Замуж за дракона. Попаданка повелителя

Глава 1. Падение

Тьма была густой и вязкой, как дёготь. В ней не было ни света, ни звука, только давящая тяжесть где-то на грани бытия.

А потом властный голос прорезал небытие, отдаваясь в черепе глухим эхом.

— Я же приказал избавиться от неё! — Мужской голос кажется слишком знакомым. — Почему она ещё дышит?

Откуда я его знаю? Почему этот холодный бас будто скребёт по изнанке сознания, вызывая леденящую панику? Я пытаюсь вспомнить, но мысль увязает в вате. Пытаюсь открыть глаза, пошевелить пальцем — тело не слушается, оно тяжёлое, чужое.

Каждый вдох даётся с трудом и отзывается внутри тупой болью.

— Ваше величество, яд действует, она без сознания и лишена возможности двигаться. Почему дышит, пока не могу понять.

Это обо мне? Меня отравили? Чёткая мысль проносится сквозь туман в голове. Яд? Паралич. Но слух работает.

— И что ты намерен сделать, чтобы выполнить приказ?

Вопрос звучит спокойно, почти бесстрастно. Именно это бесстрастность заставляет что-то сжаться внутри — там, где должно быть сердце.

— Я уже пытался отрубить голову, нож в сердце, душили её… Пресветлую Марису защищает её магия.

Мариса? Кто это? Имя звучит чужим. Но «Пресветлая»… Титул. Значит, важная особа.

— Это невозможно. Мы лишили её магии, — в голосе впервые слышится раздражение, словно планы говорящего нарушились.

— Это правда, заклинание лишения магии действует. Магии в ней теперь нет. Но защита есть. В ней нет жизни, но она дышит. Не знаю, что делать, Ваше Величество.

Точно это обо мне… Во мне нет жизни? От этих слов внутри всё замирает. Но я же слышу. Я мыслю. Я — есть!

И вдруг, будто плотина прорвалась, в сознание врывается водопад образов, звуков, ощущений.

Два потока, два разных бытия, сплетаются воедино, рвут душу на части.

Я — Лика. Студентка-гидролог. Полевая практика на Дальнем Востоке, река, вышедшая из берегов после тайфуна. Хлюпающая по колено грязь, ледяная вода, до боли знакомый рёв стихии. Мы на резиновой лодке: я и двое местных подростков, последние, кого не успели эвакуировать.

Крики, паника, течение несёт нас к мосту, забитому плавником. Я толкаю мальчишку на полузатопленные балки, чувствуя, как лодку переворачивает.

Удар спиной о что-то твёрдое, ледяная вода хлещет в лицо, последняя мысль: статистика по селевой активности в этом районе была неточной… Потом — чёрная пустота.

И другая я — Мариса. Пресветлая Избранная королевства Лонрион. Девушка с тихим голосом.

Я помню и его — короля Дэвиона. Его улыбку, когда пророки объявили, что я — та, кто принесёт воду в засушливые земли. Его холодные глаза сегодня, когда он протянул мне кубок с вином на ужине.

«За наше будущее, Мариса. Благодаря тебе, оно теперь есть. За спасение тобою королевства!»

Горечь на языке, спазм в горле, падение на ковёр под укоризненным взглядом слуги.

«Жаль, Ваше Величество. Какая красивая была. Но пророчество… Оно должно было сбыться иначе».

Пророчество.

Это слово связывает обе жизни в тугой болезненный узел. В одной — я изучала поведение водных систем. В другой — меня саму объявили системой, ключом к живительной влаге.

И когда я, простая девушка без намёка на магию, не смогла вызвать даже росу, меня объявили ошибкой. Ошибкой, которую нужно стереть, чтобы не бросала тень на короля, поспешившего поверить в удобное предсказание.

Вот оно как, — думаю я, или то, что теперь является мной, с горькой ясностью. В обоих мирах я погибла из-за воды. Только там это была стихия. А здесь — людская жажда.

— Перекиньте её порталом на скалы и выкиньте там. Если не убьёт падение, попадёт в лапы драконам. Они не любят падаль на своих горах, сожгут огнём.

Голос короля звучит буднично, будто очередной указ подписывает. Ни злобы, ни сожаления. Просто решение задачи.

Грубые руки хватают моё недвижное тело. Я чувствую толчок, свист ветра в ушах, и мир проваливается в хаос перемещения. Портал. Сжатие пространства.

Затем — открытое небо, резкий запах горного воздуха, колючий холод камня под спиной. И пустота под ногами.

Меня сбрасывают.

Падение. Ветер бьёт в лицо.

Страха я не чувствую. Его вытесняет ярость. Горячая кипящая волна, поднимающаяся из самой глубины того, что когда-то было душой Лики, студентки, которая верила в логику, и Марисы, которая верила в доброту.

Нет. Нет, мать их так! Не дважды…

И тут, в падении, когда скалы уже неслись навстречу со скоростью смерти, что-то щёлкнуло внутри меня. Не в теле — тело было мёртвым грузом. В том самом месте, где сплелись две судьбы.

Вспыхнуло знание. О давлении, о течении, о силе, что пронизывает всё сущее.

Я не подняла рук. Не произнесла заклинания. Я просто захотела. Чтобы воздух подо мной перестал быть пустотой. Чтобы он стал плотным, упругим, вязким. Как вода.

Последние метры до земли. Камни, острые, как зубы чудовища.

Удар так и не пришёл. Вместо него — резкое, болезненное торможение, будто я упала в глубокий бассейн с густым сиропом. Воздух вокруг завихрился, засверкал мокрым блеском, и с глухим стуком, выбивая последний клок воздуха из груди, моё тело рухнуло на каменистый склон.

Боль пронзила каждую клетку, разорвала паралитический плен. Я содрогнулась, и из горла вырвался тихий стон. Пальцы дернулись, впиваясь ногтями в холодный мох.

Рвано, судорожно, но я пока дышала. И с каждым вдохом в разбитое тело вливалось ощущение влаги. Везде. В воздухе, в камнях подо мной, в самой крови, бегущей по ссадинам.

Влага звала, пела, требовала выхода.

Я зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение. Это шок. Галлюцинации. Нужно встать.