Замуж за дракона, или Браво первой ночи!

20

Я лежала, уткнувшись носом в траву, и подвывала от страха.

Вокруг грохотало, свистело и рычало. Земля тряслась как припадочная. Что-то шипело и взрывалось, громко лопалось и звенело, а в центре этого ада была я.

Мамочка-а-а! Я хочу домой!

Я скулила, зажмуривалась и дышала через раз: сверху на мне лежало что-то ужасно тяжелое, бетонной плитой вжимавшее меня в землю. А вокруг продолжался локальный армагеддец.

Не знаю, как долго длился этот ужас, мне показалось, что целую вечность. Но постепенно грохот, тряска и прочее утихли, и я поняла, что выжила.

Вместо взрывов появились голоса. Вернее, один голос, до безобразия знакомый. Прямо над моей головой раздались ругательства:

— Мар-рья, почему с момента знакомства с тобой у меня нет ни одной спокойной минуты?!

После чего давящая на спину бетонная плита исчезла, меня подняли в воздух и поставили на ноги.

— Ты в порядке? — зеленые глаза величества с тревогой ощупывали мое лицо. Руки его, кстати, тоже без дела не сидели, лапали меня без всякого стеснения.

— Прекрати меня хватать! — потребовала, когда его ладони уж совсем откровенно прошлись по моей пятой точке. — Приличия не нарушаем, гражданин!

Красивые драконьи губы растянулись в довольной усмешке:

— Вижу, ты в полном порядке, дорогая жена.

— Ваше Величество! Ваше Величество, как вы?! — со всех сторон раздавались тревожные вопросы. Кто-то отдавал короткие команды, кто-то ругался, где-то визжала женщина.

Не отвечая, дракон посмотрел мне за спину и распорядился:

— Проводить мою супругу в комнату, и пусть ее немедленно осмотрят лекари!

— Нет! — я вцепилась в его рукав, с ужасом поняв, что бетонной плитой, прикрывавшей меня во время недавнего апокалипсиса, был именно дракон. — Как?! Как ты выжил?

Я дернула его, разворачивая к себе спиной, и задохнулась от ужаса. Чтобы не заорать, зажала рот руками: одежды на его спине не было. И спины тоже — вместо нее было кровавое месиво.

— Ты… ты… — только и сумела проквакать, как земля начала стремительно уходить из-под ног. Последнее, что услышала, прежде чем меня поглотила темнота, был испуганный голос мужа. — Целителей сюда, моей жене плохо!

И мысль: «Мне плохо, а тебе, значит, нормально?!»

Очнулась я как от толчка. Несколько минут лежала, думая обо всем, что произошло перед обмороком.

Размышляла о Ядвиге и ее словах о любовницах моего мужа. О страшном смерче. Думала про закрывшего меня собой дракона и ужасное зрелище его развороченной спины.

Как он не умер прямо там? Еще силы были шутить и меня лапать, а потом команды отдавать! Или у драконов есть функция неубиваемости? В любом случае умирающим он не выглядел. Хотя это могла быть потеря чувствительности и всплеск активности на фоне гигантского выброса адреналина.

Надо срочно найти дракона и убедиться, что с ним все в порядке.

Я открыла глаза и некоторое время тупо смотрела на балдахин из тяжелой красной парчи над головой, пытаясь сообразить, откуда и когда у меня в комнате взялась этакая прЭлесть. Ничего не вспомнив и не поняв, повела глазами, пытаясь сообразить, где очутилась.

Ясно одно: комната не моя. Мебель тяжелая, темная и ее размеры рассчитаны на крупного человека. Справа, возле окна в пол, круглый столик с двумя креслами. На столе ваза с фруктами, пара бокалов и кувшин.

Повернула голову налево, и первое, на что упал взгляд, был лежащий на диванчике возле камина огромный черный кот. Нет, не кот — та самая пантера, что кинулась на меня, когда сумасшедшая Ядвига устроила вселенский пипец.

Зверюга, размерами с медведя-подростка, сладко спала, спокойно вытянув огромные лапы и свесив хвост до самого пола.

Как в жилой комнате мог очутиться хищник? Или его сюда подослали, чтобы довести до конца то, что не смогла сделать безумная Ядвига? Тогда почему меня не съели, пока я спала?

В этот момент пантера, не открывая глаз, зевнула и обнажила клыки длиной сантиметров по двенадцать.

Я тихо пискнула, представив, как эти лезвия смыкаются на моем горле, и принялась судорожно думать, куда бежать и как спасаться.

Поняла, что отступление невозможно: я даже из кровати не успею вылезти, как хищник меня схватит. Поэтому до самого носа натянула одеяло и закрыла глаза. Притворюсь, что сплю. Авось зверь полежит да пойдет погулять, а я тем временем сделаю ноги.

Тут, как назло, начала зудеть кожа под браслетом. Да так сильно, что я едва не застонала: как ее почесать, если даже дышать громко боюсь, не то что шевелиться?

Между тем рука, словно издеваясь, беспокоила все сильнее и сильнее. Чувствуя, что сейчас не сдержусь и начну сладострастно чесаться, сцепила зубы и… подумала: «Что будет, если попытаться открыть вход в чулан прямо из кровати?»

Повертела эту мысль и так и этак. Что я теряю, если не получится? Ничего. Зато в случае успеха спасу себе жизнь.

Осторожно, стараясь даже воздух не сотрясать, согнула руку с браслетом, сделала под одеялом нужное движение и прошептала заклинание.

Бинго! Рядом с кроватью появился вход в чулан. В тот же момент хищник на диване открыл жуткие, горящие ненавистью глаза и начал подниматься на лапы.

Не раздумывая ни секунды, из положения лежа я сиганула в открывшийся проход. Приземлилась на пол и с треском захлопнула дверь, едва не прищемив нос сунувшейся за мной пантере.

Так тебе, монстр!

Кое-как успокоила колотящееся сердце. Наконец, почесала руку и стала думать, где найти моего мужа. Не знаю почему, но у меня было чувство, что только рядом с драконом я буду в безопасности.

Ничего толком не придумав, я принялась перебирать висевшие в чулане чехлы с платьями: найду-ка себе наряд. Не гулять же мне средь бела дня в ночной сорочке. А выходить в свою комнату, чтобы надеть собственную одежду было страшновато, вдруг меня и там звери караулят.

Платья были очень красивыми. Из гладкого шелка, мягкого бархата, украшенные вышивками и аппликациями из ткани, — восхитительные. К каждому был привязан мешочек с парой обуви, подходящей под наряд.