Замуж Или На КостЁр! Липовая Жена Для Инквизитора

Глава 8: Робин Гуд. Версия два-ноль

– А давай, - его глаза загорелись азартным блеском. - На щелбаны?

– Ну-у, на щелбаны – несерьёзно как-то. Давай на желания? Кто проиграет, тот выполняет любое желание победителя.

– Вообще любое? - явно замышляя какую-то каверзу, расплылся в улыбке шкет.

– Абсолютно, - с не менее коварной ухмылочкой заверила я.

– По рукам, - протянул свою по-птичьи тощую лапку он. - Сир, засвидетельствуйте.

Я от этого “сир” аж дернулась – не сразу сообразила, что это он к Деймону обращается. Ну, хотя да: по сравнению со мной – такой вот – и мой спутник за благородного сира сойдет.

– Эм… надеюсь, вы уверены в том, что делаете, - тоном, в котором в свою очередь этой уверенности и на грамм не присутствовало, пробормотал Деймон.

Понятно: переживает, что я влезу-таки во что-то, от чего Альдегар просил меня оградить. Не за меня – ясное дело – за себя переживает: за то, как бы потом от сира Фоскенрите по шапке не получить.

– Ты даже не представляешь, насколько, - подмигнула я ему и перехватила озадаченный взгляд пацана.

Неужто столь быстро усомнился в своей победе? Рассматривает меня так придирчиво, будто пытается разгадать, в чем мой секрет. Рассматривай, рассматривай – все равно не угадаешь!

– Ну, считай, что засвидетельствовал, - буркнул тем временем ему Деймон.

– Гарибальд-то тебе на что? - взмахом “лапки”, приглашая следовать за ним, снисходительно уточнил у меня шкет.

Видимо, я оказалась права: никакого однозначного вывода относительно моей персоны ему сделать не удалось, и он решил, что наводящие вопросы прояснят картину. Наивный.

– Так говорю ж тебе – деньжат с него стрясти хочу, - нисколько не погрешив против истины, призналась я.

– Удачи, сестра! - как-то неожиданно серьёзно и даже с некоторой долей сочувствия пожелал он.

– Гарибальду пожелай, - усмехнулась я, - и себе, - добавила, когда он, поскользнувшись на картофельных очистках, едва не пробороздил неумытой физиономией землю.

Мусора, конечно, в этом квартале хватало и пахло здесь соответствующе. Будь я, и впрямь, благородной сирой, носа бы сюда не сунула, но, во-первых, я ею не являлась, а, во-вторых, с друзьями в детстве ещё и не по таким местам шныряли, так что брезгливо морщить носик я не спешила.

К тому же в новом образе я прекрасно вписалась в окружающие реалии – так что вполне могла бы здесь сойти за свою. В отличие от Деймона, чей чересчур аккуратный наряд сразу бросался в глаза.
Заметив впереди кучку оборванцев, я подумала: уж не они ли наша цель? Так и вышло. Цель, как и в первую нашу встречу, оказалась нетрезва. Причём, в полном составе. Что стало заметно ещё на подходе.

Складывалось впечатление, что у них тут не то непроходящая пятница, не то подобное состояние входит в “заводские настройки”. Родились они уже что ли пьяными?

Так как малой уверенно держал курс именно на эту компашку, то я в поисках знакомого лица заранее пробежалась взглядом по её представителям. Однако лицо быть узнанным не спешило.

Что, впрочем, легко объяснялось тем, что в прошлую нашу встречу оно щеголяло спущенными панталонами, оттянувшими часть моего внимания на себя. И чего теперь? Снова стащить с него портки, чтобы сравнить образец, воспроизводимый памятью, с нынешним? Я так и представила это “Простите, сударь, но я должна была убедиться, что это точно вы”.

В действительности куда важнее было не столько то, чтобы я узнала его, сколько то, чтобы он не узнал меня. И я пока не понимала, на руку ли мне, что он снова пьян. С одной стороны имелся шанс, что он меня не вспомнит, с другой – если это его перманентное состояние, то все может оказаться как раз наоборот.

– Гарибальд, тебя тут ищут, - пока я пребывала в своих сомнениях, окликнул одного из “сударей” наш провожатый. И невежливо ткнул в меня пальцем: - Говорит, ты ей денег дашь.

Гарибальд – по-моему, тот самый – вытаращился на меня, как на чокнутую.

– Я?! - перейдя от изумления на фальцет, переспросил он.

Его дружки заржали, как кони.

– Ты, ты, - невозмутимо подтвердила я.

– А ты кто?

– Я? Коллега твоя, - пожала плечами я.

– Чего?

“Кого”, “чего” – блин, он изначально тугой на голову или это алкашка мозг ему затуманила?!

– Робин Гуд я, говорю. Версия два-ноль.