Замуж навсегда. Предателей не прощают

Глава 2

На шестом гудке звонок принят. В динамике — тишина.

— Андрей Анатольевич, это я, Ира. — Прокашливаюсь. — Ирина Лаврова, жена Родиона.

— Да, Ирина, здравствуй. И напомню, что по имени-отчеству ко мне обращаться не нужно. И лучше на «ты», мы ведь родственники. Хотя как тебе удобно, конечно.

— Конечно.

Голос дяди моего мужа чуть хрипловатый, как будто со сна. На фоне — полная тишина, доказывающая, он не в клубе или ресторане. А ещё не в больнице, не в полиции и не на массовой оргии. Он дома, но где тогда Родион?

Растираю ладонью мигом взмокший затылок.

Как бы тонко спросить, чтобы мужа не подставлять? В голову ничего не приходит.

— Родион с вами? Простите меня, но у него телефон вне зоны сети. Я беспокоюсь. Не могу спать, ведь уже так поздно, а он ещё не дома.

Задерживаю дыхание.

— А должен быть со мной? — спрашивает Лавров.

Это не вопрос, а ответ, который всё объясняет. Всхлипываю.

— Я к тому, что мне интересно узнать, что он тебе говорил, — уточняет он спокойным благожелательным тоном.

У Андрея Анатольевича очень приятный голос, и я послушно отвечаю:

— Родион говорил, что задержится, так как у вас деловая встреча с Машей Морозовой по поводу интервью.

Пауза крохотная, но моя паранойя её замечает.

— Всё верно. — Андрей хмыкает. — Эта встреча уже закончилась, и Родион поехал домой.

— Когда?

— Не так давно. Интервью затянулось. Четыре часа снимали. Все ужасно устали.

Я прошу прощения, что побеспокоила его, тем более ночью.

— Ничего страшного, Ира, я ещё не лёг. Лучше расскажи о себе. Как там ваш малыш поживает? Что говорит врач?

Он кажется по-настоящему заинтересованным, несмотря на поздний час, и я медленно расслабляюсь.

— Ты хорошо спишь? А ешь? Может быть, нужна какая-то помощь?

— Нет-нет, что вы... Что ты, Андрей. У нас всё есть. Я справляюсь.

— Думаю, вам нужно подумать о найме помощницы по хозяйству. Родион часто задерживается на работе...

— Каждый день! — вырывается у меня обвиняющим тоном.

Андрей смеётся.

— Я подумаю о том, чтобы пораньше его отпускать. А ты подумай, что в твоём положении лучше больше гулять и отдыхать, чем работать по дому. Ребёнок важнее всего...

Когда от двери слышится скрежет поворачиваемого замка, наш разговор с Андреем ещё продолжается.

Я прощаюсь, прошу не выдавать меня мужу, и Андрей смеётся.

— Спокойной ночи, Ира. Приятных снов. И не ругай сильно этого балбеса, забывшего зарядить телефон. У нас всех сегодня был долгий день, и, увы, исключительно по работе.

На часах 2:33, мы с Андреем чуть ли не час проговорили. А Родион, получается, целый час добирался домой.

Выхожу в коридор встречать мужа. Он возится с ботинками, распрямляется и, увидев меня, вздрагивает.

— Ты не спишь? — Он тянется за телефоном. Увидев тёмный экран, делает виноватое лицо. — Чёрт, разрядился.

— Ты время видел? Уже третий час.

— Ты не поверишь, но я работал. Маша Морозова — настоящая профи. Впилась в Андрея, будто вампир. Пока все соки не выпила, не отцепилась. Интервью выйдет бомбезным, я в этом уверен.

Родион смахивает волосы со лба и устало улыбается. Вешает куртку и открывает руки.

— Иди сюда.

Он никогда не спрашивает, как прошёл мой день. Ему это неинтересно. Верней, он знает, что если случилось что-то важное, я сама ему всё расскажу.

Прижимаюсь к его твёрдой тёплой груди, вдыхаю родной запах и готовлюсь подарить себе пару самых приятный мгновений дня — в объятьях любимого мужа.

Но в этот раз что-то идёт не так. У него запах неправильный.

Чьи это духи? Не цветочные, не восточные, не приторные. Точно не мои, а слишком резкие, агрессивные. Родион таким запахом не пользуется, это ведь женский. Или я ошибаюсь?

С шумом втягиваю в себя воздух, и муж это замечает.

— Ага, мало допросов на пороге квартиры, давай ещё введём процедуру обнюхивания.

Отталкиваю его.

— От тебя пахнет чужими духами.

— Да ты что! — Он шумно втягивает воздух. — Но я не чувствую ничего.

— А ты принюхайся.

Родион качает головой.

— Признайся, ты просто ищешь, к чему придраться. Тебе так сильно хочется поссориться со мной из-за позднего возвращения домой. Скучно стало, вот и придумываешь ерунду.

Разворачиваюсь и ухожу, а он отправляется в душ.

Утром в корзине для грязного белья нахожу его вчерашнюю рубашку. Запах чувствуется меньше, и всё же я могу его разобрать. Но это не доказательство — в отличие от следа помады. След едва заметный, но я не слепая.

Родион скажет иначе, если ему это предъявить. Скажет, что я рылась в чужом грязном белье. И не он, гуляющий по ночам, а именно я буду выглядеть неадекватной.