Замуж после развода

Глава 34

Новая жизнь оказалась наполнена таким ошеломляющим, пугающим спокойствием, что я первые недели просто ждала подвоха. Мы с Кириллом жили в арендованной квартире. Я не считала правильным поселиться у Максима в пентхаусе, и не важно, что там полно места.

Однако Максим уверенно входил в нашу с Кириллом жизнь. Я привыкала к его присутствию и тихой уверенности, которая стала для меня своего рода воздухом, без которого уже не могла дышать, и эта зависимость пугала меня до дрожи. Он держал слово. Каждый день. Он был рядом. Максим никогда не опаздывал к Кириллу, никогда не отменял обещанного.

— Ты сегодня какая-то тихая, — сказал Максим однажды вечером, обнимая меня сзади, пока я мыла посуду на крошечной кухне моей временной съемной квартиры, где мы иногда собирались, чтобы почувствовать себя «обычной» семьей. — О чем думаешь?

— О том, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — честно призналась я, ощущая знакомый страх, который все еще жил в моей груди. — Боюсь, что проснусь, а ты снова увидишь меня в парке с Кириллом и сбежишь, как в тот раз.

— Этого не будет, Арина, — он развернул меня к себе и посмотрел в глаза. В его взгляде я не заметила ни тени лжи, только глубокую, чистую искренность. — Я не твой бывший и не собираюсь покупать тебя или твое время. Я просто здесь, с тобой и Кириллом. И я хочу быть здесь.

Мы не говорили о любви, но эти слова значили для меня гораздо больше, чем самое пылкое признание. Я впервые за долгие годы почувствовала, что могу полностью расслабиться в присутствии мужчины.

Максим приходил домой вовремя, никогда не отменял наши планы с Кириллом, если только это не был настоящий, неотложный кризис, и даже тогда он звонил сыну, чтобы извиниться. Они играли в футбол во дворе, и Максим, несмотря на свой статус, не стеснялся валяться в грязи, объясняя Кириллу правила честной игры. Это было дороже всех бриллиантов, которые мог бы подарить мне Сергей.

Максим приучил меня, что забота — это не деньги.

Через месяц после того, как Сергей с отцом покинул страну, а я с головой окунулась в восстановление агентства, Максим заехал за нами с Кириллом после продленки. Он сказал, что у него «сюрприз», но я напряглась: любое «сюрприз» обычно означало потенциальное нарушение границ или дорогой подарок, который я буду обязана принять. Но я решила довериться Максиму, не устраивать сцену, потому что знала: он изменился.

— Если это машина, я ее не приму, — предупредила, когда мы свернули на тихую, заснеженную улицу, полную высоких деревьев и уютных особняков, где, как я знала, цены были просто астрономическими.

— Нет, — засмеялся он, и этот смех был искренним и теплым. — Я знаю, что ты не любишь подарки. Давно усвоил этот урок. Это не подарок для тебя, Арина. Это для нас. Для нашей стабильности.

Он остановился перед домом. Двухэтажным, не слишком вычурным, но светлым, с большим садом, который казался идеальным местом для Кирюшиных игр. Сердце заколотилось, словно пойманная птица, потому что я догадывалась, что он сейчас скажет.

Максим взял мою руку, вложив в нее тяжелый ключ. Я почувствовала, как меня накрывает волна эмоций, от которых подкашиваются ноги.

— Это наш дом, Арина. Твой и Кирилла. Наш общий, если ты позволишь, — сказал он, его голос был сдержанным, но полным скрытого волнения. — Я купил его на твое имя, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. Здесь есть комната для Кирилла, где можно оставить все его машинки, и комната для меня, если ты разрешишь мне оставаться. Нам нужно место, чтобы быть семьей. А семье нужен фундамент.

Мои глаза затуманились.

— Ты хочешь меня купить, Максим?

— Ты что, не слушаешь? — Он слегка покачал головой, и в его глазах промелькнула боль от моего недоверия. — Я не хочу тебя покупать, а даю тебе то, чего раньше не было: уверенность в завтрашнем дне. Ты можешь прогнать меня в любой момент, но дом останется твоим. Прими его как мою гарантию, что я не исчезну, как его отец.

Кирилл, который все это время стоял рядом, вцепившись в Максима, тихонько спросил:

— А здесь есть чердак, чтобы прятаться?

— Конечно. В этом доме все будет так, как ты захочешь, — улыбнулся Максим, и в этот момент я поняла: он не покупает меня. Он строит гнездо для моего сына, и это было самое нежное доказательство любви, которое я когда-либо получала.

Мы вошли в дом. Он пах морозной свежестью, свежей краской и надеждой. В центре гостиной, прямо на цементном полу, стоял маленький столик, покрытый белой тканью, и две бутылки детского лимонада, и одна — шампанского.

Я с улыбкой наблюдала, как Кирилл, словно маленький исследователь, помчался по комнатам изучать их расположение. Его звонкий смех эхом отдавался в пустых стенах, заполняя их теплом и жизнью.

Максим подвел меня к окну, откуда открывался вид на замерзшее озеро. Он повернулся, его глаза были полны нежности, и я видела, что он волнуется, как никогда раньше.

Максим опустился на одно колено.

Мое дыхание остановилось. Неужели это происходит?

— Арина, — извлек из кармана бархатную коробочку, внутри которого лежало простое, матовое кольцо. — Я не привык просить, но в этот раз прошу. Прошу разделить со мной жизнь, дом, заботы и, самое главное, Кирилла. Я не прошу быть только женой, я прошу вас обоих стать моей семьей. Построишь со мной эту жизнь? Ты выйдешь за меня?