Замуж за зверя. Попала!

Глава 14. Видение

Я сосредоточенно смотрела на собравшихся селян. С напряжением заметила среди лиц недовольное, смотрящее голодным коршуном — Всеслава, но промолчала, прогонять не стала. Сейчас на счету каждый помощник.

А ещё меня хотели оттащить в сторонку две девушки — Сияна и Любава. Память Златы с радостью откликнулась, стоило заметить их приближение. Подружки, отлично. Подружки — это полезно.

Но мы же тут не посплетничать собрались, в самом деле! Чтобы не расстраивать их, я обещала поболтать обо всём что угодно после того, как найдём мальчишку.

Я вновь оглядела собственноручно собранный отряд, который в моём воображении представлялся чуть больше. Какая-то часть не восприняла всерьёз выряженную в мужские тряпки девку и не пошла следом, предпочитая сначала дождаться старосту. Я не винила их, некогда было.

Важнее, что большинство сейчас стояло прямо передо мной. Они успокаивали рыдающую Живду, обсуждали пропажу и… меня.

Некоторые не смогли не заметить во мне изменений. И от этого бросало в дрожь. Ну конечно! Прежняя Злата не побежала бы на всех порах собирать людей, а сначала дождалась бы Власия и делала бы так, как он скажет. А это… что-то новое, диковинное, как они говорили.

И всё же сейчас о собственной конспирации думать не получалось, ведь цена заминки — чей-то ребёнок. В суматохе я успела погреть уши, чтобы было понятнее, кого искать, ведь ориентировками в этом времени и не пахло.

По словам местных, потерялся десятилетний мальчишка, худощавый и длинный, с веснушками и небольшой шепелявостью. Что ж, негусто, но всё же приметы довольно яркие.

Ещё Живда рассказала, что жила недалеко от леса. Значит, в этом направлении и стоило начать поиски.

Я уж хотела было повести народ, но тут голос запыхавшегося отца прилетел в спину:

— Златка! А ну обожди! Иди ко мне, кулёма!

Я закатила глаза. Ну почему сейчас? И так уже много времени потеряли! Однако селяне, завидев своего вожатого, приободрились и приготовились внемлить ему. Стало понятно, что больше меня слушать не будут, ведь подоспел авторитет более весомый, значит, не оставалось ничего, кроме как подойти.

— Папа, послушай… — Начала я, но Власий меня перебил.

— Это ты послухай. Щаз же домой к мамке иди. Нечего по кустам в мужицких портах ходить, ты давеча в этом же лесу чуть не расшиблась! Я дале сам, это старостины заботы.

Я скрестила руки на груди и выставила вперёд ногу, чтобы было видно, что собиралась привести аргументы. Власий любил свою дочку, ругать у всех на глазах не стал бы. Надеюсь.

— Какой ты хитрый! Я, значит, всю общину подняла на уши, прошлась по домам, собрала людей, уже знаю, с чего начать поиск. А тут вдруг приходишь ты и говоришь всё бросить! Нечестно!

Отец нахмурился и поджал губы. По глазам его видела, что он понимал несправедливость ситуации, но не мог допустить, чтоб всё выглядело так, будто пошёл на поводу у девчонки.

— Чем докажешь, что достойна с нами идтить? — спросил он, прищурившись.

Я уж хотела изложить план, по какому маршруту собиралась двинуться и на какие детали надо обращать внимание при поиске, но вдруг раздался другой голос, женский, уже знакомый. Голос Ванды, на который все сразу обратили внимание.

— Мне видение было. Ежели пойдёт Злата, то пойдёт и лесник. А с ним больше надёжи, что отыщется мальчишка.

На Ванду все смотрели по-разному, кто напряжённо, кто со страхом, кто с брезгливостью. Я же была удивлена и немного рада её появлению. Точнее, словам, что она сказала.

Адамир! И как я во всей этой кутерьме не додумалась сразу? Он же в лесу как в воде рыба!

Народ настроился к этой идее явно скептически. Кто-то выкрикнул из толпы:

— Да чего эту ведьму слушать? Она небось в сговоре с сим бесом Адамиром! Хочут всех нас сгубить!

— Дуралей! — бросила Ванда ядовито. — Для какой мне нужды вас губить? А уж тем паче — путаться с бесом лесным! Он мне не меньше вашего немил!

— Ой ли? — подхватил внезапно Всеслав. — Бьюсь об заклад, вы спите с ним! Кувыркаетесь под деревьями аки звери! Ха-ха-ха!

Кто-то вторил ему смехом, а я вся побледнела и ощутила, что каждая мышца в камень застыла. Кулаки сами собой сжались. Клянусь, не знаю, почему, но я была готова броситься на него через толпу, словно медведица, защищающая берлогу.

Только в этом не оказалось надобности. Стоило Ванде задержать взгляд, что-то взять из кармана и бросить себе за плечо, как Всеслав закашлялся на всю улицу. Смех остальных подпевал резко затих.

А сама Ванда с мягкой улыбкой ответила:

— Погода хороша сегодня, благоволят духи природы моему настроению. А то ведь могла и прибить тебя, паршивец. Днесь дам совет — за языком следи.

Вдруг, видно уверовав в ведьмино могущество, из толпы выскочила Живда. И, обливаясь слезами, свалилась перед ней на колени.

— Молю-ю-ю-ю!!! Молю богами!!! Спаси моего сынка!!! Первака моего спаси-и! Душу за него могу тебе положить!!!

И женщина вцепилась за подол её юбки. Начала реветь ещё громче, что даже у меня глаза от увиденного стали влажными. А ведь где-то в другой жизни так же убивалась и моя мама, узнав о моей участи…

Но ведьму слёзы Живды совсем не разжалобили. Она резко вырвала свою юбку у той из рук и почти равнодушно обронила:

— Полно тебе, баба. Утри сопли. Я уже поведала, как сына твоего спасти. Бери дочь старосты и иди к избушке лесничего.

Больше Ванда не собиралась ничего говорить. Окинула всех присутствующих тяжёлым взором и остановилась на мне, но промолчала. Отвернувшись, побрела своей дорогой. Но долго провожать её взглядом не вышло.

Безутешная Живда подползла ко мне и принялась просить, как нищенка милостыню:

— Злата, девонька! На тебя всю уповаю! Поди до Адамира, проси за меня Первака моего найти! Буду вечной тебе должницей!!!

И она вновь разрыдалась, закричала гибнущей чайкой.

Разве я могла отказать убитой несчастьем матери? Тем более, Ванда права, с умением Адамира ориентироваться в лесу, поиск мальчика с большей вероятностью может увенчаться успехом.