Замуж после развода

Глава 6

Мои мысли метались, пытаясь отстраниться от Зарубина, но его присутствие висело в воздухе, давило на затылок. Я проверяла, достаточно ли напитков в бокалах, ровно ли стоят приборы, не пропустил ли официант кого-то из гостей. Каждое движение было выверено, каждый шаг — продуман, чтобы хоть на мгновение заглушить внутренний голос, который твердил:

«Он такой же. Не верь. Убегай».

Вдруг, как гром среди ясного неба, раздался встревоженный голос одного из волонтеров:

— Арина Николаевна! Аниматоры, ответственные за детскую зону, не выходят на связь. Никто не отвечает, телефон отключен. Дети уже собрались, а их нет!

Мое сердце сжалось от паники. Аниматоры подвели? Это был самый важный блок мероприятия! Благотворительный вечер, где дети, лишенные родительского тепла, должны были хоть на час окунуться в сказку. Если эта часть вечера сорвется, репутация агентства будет подмочена навсегда. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Нет, этого нельзя допустить.

— Спокойно! — мой голос прозвучал жестко, пресекая назревающую истерику. — Немедленно собираем все, что есть. Где у нас запасные материалы? Цветная бумага, карандаши, настольные игры? Найдется свободное помещение?

Секунды тянулись как часы. Мозг лихорадочно перебирал варианты, словно картотеку контактов и идей. Нужно было что-то придумать, и очень быстро. Я не могла позволить, чтобы дети, которые и так столько всего пережили, были снова разочарованы. Это было выше моих личных обид, Максима и всего остального.

— Конференц-зал, его можно быстро очистить, — выпалила одна из девушек, указывая рукой на дверь.

— Отлично! — я мгновенно подхватила инициативу, чувствуя, как адреналин заполняет каждую клеточку. — Срочно, прямо сейчас, собирайте все, что найдете! Мы сами сделаем праздник! Звоните в доставку, пусть принесут побольше соков. И закажем пирожных из ближайшего кафе! Мы устроим им самый лучший вечер!

Я действовала инстинктивно, не давая себе времени на размышления.

Мои руки дрожали, но я упорно наводила порядок, расставляла стулья, раскладывала принадлежности. Своими навыками и контактами я привыкла решать любые проблемы. Несколько быстрых звонков, и через пятнадцать минут к нам уже ехали два студента-аниматора, которые работали на фрилансе и всегда выручали агентство в экстренных ситуациях.

Организация импровизированной игровой зоны заняла не больше получаса. Конференц-зал преобразился: вместо скучных столов появились яркие скатерти, стены украсили детские рисунки, а в центре выросла гора сладостей. Дети, сначала растерянные, теперь восторженно носились по комнате, смеялись, размахивая цветными карандашами.

Я почувствовала на себе пристальный взгляд Максима. Он стоял в дверях, наблюдая за всей этой суматохой. В его глазах читалось нечто новое — уже не надменность, а неприкрытое удивление. Рядом с ним маячила Оксана, ее лицо исказила брезгливая гримаса.

— Что это за цирк? — ее голос прозвучал слишком громко, заглушая детский смех. — Максим, ты не можешь это терпеть! Какая-то девица устроила балаган! Это же благотворительный вечер, а не утренник в детском саду!

Я невольно вздрогнула, услышав ее язвительные слова. Но ее мнение меня абсолютно не волновало. Я делала свою работу, и делала хорошо. Моя задача была спасти вечер для этих детей, а не угождать тупоголовым курицам.

— Оксана, веди себя прилично, — прозвучал уже знакомый, глухой голос Максима. В нем проскользнули стальные нотки, которые я уже слышала. Он даже не пытался скрыть раздражения. — Не забывай, для кого был устроен благотворительный вечер. Дети не виноваты в чужих проблемах. Арина Николаевна проявила настоящий профессионализм. — Он повернулся ко мне, взгляд тяжелый, обещающий. — Арина, вы молодец. Я впечатлен.

Его слова прозвучали искренне, без тени былой надменности. И на мгновение меня пронзило странное, почти приятное чувство. Но тут же внутренний звоночек зазвенел с утроенной силой.

Не позволяй себя обмануть. Он просто играет, как Сергей. Сначала трахнет у стены, потом сделает вид, что ценит, — и снова сведет к товару.

Я чувствовала его взгляд, тяжелый, внимательный, проникающий под кожу, но держала дистанцию. Нельзя снова упасть в эту ловушку. Тело предательски отозвалось влагой между ног, но разум кричал: нет.

— Спасибо, господин Зарубин. Это моя работа, — отчеканила холодно, не глядя ему в глаза.

И не смогла даже выдавить из себя подобие вежливой улыбки. Не в силах отделаться от липкого ощущения, что я товар, а он — покупатель, который уже продегустировал пробник.

Нет. Этого больше не будет.

Мое лицо оставалось маской, непроницаемой и безразличной. Я сделала вид, что у меня появилось срочное дело в конце зала, и быстрым шагом направилась прочь, чувствуя, как его глаза прожигают спину.

Остаток вечера прошел в тумане. Я продолжала выполнять свои обязанности, но мои мысли были далеко — то в темноте коридора, то в его руках. Максим периодически появлялся поблизости, пытаясь поймать мой взгляд, но я упорно его игнорировала.

Никаких зрительных контактов, никаких лишних слов. Только холодный, отстраненный профессионализм.

А внутри бушевала буря: тело хотело продолжения, разум — бежать. Я чувствовала себя выжатой, как лимон, но гордой за то, что смогла справиться с форс-мажором и не дала эмоциям взять верх.