Замуж за ректора, чтобы поступить в академию

Глава 23.

Когда я вошла в ректорский кабинет, Торнвуд уже стоял у окна, поглядывая на часы. Я опоздала всего на пару минут.

– В следующий раз постарайтесь прийти вовремя, – сказал он. – Как прошел день?

– Замечательно, благодарю. А ваш?

Ректор развернулся ко мне всем корпусом и вопросительно поднял бровь.

– Вы хотели поговорить о границах допустимого. Не передумали?

Равнодушный и бесконечно холодный, сейчас он не вызывал ни малейшего желания откровенничать или выяснять какие бы то ни было границы. Как я осмелилась предложить подобное утром? Но если пойти на попятную, в следующий раз я снова буду мучиться вопросом стоит ли мне прикасаться к нему, или достаточно продолжать стоять как истукан.

– Не передумала.

– Видите ли в чем дело… Ваши границы я примерно понял, – он усмехнулся. – И так как предложение исходило от вас… Смею предположить, из нас двоих именно вам не ясно как далеко разрешено зайти во время демонстрации наших… чувств.

Я оскорбленно вскинула голову.

– Как вы можете быть уверены в том, что поняли правильно?

– Объятия допустимы, легкие прикосновения – тоже, поцелуи – редко. Поправьте, если не прав.

– Было бы идеально ограничиться легкими прикосновениями.

– Разумеется. Еще идеальнее вообще не приближаться к вам, – он улыбнулся, и я не поняла вопрос это был или утверждение.

– То есть, мне тоже по возможности следует избегать вас касаться?

– Этого я не говорил. Демонстрация подразумевает как раз обратное, – он слегка наклонил голову, наблюдая за мной. – Давайте сыграем в одну игру, леди Торнвуд. Продемонстрируйте виды прикосновений, на которые вам нужно мое разрешение. Если прикосновение окажется недопустимым, я скажу “нет”, и вы ни при каких обстоятельствах не будете повторять подобное. Согласны?

Другими словами, он предлагает мне прямо сейчас… дотронуться до него?

– Смелее. Мы должны закрыть этот вопрос, – серьезно сказал Торнвуд.

Он остался стоять у окна, а значит, сегодня приблизиться первой предлагалось мне. Сглотнув, я сделала несколько шагов вперед и нерешительно остановилась. Поверить не могу. Этот мужчина правда собирается просто стоять и ждать, пока я прикоснусь к нему?

– Это не похоже на близкие отношения, – отстраненно заметил ректор. – Вы очевидно боитесь меня.

– Нет. Просто, вы выглядите… – голос упал до шепота, –...строгим.

– Я понял, – он хмыкнул и приблизился ко мне сам. – Возможно, так вам будет проще.

После того, как его ладони сомкнулись на моей талии, происходящее перестало казаться таким абсурдным. Я легко прикоснулась ладонями к его рукам, и ректор не остановил меня. Ткань его сюртука была мягкой, почти бархатной под моими пальцами. А еще она была теплой. 

Осмелев я провела ладонями по его рукам и нерешительно обняла Торнвуда за шею, впрочем, не рискнув зарываться пальцами в его волосы. Я не сводила взгляда с его лица, готовая в любой момент отдернуть руки, как только услышу “нет”.

– Вы слишком напряжены, – мягко сказал он. – Расслабьтесь.

Его руки принялись разминать мне плечи. Приятно. Щеки запекло румянцем, и я спрятала лицо у него на груди. Судя по тому, что меня не остановили, это действие тоже было допустимым. Надо запомнить. На крайний случай.

Я отстранилась, чтобы поправить лацканы ректорского сюртука. Пуговицы и воротник рубашки погладила пальцами тоже без какого-либо сопротивления с его стороны. Пока что выходило, эти прикосновения разрешались. Я понимала какое взаимодействие нужно проверить следующим, но никак не могла решиться.

Торнвуд наблюдал за мной с лицом, выражающим безмятежное спокойствие и… заботу? Он погладил меня по волосам и коснулся губами моей щеки. Близко к уголку губ. Очень близко.

Набравшись смелости я потянулась к нему сама и потерлась щекой о его скулу. Довольно наивный и детский жест. Кажется, теперь от смущения у меня горели даже уши. Я снова уткнулась лицом ему в грудь, пока Торнвуд гладил меня по спине.

– Вы молодец, – похвалил почему-то шепотом. – Если не готовы, не обязательно именно сегодня… проверять все.

– Я готова.

На самом деле нет, но если не проверю сейчас, в следующий раз решиться будет еще труднее. Я подняла голову и потянулась к нему губами. Вот сейчас он скажет “нет” и я просто сгорю со стыда… ректор молчал.

Наши губы встретились и Торнвуд притянул меня к себе, чтобы нам обоим было удобнее. Я целовала почти невесомо, и вместо того, чтобы остановить меня, он – ответил. Его губы не были настойчивыми в этот раз, но почему-то поцелуй становился все более жарким.

Его руки без стеснения блуждали по моей талии, и это было новым ощущением для меня. Сначала я продолжала напоминать себе, что мы женаты и уже можно, а потом даже это выветрилось из головы. Я все же добралась до его волос, неожиданно мягких на ощупь, до гладко выбритого подбородка и щек. Мы исступленно обнимали и гладили друг друга везде, куда могли дотянуться.

Всё закончилось внезапно. Торнвуд отстранился, и сквозь шум в ушах я с трудом различила, что дверь открылась.

Вероятно, до этого постучались, но я была слишком увлечена, чтобы заметить. Как хорошо что я стояла к двери спиной. Мое смущенное лицо выдало бы нас обоих. К счастью, Торнвуд выглядел безупречно.

– Мы с Лирой договаривались позаниматься после отработки, – это Сьюлин! – Я зашла узнать когда она освободится.

– Если останетесь ждать в комнате, – голос ректора звучал с хрипотцой, – рано или поздно, дождетесь, леди Кроули.

– Когда?

– Не позднее сегодняшнего вечера.

– Ладно, извините.

Дверь захлопнулась, и я вздрогнула от громкого звука. Все это время я стояла с неестественно прямой спиной. Как много успела заметить Сью? Мы так часто шутили над отработками, но я и не думала, что она в самом деле придет. Я закрыла лицо руками. Что мы наделали? Ради чего? Сейчас необходимости создавать видимость – не было! Это все… не имело никакого смысла!!!