Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде

X

Все эти полдня Каэм глаз с меня не спускал, словно боялся, что я опять сбегу, или мне подложат пауков, или произойдёт ещё что-нибудь, рушащее его планы. Он отлучился только один раз — пообедать и переменить повязку, и на это время за мной следил Хаарвен.

Ани не было видно, и в ответ на мой недовольный писк белый дракон пояснил:

— Она хотела показать вам библиотеку, Шиилит, но ваш благородный жених не согласился. Ания обиделась и заперлась со своими птицами, выйдет не раньше вечера.

Я мысленно вздохнула. Была у меня идея как-то отвлечь Аню и попытаться сбежать, спрятаться, что угодно… Уж больно страшно было думать о драконе, который накинется на меня, подозревая во всех грехах. Впрочем, может, он не опознает во мне простую смертную, а потом я улучу момент и сбегу? У нас с Тэн-Шиилит только глаза разные, ну и, может, обхват бёдер, но вряд ли Каэм знал о таких подробностях. Даа, задачка… в этом мире ведь не было цветных контактных линз. Я глубоко задумалась, обхватив лапками камушек. Хаарвен сидел за столом и постукивал по нему большим пальцем правой руки, и под эти мерные звуки меня начало клонить в сон…

— Шиилит! Проснитесь!

Я чуть не подпрыгнула на месте; моргнула, подняла глаза на обладателя требовательного голоса. Конечно, это оказался Каэм, а Хаарвен, судя по всему, ушёл.

— Пора, — мягко, но непреклонно сказал Каэм и протянул ко мне руку. Я отшатнулась от неё, проворно отползла прочь и хотела спрятаться за карликовым деревцем, как тогда, в первый день пребывания в замке. Но Каэм схватил меня и вынес на свет, невзирая на писк и отчаянные попытки вырваться.

— Ну же, я не сделаю вам больно, — всё так же мягко приговаривал он, поднося к моему рту серебряную ложечку с зельем. — Потерпите. Вам надо будет выпить десять порций, и вы спасены.

Я вертелась, царапала его, яростно пищала, и Каэм сильнее сжал моё несчастное ящеричье тельце.

— Вы будете спасены, — повторил он, и глаза его вдруг потемнели, взгляд стал тяжёлым, и холодок пробежал по моей спине, — если, разумеется, вы та, за кого мы вас принимаем.

Я обмякла, осознав, что всё бесполезно, а дальнейшим сопротивлением я могу только выдать себя.

— Умница, — похвалил Каэм и залил мне в рот ложку зелья — неожиданно вкусного, с лёгким цветочным привкусом и ароматом. Словно я заказала себе в кафе чай из горных трав… Эх, вернусь ли когда-нибудь домой?

Это была последняя мысль, а потом я просто открывала рот и покорно глотала одну порцию зелья за другой. К тому времени, как живот у меня раздулся, я готова была заорать: «Хватит!», если б только могла это сделать.

— Довольно, — Каэм уложил меня на скамью и накрыл знакомым чёрным шёлковым плащом — видимо, единственным, что осталось от Тэн-Шиилит. Я успела взглянуть в сторону двери — та была приоткрыта. Бежать? Но зелье заполнило меня всю, и от тяжести я просто не могла двинуться с места. Да и не хотела. Мной овладела ленивая расслабленность, тревога на время пропала, я свернулась калачиком и закрыла глаза…

Во сне я снова была собой. Алиной, которая не хотела вставать на работу, потому что с утра в библиотеке всё равно никого нет. Урвать бы ещё пять минут, полежать… если б ещё так жёстко не было, и ноги почему-то на полу оказались…

— Шиилит!

Чей это был взволнованный, чуть растерянный мужской голос? Знакомый, пробуждающий неясные образы в мыслях…

— Шиилит, разрешите, я помогу вам сесть. Вот так. Это вы, это и правда вы!

Меня, закутанную в скользкую, прохладную ткань, усадили, приобняв за плечи. Я всё вспомнила и хотела открыть глаза… но тут же вскрикнула:

— Больно! Не могу смотреть… больно…

— Успокойтесь, всё хорошо, — меня погладили по голове. — Должно быть, это побочный эффект зелья, а вернее всего, на вас сказались и зелье, и чары превращения.

Я закрыла лицо руками и покачала головой:

— Боюсь. Свет режет… Дайте мне какую-нибудь повязку, хоть что-нибудь!

Никогда раньше не подозревала в себе таких артистических способностей. Паника в голосе лучше всего убедила Каэма в моей искренности. Я услышала звук рвущейся ткани, а затем голову мне обернули полосой, судя по ощущениям, оторванной от чёрного плаща.

— Теперь лучше, — с облегчением прошептала я, опуская руки на колени. Меня смущало то, что я не только, как выяснилось, понимала драконий язык, но ещё и без труда сумела на нём заговорить. У меня было высшее лингвистическое образование, и вообще я схватывала языки на лету — одинаково хорошо владела что английским, что французским, — но вот так, сразу?..

— Шиилит, — Каэм взял меня за руку, — понимаю, вам сейчас не по себе. Что вы помните? Серых, другой мир, обличье ящерицы?

— Ничего, — после недолгой паузы ответила я. — Ваш голос мне знаком… кто вы?

Каэм помолчал, словно ему требовалось время, чтобы справиться с потрясением. А затем представился:

— Каэм из рода Ирр, ваш жених.

— Жених?! — ахнула я, отобрав свою руку и плотнее закутавшись в плащ. Интересно, что бы сказал дракон, обнаружив, что на мне дешёвенькая ночная рубашка из нашего провинциального городка? Вряд ли в этом мире существуют синтетические ткани.