Замуж Или На КостЁр! Липовая Жена Для Инквизитора

Ведьмины артефакты 13.8

Вернулся он – я даже заскучать не успела. Равно как и найти хоть мало-мальски приемлемый выход из той удручающей ситуации, в которой рискую оказаться, если артефакты всплывут где-то раньше, чем мы их отыщем.

Сейчас я готова была молиться всем богам, чтобы только они – или на худой конец хотя бы их след – обнаружились в комнате нянюшки.

Сир Фоскенрите как-нибудь уж переживёт такое “предательство”. В случае совсем уж крайней нужды могу и я вмешаться, напомнив ему, что в действиях Труди не было злого умысла. Впрочем, сир не глуп. Подозреваю, он уже и так сообразил, что этот вариант для нас самый безопасный.

А вообще, конечно, втянул меня сир в историю!

Что он там сказал про милашку “Дивана”, на поверку оказавшегося советником принца? Тот (что после аналогичного вывода Бастиана уже невеликий сюрприз) тоже причислил меня к ведьмам? Ну, такое.

И если покровительство Старшего Инквизитора меня ещё способно – во всяком случае хочется в это верить – уберечь от беды, то стоит ему впасть в немилость – и со мной уж точно церемониться не станут!

Надо ли уточнять, что замотивированная таким образом, в комнату Труди я влетела, едва дослушав, какая дверь мне нужна, а на обстановку внутри и вовсе не обратила никакого внимания?

Чистенько-уютненько – это да, это от него не ускользнуло. А вот всякие там столы-кровати-сундуки интересовали меня исключительно как предполагаемые места, где хозяйка могла устроить свой тайник.

Но, увы – знакомое свечение, что я так жаждала увидеть, исходило лишь от одного предмета в комнате. И в силу своих далеко не внушительных размеров он уж никак не мог скрывать то количество артефактов, которое, судя по следам, хранилось в подвале. Разве что те сами были размером со спичечную головку.

Тайник, кстати, – пусть он меня и разочаровал! – Труди подобрала грамотно. Окажись на моём месте Альдегар, и я практически уверена, что сир в него заглянуть бы не посмел.

По идее, я без понятия, конечно, какие тут нормы морали, но что-то мне подсказывает, что рыться в чужом кошеле, они точно не дозволяют.

Нет, ну, может, этот мешочек – и не кошель, конечно. Не больно-то я в них разбираюсь. Вдруг да и держит в нём Труди никакие и не монетки, а… ну, скажем, милые её сердцу вещицы? Размер опять же – чего покрупнее уже и не положишь, но, допустим, пинеточки “Алика” и его молочный зуб – вполне.

Боже, а ведь я и сама-то недалеко ушла от инквизитора! Стоило сообразить, что придётся порыться в чужом кошельке, как вон уже чепуха всякая в голову лезет. Будто если это пинеточки, то копаться в чужих вещах сразу и можно становится!

Лучше бы о другом подумала. Этот вот кошелёк – что, как не напоминание о моём собственном долге перед Маурикой? С Бастианом-то я рассчиталась, а вот с ней – не успела. И как знать, как оно там всё дальше обернётся?

А ну как и не представится мне больше случая закрыть перед ней долг? И что – остаться в её глазах обманщицей? Не так меня родители воспитывали. Правда, по чужим кошелькам лазать они меня тоже не учили. Но раз с этим выбора у меня нет, то тогда уж хотя бы второй их завет не нарушу. Вот освобожусь и тотчас отправлю Баса к Маурике.

С этой мыслью я и подцепила концы шнурка, стягивающего мешочек.