Замуж Или На КостЁр! Липовая Жена Для Инквизитора

Так вот ты какое, средневековье дремучее!

– Здравствуйте, дяденька, - желая хоть немного компенсировать нанесённый психике татя урон, подпустила я испуга в голос.

И тут это чудо, так и не додумавшееся вернуть панталонам их законное место, как выдаст:

– Кошелёк или жизнь?

Честно? Я чуть не прослезилась. Чего только на моей памяти мне мужики без портков ни предлагали, чего только ни обещали, как только соловьями ни разливались, но до подобного ни один не додумался! А этот – даром, что оборванец – последнее вон готов отдать.

Хм… ну, и что выбрать? С одной стороны деньги нужны обязательно, а с другой – обзавестись рабом, который в случае чего за меня и жизнь отдаст, тоже дорогого стоит.

Опять же золотишком меня обеспечивать – теперь обязанность Альдегара. Ну коль уж он меня женой своей заделать удумал. На крайняк тому же рабу приказать могу, чтобы раздобыл. Я посмотрела на горе-татя с сомнением. Нет, ну теоретически же могу. Решено: выбираю жизнь.

Не став откладывать в долгий ящик, я сообщила ему о своём решении, попутно с интересом поглядывая на его подельничков. Ну, а вдруг повезёт и они, вдохновившись благородным порывом собрата, тоже изъявят желание отдать за меня свои жалкие жизни?

– Так чего ж ты ждёшь, ледя? Ежели выбрала жизнь, так гони, давай, кошелек, - одной фразой разрушив образ благородного рыцаря, сказал мой так и несостоявшийся раб. Э-эх!

– Не так быстро, сударь, - усмехнулась я. - Для начала – исключительно в ваших же интересах – предлагаю все-таки надеть портки обратно. Ночь – время обманчивое. Ну как застудите себе все? Замаетесь ведь потом по целителям-то бегать.

Но сударь не успел, поскольку именно в этот момент Альдегар, видимо, решил, что ситуация требует его немедленного вмешательства. Как же не вовремя, а! Нет, в принципе я ожидала подобного, поскольку какую-то подозрительную возню за спиной услыхала ещё минут пять назад, но все равно на что-то надеялась. Ну, просто у меня на тех, кого инквизитор назвал отребьем, такие грандиозные планы были!

Тем не менее не могу не признать, что само появление Альдегара вышло очень эффектным. Ух, как он расшвыривал подельничков незадачливого татя! Я аж залюбовалась. Какая-то минута и на ногах нас осталось всего трое. А было, между прочим, не меньше десятка. Причём, у одного из разбойников инквизитор предусмотрительно позаимствовал и лучинку, чтоб добрым людям совсем-то уж впотьмах не остаться.

– Гарибальд, дружище, - таким задушевным тоном, от которого “дружище” весьма заметно побледнел, и затрясся пуще листа осинового, начал Альдегар, - ты знаешь, я закрывал глаза на твои обычные тёмные делишки, но сегодня ты перешёл черту. Тебе ведь известно, что я с тобой сделаю за покушение на честь благородной сиры – моей невесты?

Вот дьявол! Он же мне так на корню загубит последнюю надежду установить дипломатические отношения с единственным уцелевшим представителем отребья. Если уже – не!

Исключительно с этой целью я и поспешила вмешаться, отчаянно надеясь, что ещё не поздно.

– Сир Альдегар, сей сударь вовсе не покушался на мою честь. Напротив: это сделала я.

– Вы?! Вы покусились на честь Гарибальда? - опешил инквизитор.

Его соболиные брови взметнулись вверх столь высоко и так стремительно, что на секунду даже почудилось, что ещё немного и они покинут его лицо напрочь.

– Да нет же! Я просто сняла с него штаны.