Заново. Сбежать от стража Севера

Глава 29

Викторика

‒ Викторика, я могу войти?

Нет, это была не служанка. Не дворецкий. И даже не Вернан.

Безумие! Что Лексар вообще забыл в этом крыле? Честно говоря, я была уверена, что он, как и в прошлый раз, забудет о моем существовании до самой свадьбы.

Но я ошиблась. Не забыл. И мало того, явился сам, а не послал своего советника.

‒ Викторика?

Повторный стук заставил мое сердце биться чаще. Может, претвориться спящей?

‒ Я вижу вашу тень.

Черт!

Я заставила себя сделать глубокий вдох, расправила плечи и подошла к двери. Рука на мгновение дрогнула, прежде чем я нажала на ручку.

Лексар стоял на пороге, залитый светом из коридора. Без плаща, в простом темном камзоле он казался не таким массивным. Но ничто не могло скрыть мощь его плеч и ту опасную, хищную грацию, что чувствовалась в каждом его движении. Взгляд стража, тяжелый и уставший, скользнул по моему лицу, выискивая... что? Страх? Следы слез?

Что же… Его ждало разочарование.

‒ Лорд Рэдмейн, ‒ произнесла я, и голос мой прозвучал ровно. Победа, не иначе. ‒ Какая честь! Чем обязана вашему присутствию?

Я не отступила, оставляя его стоять в дверях. Пусть почувствует, что его вторжение нежеланно.

‒ Вы спуститесь ужинать, ‒ произнес он, минуя всякие приветствия. Его голос был низким и ровным, с привычной повелительной интонацией. Это звучало как... констатация факта. Неизбежное будущее. В целом, ничего нового.

Я позволила улыбке тронуть уголки губ.

‒ Боюсь, я не в настроении для светских бесед.

Его взгляд стал тяжелее. Он сделал шаг вперед, и мне пришлось отступить, впуская его в комнату. Пространство сжалось, наполнившись его присутствием. И запахом. Неужели он и раньше пах так неуловимо пряно? Деревом и чем-то острым, холодным, как горный воздух. Этот запах ударил в голову, странно знакомый и в то же время совершенно новый. В прошлой жизни я бы задохнулась от страха. Сейчас же... Сейчас он заставлял кровь бежать быстрее, а нервы натягиваться, как струны.

‒ Ваше настроение, ‒ произнес он тихо, и его голос, такой близкий, вибрировал в пространстве. ‒ Сейчас не имеет значения. Если муж зовет, жена обязана откликнуться.

Я стояла, не дыша, ощущая, как тепло исходит от его тела. Он был так близко, что я могла разглядеть мельчайшие детали: незаметную нить шрама у виска, темные ресницы, обрамляющие пронзительные серые глаза, напряженные мышцы на скулах. Он был не просто моим тюремщиком. Он был... Он был физическим воплощением власти, подавляющей и неумолимой.

‒ Вы мне не муж, ‒ сипло парировала я.

Его губы тронула едва заметная усмешка, лишенная всякой теплоты.

‒ Пока нет, ‒ согласился он, и его дыхание коснулось моего лба. ‒ Но это не отменяет сути. Вы здесь под моей защитой и по моей воле. И вы будете следовать моим правилам.

‒ Подобно рабыне?

‒ Подобно леди этого дома, ‒ поправил он, и в его голосе прозвучала сталь. ‒ Чье положение обязывает. Вам надо привыкать повиноваться, как этому вас учили в пансионате. И тогда все будет хорошо. Тогда мне не придется обуздывать ваш непростой характер.

Я вдохнула, пытаясь наполнить легкие воздухом, который, казалось, вытеснило присутствие Лексара.

‒ Вы не сможете, ‒ прошептала я, но это прозвучало как детский лепет.

‒ Не смогу? ‒ он наклонился чуть ближе, и его голос стал тише, почти ласковым, отчего по спине пробежал ледяной холод. ‒ Милая Викторика, вы даже не подозреваете, на что я способен.

Тут он сильно ошибался. Я как раз знала, на что был способен прошлый Лексар. Каким он мог быть обходительным, когда этого требовали нормы приличия. Как он великолепно играл на публике, когда на нас были устремлены глаза короля и его свиты. И какой лед и сталь прятались за этой маской, когда двери закрывались. Я помнила все. Холодное равнодушие, с которым он отстранялся. Молчаливые ужины, где его присутствие было тяжелее любого упрека. Ту боль, что копилась внутри меня, пока я пыталась растопить этот лед.

‒ Идемте.

И я все же решила не испытывать терпение будущего мужа, хотя и не сдержала свою язвительность.

‒ Как прикажете, ‒ произнесла елейно, присев в книксене.