Замуж за врага. Проданная дракону

Глава 4

Реджинальд отсутствовал два дня.

Поначалу я не переживала. Мало ли какие у маршала дела могут быть? Но с каждым часом мое беспокойство нарастало. Муж не оставил мне ни записки, ни устного послания.

Впереди был прием у Императора, а я почти ничего не знала о правилах этикета, принятых при дворе. Да и вообще, состоится ли он?

В раздумьях я ходила по своей гостиной, не зная, куда себя деть.

А что, если с Реджинальдом что-то случится, и он не вернется? Эта мысль заставила меня вздрогнуть.

Какие у них тут законы? Какие права есть у вдовы? На моей родине, в Велезиде знатную женщину после смерти мужа повторно отправляли под венец, и она переходила в новую семью вместе со всем имуществом и детьми. Так случилось и с моей матерью.

– Госпожа, что же вы все маетесь? – участливо поинтересовалась добрая Агата, которая старалась не оставлять меня одну надолго.

– Мне неуютно без Реджинальда, – честно призналась я.

Служанка удивленно подняла брови. Действительно, сложно было предположить, что между мной и мужем успела возникнуть хоть какая-то привязанность.

– Компаньонку бы вам, – со вздохом сказала женщина, – со мной вам скучно. Вон уже бедного Герри гоняете, как мальчишку.

Я улыбнулась. Управляющий действительно заглядывал по несколько раз в день, принося то не те документы, то старые ведомости, то теряя важный листок. Потом спохватывался и приносил недостающее. Пока от него шума было больше, чем пользы.

– Кажется, ваш Герри привык работать в полсилы, – заметила я.

Агата посмотрела в сторону, будто боялась выдать свои чувства.

– Может, и так, только не по зубам он вам будет, лира Марейна, – сказала она.

Причину неуязвимости управляющего служанка отказывалась называть, но я решила не торопиться.

Дверь отворилась, и в комнату вошла молоденькая горничная.

– К вам Кара Леботье, – сообщила она, глубоко поклонившись.

Я обрадовалась хоть какой-то перемене. К тому же модистка должна была принести на примерку наряды для императорского приема, до которого оставалось всего два дня.

Кара приветствовала меня, словно старую знакомую.

На этот раз модистка прибыла не одна, а с тремя помощницами. Девушки принесли с собой ножницы, нитки, ленты и отрезы ткани.

– Времени у нас совсем нет, лира Марейна, будем подгонять наряды прямо здесь, – пояснила Кара.

Я согласилась, что так будет удобнее, и попросила Агату подать девушкам легкий перекус и напитки через пару часов. Служанка оставила нас.

А затем началось самое сложное: бесконечные примерки, когда нужно стоять неподвижно, пока швея прихватывает рукав и ровняет вытачку прямо по фигуре. В эти моменты я замирала и смотрела в окно на залитый солнцем, слегка заросший парк. Он, как и все в этом доме, нуждался в хорошем управлении.

Швеям было необходимо много света, поэтому они поставили у окна круглый табурет и заставили меня позировать на этом пьедестале.

Девушки одновременно шили три наряда, поэтому стоило мне снять одно платье, как тотчас на меня надевали другое. За два часа я сама ужасно вымоталась и уже мечтала о перерыве, и если не о перекусе, то хотя бы о стакане воды.

Чтобы не терять время, я даже не одевалась. На мне оставались только шелковые панталончики, отделанные кружевом, и тонкая, почти прозрачная сорочка до середины бедра. Чтобы точно выверить длину платья, Кара принесла мне туфельки на каблуке.

Корсет к каждому платью шился отдельный, поэтому он менялся для каждого наряда, а в перерывах между примерками я оставалась в весьма легкомысленном наряде, который открывал больше, чем прятал.

В таком виде меня и застал Реджинальд, вошедший без стука в мою гостиную: стоящую на табурете в прозрачном белье, подсвеченную ярким солнечным светом.

На мгновение дракон застыл на пороге, а девушки, не ожидавшие, что к нам войдет мужчина, испуганно ахнули.

Зрачки Реджинальда непривычно сузились. Он словно не хотел смотреть на меня, но при этом был не в силах оторвать взгляд.

А я почувствовала, как жар разливается по телу, а кровь закипает от смеси смущения и чего-то еще, неведомого и неуместного.

Реджинальд дернул головой, будто сбрасывая наваждение.

Швеи заулыбались, понимая, свидетелями какой неловкой сцены они стали.

Мгновение, и в глазах мужа снова был лед, а на губах застыла ничего не выражающая вежливая улыбка.

– Вижу, у тебя примерка, Марейна, – сказал он, обводя взглядом комнату.

Притихшие поначалу швеи с интересом глазели на хозяина дома. Причем с вполне уловимым интересом. Стоило увидеть красивого дракона, как они тотчас размахались ресницами, того и гляди меня сдует.

Но Реджинальд не задержался взглядом ни на одной из них и снова посмотрел на меня.

– Зайди ко мне, как освободишься, – сказал он властно.

Одной фразой припечатал меня так, что я едва не склонилась в реверансе, но вовремя сообразила, что между мужем и женой не должно быть такого официоза.

Он ушел, а мое сердце еще долго колотилось от волнения. Остаток примерки я думала не о воланах и кружевах, а о том, где был Реджинальд и почему так задержался.

Едва дождавшись окончания работ и распрощавшись с Карой, я поспешила в кабинет к мужу. Коридор казался мне бесконечно длинным, и я едва сдерживалась, чтобы не перейти на бег.

На мгновение остановившись у двери кабинета, я оправила платье и прическу. Мне хотелось выглядеть безупречно. Так, как и полагается выглядеть жене маршала.

Реджинальд сидел в кресле у камина, закинув нога на ногу. Он задумчиво ворошил угли и смотрел, как языки огня лижут свою добычу. Казалось, он не заметил, что я вошла.

Пришлось напомнить о себе.

– Примерка закончена, готовые платья будут за день до приема у Императора, – отчиталась я.

Мне хотелось рассказать и о планах по ремонту, и о моих подозрениях в нечистоплотности управляющего. Но Реджинальда захватили какие-то другие мысли, и мне казалось неуместным отвлекать его.