Заново. Полюбить стража Севера

Глава 4

Лексар

‒ В лес?

Слова повисли в кладовой, отдавая сарказмом и иронией. Я до конца был уверен, что девушка неудачно пошутила. От стресса, например. Или что там еще бывает у женщин при сильных потрясениях?

Однако Викторика не шутила. В ее огромных от усталости глазах не было и тени насмешки. Только отчаянная животная необходимость. Такая же, как у истощенного зверя, который ползет к водопою из последних сил.

Я шагнул вперед. Расстояние между нами сократилось до предела. Я даже заметил мелкую дрожь в ее руках, когда она подняла их к своей быстро вздымающейся груди. Ей явно было тяжело.

‒ Да.

Но, тем не менее, девчонка упрямилась и говорила про лес. А ведь за окном уже стемнело.

‒ Лес в сумерках ‒ это безумие, ‒ выдавил я, и мой собственный голос прозвучал излишне жестко. ‒ Даже в полдень его тропы небезопасны. А вы...

Мой взгляд самовольно скользнул по ее бледному лицу, искал бред в глазах.

‒ Вы ослабли после применения своей силы. И что вероятно, истощение искажает ваше сознание и восприятие реальности.

‒ То есть вы хотите сказать, что я несу бред? Я может и слаба, но не безумна, ‒ невеста вздернула подбородок и грозно сузила глаза. Мои слова ей точно не понравились. Хотя я не говорил ничего дурного. Лишь факты. ‒ Черт! А я на долю секунды поверила, что вы меня поняли и услышали.

‒ Я вас понял.

‒ И?

‒ И вместо леса могу предложить наведаться, например, в оранжерею.

‒ Вы серьезно? ‒ Викторика застонала. Протяжно. И раздосадовано. Она злилась, а у меня вдруг лава потекла по венам. Прямо туда, куда не стоило. Тьма, я что, возбудился от одного лишь звука, сорвавшегося с ее губ? Что со мной, черт подери, происходит?

Благо, Викторика не представляла, что творилось в моей голове. Вместо этого она уперелась руками мне в грудь и пихнула. Слабо. И скорее от безысходности.

‒ Мне надо к деревьям, ‒ уже без напора произнесла она.

‒ И те, что растут у нас, вам не подходят?

Я все еще не понимал в чем такая нужда.

Викторика устало мотнула головой.

‒ Они ‒ молодняк. А мне нужны деревья-старики по человеческим меркам. И желательно несколько, чтобы… Не навредить им. Ну как мне убедить вас, лорд Рэдмейн?

И вот эта отчаянная физическая невозможность донести свою правду что-то во мне перевернула. Я не хотел идти на поводу у невесты. Но она смотрела на меня так... Так пронзительно. Так честно. И если что-то в Викторике и говорило, то точно не бред истощения. Нет.

Ей и правда нужно было то, о чем она просила.

‒ Ваше упрямство можно воспевать в песнях, ‒ я хмыкнул, отступая от девушки и удивляясь тому, что собирался сказать. ‒ Тогда выходим через десять минут.

И пока глаза Викторики удивленно округлялись, я вышел из подсобки, а затем и из лечебницы, параллельно вызывая к себе Теней.

Боевые друзья не заставили себя ждать.

‒ Что-то с Дайной? ‒ тут же уточнил Руфус, косясь на двери лечебницы.

Я отрицательно мотнул головой, не собираясь вдаваться в подробности.

‒ Нет. Есть важное поручение, ‒ перешел я к сути. ‒ Тай, ты полетишь со мной. А Руф... Срочно разыщи Тайвина Спуна и доставь в резиденцию. Намекни, что, возможно, его ждет повышение, о котором никто не должен знать. А Гордону сообщи, чтобы проводил в мой кабинет. Пусть подаст ему сигары и янтарную настойку.

‒ Что-то еще? ‒ Руфус ждал указаний

‒ Не дай ему уйти. Как только я вернусь, хочу поговорить с ним с глазу на глаз.

‒ Могу приступать?

Я кивнул. Надо было ловить стража на горячем. Да преподнести ему такой урок на будущее, чтобы все остальные подчиненные призадумались.

У меня не было привычки следить за личными жизнями своих стражников. И на многое был готов закрыть глаза. Но насилие над женщиной, прикрытое моим именем... Да даже без него! Плевать я хотел на свою репутацию. Она и так была на самом дне. Однако, даже у меня были принципы. Низкие, кривые, выкованные в грязи и крови, но мои.

Пройти мимо я не мог ни при каких обстоятельствах.

‒ А мы с тобой направимся в ближайшую чащу, ‒ я обернулся к Таймазу.

‒ Твари прорвались к низине?! И ты молчал?

Логичный вывод, надо сказать, учитывая недавнее происшествие.

‒ Не знаю, к добру или худу, но нет.

‒ Тогда на кой нам туда лететь?

И вот как донести до друга реальную причину? Если я сам толком не понимал, что за безумие заставляет меня идти на поводу у истощенной невесты.

‒ Даже не спрашивай, ‒ я тяжело вздохнул и снова распахнул дверь в лечебницу.

‒ Банжамин, позаботься о леди Спун. Леди Харборо, ‒ я перевел взгляд на свою будущую жену, которая чинно сидела на стуле возле Деборы.

Очень хотелось плюнуть на глупую затею и не вестись на жалобные слова строптивой девчонки. Однако по какой-то странной причине я не мог этого сделать.