Замуж с заморочками

Пролог 1

Светлана Титова

Замуж с заморочками

Предопределена ли наша судьба, или мы сами меняем ее, возвращаясь в тихие, маленькие города, где нам однажды не повезло?

Кэролайн Кепнес. "Новая Ты".

Пролог 1

Зиновий Новолоцкий

- Послушай меня! У нас же дочка. Кто будет ее воспитывать, а защищать? Как я справлюсь тут одна? Ты же знаешь, мне некому помочь…у отца другая семья. Он звонит только денег одолжить, - жена, уже двадцать минут как бывшая, уцепилась за мой рукав. Выйдя из ЗАГСА, она по привычке села в автомобиль, который больше не наш, а только мой. Потерянно смотрела перед собой, пытаясь справиться с ситуацией. – Мишель, она же ребенок совсем. А тут такие люди… Я осталась с тобой в этой глуши… любила же… а ты…

Сморщился и отвернулся, нетерпеливо дернул рукой, стряхивая ее пальцы. Хотелось поскорее все это закончить. Опостылевшая жена и ее слезы раздражали. Давно раздражали. Повелся когда-то на питерскую умницу и красавицу. Утонченная, образованная, на трех языках балакает. Красивая была, тонкая, белокожая, как китайская фарфоровая статуэтка. Раз в год приезжала сюда к отцу, для меня точно ангел с неба сходил. Она и сейчас, спустя три года, такая же. Вот только не цепляет меня больше. Тогда боялся сжать сильнее и сломать. Но чем дальше жили, тем наша разница во всем становилась явственнее. Это раздражало. Хотелось своего, родного, понятного. И нашлась Вика Волкова, как по заказу. Веселая хохотушка, разбитная, заботливая. И фигурой природа не обидела. Есть за что подержаться. Она работала продавцом в магазине запчастей, где мы познакомились. Тридцать шесть. Моя ровесница. Разведенная с сыном-школьником на пять лет старше моей дочки. Хороший парень Максимка, толковый и учился на отлично. Такой далеко пойдет, прокладывая путь головой. Мечта любого отца.

Дочь, дочь… Жанка так и не смогла родить мне сына. Знала, что не сможет, потому назвала Мишель. Что за имя для девчонки? Для моих дел нужен толковый мужик, наследник. А девке, тут она права, здесь делать нечего. Ни школ танцев, ни музыкалок тут нет. Суровый сибирский край не для принцесс. Вот пусть забирает Мишку и убирается к родителям в Питер. Молодая еще. Двадцать пять всего. Найдет себе кого-нибудь…

- Так возвращайся обратно. К матери в Питер. – Неприятный разговор раздражал, злил. Хотелось разбить что-то или морду кому-нибудь набить. Вроде делал все правильно. Разлюбил – развожусь. Но внутри все давило, протестовало. Рядом хотелось не бывшую, а мою Вику. Она утешит, скажет, что все хорошо и правильно, что любит, что я нужен ей. – Я другую полюбил. А ты… найдешь себе еще кого-то.

- Конечно, найду, - вдруг с насмешкой произнесла Жанна. Шок прошел, и она взяла себя в руки. На глазах из заплаканной серой мышки проступала прежняя Жанна – стерва и королева факультета, в которую я когда-то без памяти влюбился. – Приличного человека и отца Мишель. Как ты, грязь подбирать не стану.

- Ты язык-то попридержи, а то…

- Что – ударишь? – она презрительно сощурила глаза. Не боялась ни разу. Передо мной стояла гордая нахалка. Куда подевалась недавняя жалко блеющая овечка. – Только и хватает смелости бабу обидеть. Орел…

- Ты говори, да не заговаривайся, - не знаю, почему стоял и не уходил. Кажется, получил то, что хотел – свободу. Вот только не радовало меня это. – Я тебя не бил и не собираюсь. Это вот… для дочки.

Я достал из портмоне всю наличку, что была, и протянул Жанне. Она с презрением глянула на кучку оранжевых купюр и нехорошо усмехнулась. Открыла дверь автомобиля и, повернувшись ко мне, оглядела, скривилась презрительно, сказала:

- Себе оставь на лекарства. Знаешь, это я напоследок подарок хочу тебе сделать – правду открыть. Мишель… не твоя дочь. Ты бесплоден. Ты не знаешь, конечно. Мне уже после свадьбы призналась твоя мать. Я захотела сразу уйти, но она уговорила остаться, не бросать тебя и помалкивать. Жить без детей я не собиралась. И забеременела… неважно от кого. Она мне ничего не сказала и приняла Мишель, как родную. Отец твой тоже догадывался и помалкивал. А Мишель… тебе никогда не нравилось ее имя, но так ее хотел назвать отец. – Я смотрел в красивое лицо и не верил. Мне казалось, она специально так говорит, чтобы уязвить меня за признание в любви к другой. – А второй подарок – я поменяю дочке отчество и фамилию. Я бы все равно бы так сделала. Ей не нужен позорящий ее отец, живущий с уголовниками.

- Ты о чем? Какие уголовники? Вика порядочная женщина.

- О, смотри-ка… такая новость про дочь и без разницы, а про неверную любовницу, местную «прокладку для разнокалиберных шатунов», зацепила! Что же твоя «великая любовь всей жизни» не сказала, что у нее сын уголовник на зоне срок отбывает.

- Ты берега-то не путай, дорогая! Учится ее сын. Отличник он.

- Не дорогая я тебе – не больно ты на нас с Мишкой за все время потратился. Видно моя вина. С умной, самостоятельной бабой мужик не растет, так и остается дураком. Умней, Зяма, а то живешь слепец - слепцом и всей правды под носом своим не видишь, - усмехнулась победно Жанна. – Пойди, да расспроси свою «прокладку для шатунов» про сына. А про меня и думать забудь. А то всю жизнь сравнивать с другими будешь и жалеть. До конца жизни будешь жалеть.

Дверь резко захлопнулась, и она торопливо пошла прочь в сторону остановки. Я смотрел вслед стройной фигурке, легко бегущей на высоченных каблуках. Светлый хвост длинных волос покачивался из стороны в сторону, кончиком оглаживая аккуратные, обтянутые джинсами, ягодицы. Представил зачем-то, как их уже сегодня вечером сожмет чужая ладонь. Пара молодых парней оглянулась на Жанну. Один что-то сказал ей вслед, похабно улыбаясь. Ревность сожалением царапнула внутри. Послышался звук вызова телефона. Точно чувствуя мое настроение, позвонила Вика.