Замуж нельзя. С ним...

Глава 1. Бархат

Тимофей

Самолёт набрал высоту. В полёте — четыре часа. Ночная жизнь столицы вытрясла из меня последние силы, и я решаю подремать. В голове крутятся кадры с Ликой на пилоне и её губы на... Ярко завершил ночь, а утро дома встретит тишиной и отсутствием следов Оли... Съехала. Наконец-то! Хоть бы одну неделю без баб…

В теле — полная расслабленность... Уже в полудрёме слышу тихие голоса девчонок, которые сидят передо мной. У одной — пышная белая шевелюра, которая цепляет мой взгляд. Голос приятный, чуть низкий, не визгливый, а бархатный. Такой, что заставляет прислушиваться…

Она ведёт тихий и ненавязчивый разговор. Обычно не слушаю трёп соседей, но тут не могу абстрагироваться. Мозг сам выхватывает из пространства мелодику звуков, тембр и её дыхание:

— Стас предложил пожениться, — как-то нерадостно говорит девушка. — Кольцо подарил с бриллиантом. Вложился. — Последнее произносит так, как будто не раз за это «отхватила» и начала ощущать от этого неловкость, обязанность…

Её подруга с обычным тембром девушки лет двадцати, с немного вызывающими нотками в голосе, ей парирует:
— Соня, то, что на твоём пальце сейчас бриллиант размером с подкову на муравьиной лапке — это не «вложился», а облажался!

Какая меркантильная барышня! Но так даже правильнее.

Соня выдерживает паузу, шумно берёт воздух, медленно выдыхает. Это заставляет во мне что-то вибрировать. Заключает:
— Ну, не в размере же счастье!

Подружка посмеивается.
— А кстати, как с размерами? — уже хихикают чуть слышно обе, что и во мне вызывает улыбку. Я прямо вижу, как их юные щёки заливаются краской, а глаза блестят. Становится интересно не только послушать, но и, если удастся, на них посмотреть. Особенно на владелицу «бархата», который так задевает...

Её подружка продолжает:
— Ну что там? «Эх, дубинушка, ухнем» или «маленький, да удаленький»?
— Почему «удаленький»?

И тут даже я не сдерживаюсь, чуть прыская от смеха. А они хохочут.

Такие девочки!
— Да я не поняла... — говорит владелица этого низкого сексуального тембра.

И как-то сразу становится не смешно. Испортил девочке вкус, даже распробовать не дал. Олень или просто салага?
— Как можно не понять? Или и там муравьиные размеры... — её подружка явно ещё та заноза в «з».
— Тьфу на тебя, Юлька, пошлячка! Стас сказал, что я пока неумеха и зажатая, но он меня всему научит... — говорит этот «бархат» вкрадчиво. А у меня уже не только уши ведутся на её слова, но и «чел» реагирует так, будто на нём никого не было неделю… Ох ты ж блин! Какой «образец» сексуального мастерства достался девочке... Даже как-то жаль её. Подружка не сдаётся:
— Сонь, ты извини, но это уже арбузинг...

Они опять хихикают.
— Ты психопатологии перечитала? Ну какой абьюзинг? Стас просто прямой. Он же подполковник, военный — это просто особенности его манеры общения...
— Манеры гнобления...

Не могу оторваться. Слушаю продолжение, просто как какую-то сопливую мелодраму, но цепляет.
— Соф, вот зачем тебе это?

— Нет гарантии, что лучше найду...
Опа! С таким-то голосом? Можно не найти лучше, только если ты бегемотик. Хотя и в этом случае найдутся любители больших тел…

— Ты дурочка? — цокает та языком. — Ты же красотка!
— Да ну, вообще на любителя. И Стас говорит, что любит... даже с моим лишним весом...

Очередная жертва «недодиет»?
— Соня, какой лишний вес? Стас твой — старый козёл. Ты сексуальная бомба! На разрыв мужиков...

Еле сдерживаю себя, чтобы не привстать и не посмотреть на эту сексапильную «бомбу» с бархатным тембром. Воображение уже вовсю рисует её образ.

— Ну что ты? Стас говорит, что сёстры у меня красивее. И вообще, попу я разъела...

Ух, какая красота разворачивается в моих мыслях. Этот «бархат» с круглой попой, копной белых пышных локонов… Вау!

Подруга парирует:
— Это не «разъесть», это — приобрести округлый вид, а не быть скелетоном... Сонь, бросай ты его! Отдай ему кольцо с муравьиной подковой и пусть и-и-и... из твоей жизни!

Походу, там и правда «арбузинг». Капец как хочется на неё посмотреть и сравнить образ в своей голове с оригиналом… Или не надо? Не хочу разочаровываться. В моем сознании она просто настолько вкусная… Хочется… Аж подгорает.

Девчонки еще о чем-то щебечут. Я постепенно уплываю в дрёму и мне снятся такие виды и эта Соня на мне… Лике и не довертеться до такого искусства…

Самолёт касается полосы. Чувствую, как внутри всё вибрирует в такт торможению, но трясёт не железо, а меня. Этот «бархат» впереди и сны с её образом заставили забыть про всех девочек, что у меня были…

Встаю, когда табло гаснет. Беру куртку, стараясь выглядеть максимально равнодушным, хотя охотничий азарт уже разгоняет кровь. Жду. И вот они поднимаются. Сначала Юля — бойкая, симпатичная, но обычная. А следом… следом встаёт Соня.

Мир вокруг схлопывается до одной точки. Она поворачивается спиной, чтобы достать сумку, и я замираю, забыв, как дышать. Пышная копна светлых волос рассыпана по плечам, а ниже… Твою мать, Стас, ты не просто олень, ты слепой дегенерат!

У неё не «лишний вес». У неё божественные, сводящие с ума изгибы. Тонкая талия и те самые «округлые формы», обтянутые джинсами так, что в горле становится сухо. Это не «разъела», это природа создала эталон, чтобы мужики сворачивали шеи и «смазоливали» руки.

Она делает шаг к выходу, и я иду следом, впитывая каждое движение её бёдер. В воздухе тянется шлейф её парфюма — что-то молочное, нежное, с ноткой ванили. Никакой корицы и агрессии, только чистый соблазн.

Выходим в телетрап. Холодный воздух терминала должен бы остудить, но меня накрывает ещё сильнее. Смотрю на её спину и мягкие очертания тела. Длинная изящная шея, шикарные волосы переброшены на одно плечо. Спина ровная, с идеальной осанкой. Талия тонкая, почти нереальная. Джинсы подчёркивают упругие бёдра и длинные ноги на высоких шпильках. Тело реагирует короткой, приятной дрожью. Охренеть...