Замуж за принца или вдовец со всеми удобствами

Глава 3

- Да, невестка, нам с отцом, досталась никудышная, — с придыханием произносит свекровь, потягивая из фарфоровой чашки горячий чай, прикусывая его конфетой. — Не повезло, нам так сказать обзавестись хорошей, и, что главное, хозяйственной женой для нашего сыночка.

- Да вы что, Светлана Матвеевна? — округлила глаза сидевшая перед ней молодая женщина, лет так примерно тридцати. Брюнетка с длинными волосами, густым водопадом падавшими на плечи и спину. Стройная, загорелая, скорее всего, загар южный. А белое платье, облегающее ее фигуру как перчатка, подчеркивали и загар и стройность. — Неужели все на столько плохо?!

Ужаснулась гостья, отставляя чашку на столик, и, прикладывая кончики пальцев ко рту. В глазах скорее всего неподдельное сожаление к такой несправедливости. Ну, или скорее всего даже ужас!

- Да-да, дорогая Аллочка, все так! — как китайский болванчик закивала головой свекровь, которая за этот год брака ни разу… ни разу не высказала невестке ни единой претензии! Все ее устраивало, все ей было хорошо и прекрасно! А теперь вот, заливает этой самой Аллочке обратное! Хм, уж не лицемерием ли тут вообще попахивает?! — Мало того, что иногородняя, так еще и с приплодом!

- Да вы что?! — вновь ужаснулась красавица Аллочка, сидящая спиной к окну, и, собственно поэтому, Катя не смогла рассмотреть ее лица.

- Да, — поморщилась свекровь, и промокнула глаза салфеткой. — Дочь у нее… небольшая, в школу вот-вот должна в этом году пойти… но, до чего же капризная! До чего набалованная! Столько Николеньки моему нервов повытаскала… он, уже бедный, подумывает, как бы в интернат ее сдать. Ну, мать-то, ее, собственно не согласится, но, он придумал, план… там, вроде бы школа закрытая, а на самом деле интернат. Жалко, конечно, ребенка, но, раз другого выхода нет, то придется… Хотя, не думаю... не думаю, что Катька на такое согласится. Она прям как курица над ней трясется… моя Надя, моя Надя! Не трогайте мою Надю! Да кто, ее трогает-то?! Хотя, за такое вот баловство, пороть нудно… пороть! Но, Николенька мой добрый, мягкосердечный. Относится к ней как к родной дочери, но, вот сил уже не хватает. А у него такая ответственная работа… ты же сама понимаешь, что в таком деле покой нужен и тишина.

- Да-да, понимаю, — вздохнула Аллочка, вновь делая глоток из чашки. — Тяжело вам, Светлана Матвеевна… очень тяжело.

- Да, — еще более тяжелее вздохнула Светлана Матвеевна. — Горе-горькое… а не женщина. Руки не из того места, в доме бардак кругом! Складывается такое впечатление, что вообще не убирается и пыль не протирает… приходится приходить и самой убираться. А готовит?! Готовит так, что у Николеньки язва образовалась… и это за год брака!

Эти слова произвели на Аллочку самое сильное впечатление. Она даже вскрикнула, от ужаса наверное.

- Безобразие! У него же и так, слабый желудок всегда был!

- Все так, все так, — сокрушалась Светлана Матвеевна, качала головой. — Сердце материнское у меня уже не выдерживает. Ох, не знаю, не знаю, я, что мне с ней делать… — и добавила, внимательно посмотрев на сидящую перед ней Аллочку. — Вот нам бы, такую невестку, как ты. Красивая, работящая, в доме ни соринки, а готовишь то как! Какие торты выпекаешь! Да, и люблю я тебя, как дочь родную, которой у меня не было.

- Да я, что? Я же не против, — опускает глазки, явно смущаясь Аллочка. — Только. не люба, я вашему сыну. Не нравлюсь я ему, он со мной как-то сухо всегда разговаривает. Так что, не думаю, что у нас с ним что-то получится.

- А ты не думай, — свекровь вкусно причмокнула губами, отправив в рот большой кусок торта, испеченный скорее всего гостьей. — Ты на меня положись… будет… будет тебе свадьба с Николенькой, уже в конце этого года!

И женщины, переглянувшись, весело рассеялись, отсалютовав друг другу чашками.

Катя стояла по другую сторону окна с занесенной для стука рукой. Еще минуту назад она хотела было постучаться, чтобы попросится на ночлег к свекрови. Но, услышанное только что откровение Светланы Матвеевны, резко изменило ее планы.

Сердце бешено колотилось, дыхание буквально перехватывало от рвущегося возмущения. В глазах потемнело, а голова кругом пошла. Вот это… вот эти лицемерие! Подумала она о свекрови, которая веселилась с Аллочкой, которую видимо собралась активно сватать за сыночка Николеньку.

Да, знала бы, ты, Аллочка, что из себя представляет этот Николенька! И, хорошо, если у тебя нет детей… которые станут козлами отпущения в вашем браке с этим святым вдовцом. Ох, и попьет он твоей кровушки, глупая и наивная ты…

- Лицемерная змеюка! — прошептала Катя, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не ворваться в дом, и не накричать на эту вживую тетку.

Бардак, у нее, видите ли! Да она пылесосит через день, пыль протирает каждый день! А генеральная уборка раз в неделю обязательно! Готовит, она, не так! Язва у Николеньки, видите ли образовалась! Да, этот самый гастрит у него еще до нее был! Зная это, она готовила правильные, диетические блюда, но! Это не вкусно, пресно и вообще, не съедобно! Поэтому, и только поэтому Николай часто заказывал доставку, когда ее не было дома. Да, за этот год его два раза так скрючивало после остреньких пицц и ролов, что в больнице лежал. После выписки, он, примерно недели две четко соблюдал все рекомендации врачей, ну, а потом, как только полегчает, доставка вновь частила к ним в квартиру. Вот так-то!

- Ладно-ладно, — Катя нервно потирая ладони, заставила себя оторваться от окна, и, спустившись с крыльца, отправится в обратном направлении.

Сердце пропустило два сильных удара за ближайшие пару часов. Грубость мужа, и лицемерие свекрови, что может быть лучше?!

А то, что идти-то по сути ей сейчас совершенно некуда! Квартира сдается, опять-таки по протекции Светланы Матвеевны. До родного города пылить и пылить почти девять часов на автобусе. Гостиницы все заняты. Хотелось плакать от бессилия и обиды, что захлестнула ее с новой силой.

- За что? — прошептала она дрожащими губами, и, подняв голову, посмотрела в вечернее звездное небо. — Вот, правда, за что все мне это?!