Замуж после развода

Глава 27

Зал суда поглотил нас, как могильная плита. Серый, унылый, с высокими окнами, через которые грязный, слякотный свет едва пробивался, освещая пыль в воздухе.

Максим не отпустил моей руки, пока мы не прошли мимо шипящей Антонины Павловны, которая метала в нас молнии, и только в дверях зала он разжал пальцы.

Я почувствовала резкое, болезненное опустошение, словно из меня вынули стержень, но тут же вспомнила, ради кого я здесь: Кирилл. Каждый вдох давался с трудом, будто дышала пеплом, оставшимся после пожара, на котором сгорела моя жизнь.

Ирина Львовна, мой адвокат, молоденькая, с глазами, полными огня, наклонилась ко мне, чтобы ободрить. Я кивнула ей, пытаясь изобразить уверенность, которой у меня не было.

Сергей, сидящий за соседним столом с двумя адвокатами, излучал такую самонадеянность, словно уже держал решение судьи в кармане своего безупречного пиджака.

Я спиной чувствовала его взгляд, липкий и злорадный, но старалась смотреть только вперед. Его ухмылка от столкновения с Антониной Павловной уже стерлась, но, похоже, он серьезно настроился меня уничтожить.

Максим занял место позади меня. Его присутствие ограждало меня от враждебного мира физическим барьером, и я не смела обернуться, чтобы не разрушить эту хрупкую иллюзию безопасности.

Судья начала заседание формальностей, из-за которых показалось, что оно будет длится вечно. Первым выступили адвокаты Сергея, предоставляя суду ворох документов, доказывающих мою «несостоятельность».

Они говорили о погроме в квартире, который выставлялся как результат моих «сомнительных связей», о справке из опеки, подтверждающей «нестабильные жилищные условия», и, конечно, о «резком падении дохода» агентства, в котором я работала.

Каждое их слово вонзалось мне в спину, как отточенный кинжал, и я чувствовала себя абсолютно голой, беззащитной перед этим потоком лжи и манипуляций. Сергей сидел и довольно улыбался. Он знал, что делает.

— Вызываем первого свидетеля, — произнес адвокат, и я почувствовала, как кровь стынет в жилах.

Сердце провалилось в бездну, когда вошла Оксана.

Она выглядела безупречно. Слишком идеальная и дорогая, уверенная в своей лжи. Одета так, чтобы выглядеть «солидной дамой из общества», но фальшивые бриллианты в ушах и мстительный взгляд выдавали ее с головой.

Оксана опустилась в кресло свидетеля, как королева на трон. Тонкий, визгливый голос звенел искусственным сочувствием к «обманутому» Сергею. Она окинула меня снисходительным взглядом, словно я была грязью на дорогущих туфлях

Я сжала руки до побелевших костяшек, чтобы не закричать и сохранить видимость спокойствия.

— Я присутствовала на вечеринке, — начала Оксана, — довольно значимой, статусной. Арина Маслова вела себя вызывающе, привлекая внимание богатых мужчин. Я видела ее среди доступных девушек, которые там присутствовали.

Лживые обвинения неотвратимо разрушали репутацию, за которую я так долго боролась. Волна тошноты поднималась к горлу. Я пыталась дышать, но воздух казался слишком густым и липким.

— У нас имеются доказательства, подтверждающие слова гражданки Ухиной, —поддержал свидетельницу адвокат Сергея. На экран, стоящий в углу, вывели фотографию, от которой меня бросило в жар.

Проклятая VIP-вечеринка, на которой я подменила Наталью. В ее дорогом вызывающем платье я выглядела испуганной и потерянной. Замерла возле стойки, отпрянув назад, тогда как Максим слишком близко склонился надо мной, приобняв за талию. Кажется, в тот момент он делал то самое неприличное предложение. На фото ситуация выглядела иначе, чем в реальности.

— Обратите внимание, Ваша честь, — продолжала Оксана, жеманно вздыхая. —Разве приличная женщина позволит себя так вести, когда находится на работе? Она же вешается клиенту на шею! Предлагает себя и ведет, как девушка из эскорта.

— Она аморальна! — выкрикнул Сергей, вскочив с места, и его голос сорвался на визг. — Арина не имеет права воспитывать моего сына! Это прямое подтверждение ее непостоянства и распущенности! Она бегает за богатыми мужиками, пока мой сын сидит один дома! Я требую передачи опеки!

— Возражаю! — звонко произнесла Ирина Львовна, и ее голос на секунду заглушил стук молотка судьи, который призывал стороны к порядку.

Мой адвокат не выглядела матерой хищницей, но ничуть не уступала масловским акулам. Она подошла к свидетельскому креслу и впилась взглядом в Оксану.

— Гражданка Ухина, вы утверждаете, что истица вела себя аморально, и делаете вывод о ее профессии на основании одной фотографии? Вы настаиваете на том, что моей клиенткой движут исключительно корыстные мотивы?

— Да, — уверенно заявила Оксана.

— Отлично! — Ирина хищно улыбнулась, и в ее тоне прозвучал холодный расчет, от которого у меня по спине пробежал холодок. — А теперь расскажите суду, что вы делали на этой вечеринке. Почему обратили внимание на гражданку Маслову?

На лице Оксаны промелькнула паника. Она заерзала в кресле.

— Я пришла по приглашению моего друга Максима Зарубина. — дергано улыбнулась.

— Вашего друга? Прошу суд обратить внимание, что господин Зарубин так не считает. Не так давно ему пришлось выставить гражданку Ухину с благотворительного вечера за неподобающее поведение.