыто под какой-то тряпкой, одет он был в добротный полушубок, который вызвал у меня смутные ассоциации.

Впрочем, думать особо было некогда – чуть по дальше на дороге, похоже, кому-то из наших приходилось не слаще, чем малышке Луизе. Кабы еще и не хуже.

А вот меня этот разбойник заметил поздно – я ведь орать что-то вроде: «Что ж ты делаешь, паршивец эдакий!» не стал, а сразу вогнал ему в живот сталь шпаги. С доворотом, как меня и учил Гарольд, который охотно вечерами со мной упражнялся в фехтовании, так, чтобы кровь выпустить по возможности обильно, а требуху располосовать по максимуму. Никто не должен обижать маленьких, тем более тех, кто относится к категории «наши».

Негодяй что-то невнятно промычал, когда лезвие клинка покинуло его тело, а после негромко вскрикнул, когда я для верности, походя, еще и дагой его в бок ударил. Он прижал руки к животу и завалился на снег, рядом с графиней де ла Мале, которая уже не кричала, а тихонько скулила.

Увы, но спрашивать у нее про то, как она, времени не было – на моих глазах пару ее спутников, которые, несомненно, относились к моим же соученикам, просто и незамысловато убивали – в лунном свете блестели ножи, топоры на длинном древке, кто-то из разбойников даже держал в руках нечто вроде пик.

- Коли его – завопил кто-то – В ноги меть! Повалим на дорогу и тогда уже всласть покуражимся над ними.

Двоим другим моим однокорытникам было уже не помочь – их тела холмиками лежали на дороге в лужах парующей на морозе крови, рядом валялись кули с продуктами, которые они тащили в замок – это точно была та группа, которая ходила на заработки. Оставшиеся в живых, стоя спина к спине, отмахивались шпагами от вплотную подступающих убийц, но их гибель была только вопросом времени – те, как волки, окружали их со всех сторон, к тому же я заметил следы крови на снегу вокруг них - скорее всего им тоже перепало в момент нападения.

Еще трое мерзавцев распластали в сугробе на обочине девушку – они зажали ей рот и мутузили кулаками, чтобы та не брыкалась, причем один из них, буквально сидя у нее на ногах, все норовил ударить именно в живот. Что именно у них в планах – сомневаться не приходилось. Сначала убийства, потом – культурная программа. И на закуску снова убийство.

Самым паршивым являлся тот факт, что их было много. Очень много – человек пятнадцать, если не больше. И все – крепкие рослые парни, так сказать – соль земли.

Впрочем, бояться и раздумывать было некогда. Агриппа еще тогда, летом, несколько раз говорил мне:

- Никогда не думай о том, что ты можешь проиграть схватку. Если это случится – ты умрешь, и тогда тебе будет все равно. Если же победишь – то будет стыдно за то, что ты усомнился в себе. Но всегда помни – смелость и безрассудность – это разные вещи, равно как трусость и осмотрительность.

Меньше всего я хотел, чтобы меня ударили в спину, а потому атаковал тех, кто мог это в перспективе сделать – трех насильников.

Первый удар я нанес в шею тому, кто держал ноги девушки. Он забулькал, перестав махать кулаками, и вцепился руками в свое горло.

Второго я возвратным движением буквально рубанул клинком по лицу – для выпада не было времени, у него в руках появился приличных размеров свинокол. Сделав это, я два раза коротко ударил его дагой в живот, чтобы уж наверняка.

А третьему, тому, кто зажимал рот девушке (это оказалась Лили, простолюдинка, я узнал ее по рыжим волосам), располосовала грудь, да так, что я ребра мерзавца увидел, подоспевшая Эбердин. С хорошим знанием дела она это сделала, кровь так и ливанула, причем прямиком на окончательно ополоумевшую Лили, заставив ту заорать в голос.

Вот ведь клинок какой у нее, а? Толстенный тулуп разрезал как бумагу, и все что под ним - тоже. Славная в Пригорье сталь!

А вот заорала Лили очень некстати. Ну вот совершенно!

- Мерль, ты там полегче… – обернулся к нам один из нападавших и понял, что с Мерлем все не так уж и хорошо обстоит – Парни, тут еще двое!

Несколько негодяев обернулись на его крик и, моментально сообразив, что дело неладно, бросились ко мне.

- Господа, поспешите, здесь есть свежее мясо! – громко заорал я, надеясь немного смутить разбойников, чтобы они подумали, что нас не двое, а больше – Поспешите! К нам!

- Фон Рут! – крикнул один из защищавшихся, я узнал голос де Лакруа, приятеля Фюнца, я заметил, что он прижимает ладонь к боку – Арррр! Теперь пойдет дело!

У первого, кто подоспел ко мне, в руках был длинный кинжал, и я даже не понял, на что он рассчитывал. Он махал им как боги на душу положат, и очень удивился, когда лезвие моей шпаги пробило его плечо. Видимо, ожидал того, что я испугаюсь и побегу, увидев эдакую его сноровку.

- Ой – сказал он, когда сталь вышла из его тела и тут же добавил – Ох!

Оно и понятно – второй удар был уже в бок, дагой. Я не стоял на месте, так меня учил Агриппа, а после Гарольд, я постоянно двигался и пускал в ход то оружие, которое лучше подходило к данному моменту.

Надо думать, эти двое нашли бы общий язык – частенько я слышал от своего друга те же рекомендации, что и от своего первого наставника.

Сбоку хэкнула Эбердин и я услышал чмокающий звук разрезанной плоти – меч девушки явно не был оружием для изящного убийства, это скорее было орудие мясника.