Занимательное ботоводство

Новые соседи

Отгремела последняя пара. Толпа шумящих студентов принялась спешно покидать аудиторию, словно у каждого были дела как минимум вселенской значимости, не меньше.

Максиму Филатову, и сегодня никуда не торопящемуся, частенько приходилось слышать от более взрослых друзей, дескать, студенческий период жизни — это калейдоскоп нескончаемых, весьма ярких впечатлений. Так оно и было, конечно, но только вне учёбы. А она, даже если к ней относиться спустя рукава, отнимала весьма значительную часть времени.

По поводу же остального — всё, что Максим мог сказать, так то, что его текущие будни, возможно, и были чуть ярче, чем то, что из себя представляли стереотипные рабочие дни. Сугубо теоретически. Не говоря уже про то, что это был вопрос вкуса и личных предпочтений.

Сегодня его опять подставили. Снова. Вновь. Ещё раз. И так далее по списку синонимов. Максим знал, что так будет, и всё равно было обидно. Всегда обидно ошибаться в своей вере в людей. Но самой обидной была фраза: «Я же говорила».

Сказана она была вскользь и без особой злобы. Но всё равно напоминала нож в спину. Её можно было бы и не говорить, можно было поддержать. Но суть-то состояла в ином. Уколоть, показать свою правоту, повлиять. Последнее особенно пугало Максима. Он не хотел такого влияния на себя.

***

Разумеется, к тому времени, как Тукан вернулся к озеру с парой ботов в качестве носильщиков и Фионой, решившей тоже посмотреть на окрестности, особенно дружелюбного скелета и след простыл. Вообще рыбак указал в сторону, где нашлись меньшие по размерам и потому менее подходящие для рыбы озёра, но вернулся крестоносец с сопровождением именно сюда. Не из вредности, а скорее из спортивного интереса доказать свою правоту. Причина была банальна: его истории не поверили.

— Здесь был мирный скелет! — повторил не первый раз, почти что с обидой Тукан.

— Ты пил эту воду? — скорее констатируя уже свершившийся факт, спросила Фиона.

— Нет! — возмутился Тукан.

— В реале выпил? — прозорливо продолжила допытываться жрица.

— Нет!!! — ответил крестоносец с крайней степенью возмущения и, подумав немного, добавил. — Не сегодня!

— Тогда не знаю, что тебе сказать. Кроме очевидного: никаких скелетов здесь нет. И рыбаков. Насчёт рыбы категорично утверждать не буду, — явно и неприкрыто издеваясь, резюмировала жрица.

Она дала знак троим ботам приступать к набору воды. Зрелище это было прелюбопытное. Дело в том, что на всё Гадюкино имелось всего одно ведро да пара небольших, уродливых, как смерть, деревянных кувшинов. Этого вполне хватало, учитывая какой-никакой колодец рядом. Спасать это «добро» ночью в царивших хаосе и суете боя, конечно же, никто не стал, и потом утварь вместе с пресловутым колодцем где-то очень далеко.

Посему воду пришлось носить, за неимением лучших альтернатив, в старом снаряжении Тукана, которое кучами валялось в церквушке ещё с давних пор. Собственно, большинство шлемов, что когда-либо надевал крестоносец, этими самыми вёдрами и были, только с прорезями. Тем самым жизненный круг замкнулся.

Помимо очевидных проблем с ёмкостью имелся чисто конструктивный недостаток: отверстия для глаз и дыхания. Кроме того, новые дырки появились и в процессе эксплуатации. Вот и пришлось ботам носить воду практически в сите.

— Как насчёт такой фразы: молодец, Тукан, нашёл нам воду! Вот тебе медаль!

— Молодец-молодец, — повторила Фиона и добавила: — только это не очень годится. Не будем же мы сюда каждый раз ботов за ручку водить? Надо…

Времени эти «прогулки» и вправду отнимали очень даже прилично — не менее получаса на весь путь. Конечно, появись какая-никая тропинка, процесс ускорится, но незначительно. Самая главная проблема состояла в том, что «выхлоп» исчислялся в лучшем случае в литрах. Это уже не говоря о том, что хранить и накапливать перенесённое оказалось банально не в чем.

— Ну начинается, — простонал крестоносец, хорошо понимавший, что будет дальше. — Это РПГ, а не градостроительный симулятор с элементами выживача! Я даже не знаю, как искать воду, чтобы понимать, где надо копать колодец! Или мне кучу ям рыть наобум?!

Жрица вместо ответа покрутила головой и указала в сторону на разделяющиеся ветки орешника.

— Проволоки у нас нет, так что… по-старинке.

— Это антинаучная фигня, — вполне серьёзно заметил Тукан.

— А мы в мире магии. Здесь добрая половина вещей — это антинаучная фигня, — парировала Фиона. — Ладно, не хочешь искать палочкой — поспрашивай Фалайза. Уверена, в игре есть способ видеть воду сквозь любую преграду.

Тем временем боты худо-бедно справились с задачей наполнить ёмкости и даже прихватили их таким образом, что почти не подтекало. Посему процессия двинулась в обратном направлении.

— Какие-то они никакие, — не слишком деликатно меняя тему, сообщил Тукан, обеспокоенно поглядывая в сторону Петловича.

Староста прежде даже в самые неблагоприятные для себя деньки прямо-таки лучился оптимизмом, но только не сегодня. Что уж говорить, он всё время молчал. Прежде его эти «да, балин» по любому поводу было не остановить.

— Их можно понять, — кратко сообщила Фиона. — У них настроение в районе плинтуса — хуже уже быть просто не может.

— Мда? — удивился крестоносец. — Это так на них переезд повлиял? Ностальгия по любимой дыре?

— Переезд, отсутствие даже минимальных удобств, соседство нечисти…

— Нечисти?!

— Твой любимый Геннадьевич или как там его значится в статистике как «нечисть» и даёт целую охапку штрафов к настроению. — Пожала плечами жрица. — Поэтому их и надо переселить как можно скорее. Или, кхм, убрать раздражитель.

— Не сметь трогать Геннадьевича! — возмутился Тукан. — Он часть антуража! Уникум, интеллигент, почти мирный!

— Не будем не будем, — успокоила его Фиона. — Всё равно церквушка считается оскверненной. Тут нужен профильный священник и куча обрядов, а есть там лихо или нет — ни на что не влияет.