Заново. Сбежать от стража Севера

Глава 46

Викторика

Ее голос прозвучал резко, как щелчок ножниц. В ее глазах горело возмущение, смешанное с профессиональным отвращением.

Я не стала спорить или давить. Вместо этого я мягко улыбнулась и провела пальцем по контуру рукава-фонарика на своем эскизе.

‒ Понимаю ваши сомнения, мадам Нурай. Это действительно... смело. Но позвольте спросить, много ли заказов от знатных дам получают швеи в Нортлэнде на что-то выходящее за рамки устоявшихся традиций?

Она нахмурилась. Ответ был очевиден ‒ нет.

‒ Мы чтим традиции, ‒ женщина задрала нос. ‒ Для северян это превыше модной гонки со столицей. Есть правила, которые...

‒ ...которые созданы, чтобы их нарушать, когда приходит время, ‒ мягко, но уверенно закончила я за нее. ‒ Взгляните на историю дома Рэдмейн, мадам Нурай. Разве первый Страж не нарушил все правила, подняв знамя в руинах, когда все были готовы бежать в страхе из этого края? Он создал новую традицию. Ту, что вы чтите по сей день.

Я сделала паузу, позволив ей осознать параллель.

Но швея была еще тем крепким орешком. Да и что там говорить, меня она, по сути, видела впервые.

‒ Откуда вам знать о нашей жизни, леди Харборо? ‒ надменно спросила женщина. Ей плевать было на то, что перед ней стоит невеста ее господина. ‒ Ваша нежная кожа не знавала холода и стужи. И вы вдруг решили, что одна ваша фраза и я откажусь от своего прошлого?

‒ Я не прошу вас отвергнуть прошлое. Я прошу вас помочь мне создать нечто, что станет его продолжением. Не слепое подражание, а эволюцию. Платье, которое будет уважать северный дух. Его простоту, его суровую элегантность, ‒ но при этом позволит его обладательнице дышать и двигаться.

Я подошла к столу и легким движением карандаша изменила линию плеча на эскизе, сделав ее чуть более прямой, чуть более строгой. В рамках той моды, что вот-вот наступит.

‒ Мы сохраним достоинство. Но добавим свободу. Разве не в этом сила Севера? В умении быть несгибаемым, но не окостеневшим?

Геральдина прищурила глаза.

‒ Вижу, у вас язык подвешен. Но вы забываете, что Нортлэнд ‒ это не сказочная страна, где все легко и просто. Это вечное поле битвы!

‒ А разве брак ‒ не битва? ‒ спросила я, не отрывая карандаша от бумаги. Я добавила еще одну линию, обозначив скрытый разрез на юбке, позволяющий шагать широко, не подбирая подол. ‒ Разве нам, женщинам, не приходится каждый день сражаться в своих доспехах? Просто наши доспехи сшиты из ткани. Почему бы им не быть удобными?

Я отступила на шаг, давая ей рассмотреть законченный эскиз. Это было странное, причудливое гибридное создание: строгость Севера, слившаяся с пока еще неведомой миру легкостью грядущей моды.

Геральдина Нурай молчала долго. Слишком долго. Она изучала каждый штрих, и я видела, как в ее глазах вспыхивает то неприятие, то любопытство. Она водила пальцем по воздуху, повторяя контуры рукава-фонарика, будто примеряя его в уме.

‒ Это... ересь, ‒ наконец процедила она, а я еле сдержала стон разочарования. ‒ Я повторю в последний раз: шить подобное я не стану!

Она сделала шаг ко мне, ее глаза зло блестели.

‒ Я служу дому Рэдмейнов тридцать лет! Я одевала мать лорда! И я не позволю вам и вашим дурацким фантазиям опозорить память этого рода!

‒ Мадам Нурай... ‒ попыталась я вставить хотя бы пару слов, но швея была вне себя.

‒ Нет! ‒ она резко ударила ладонью по столу, заставив звякнуть ножницы. ‒ Лорд Лексар будет поставлен в известность. Он узнает, как его невеста пытается высмеять наши традиции! Уверяю вас, он найдет на вас управу!

Женщина хотела вызывать во мне трепет и страх перед стражем. Но вместо этого я ощутила ледяное спокойствие. Я пыталась бороться с судьбой, но она раз за разом давала мне сдачи.

‒ Передавайте лорду Лексару все, что сочтете нужным, ‒ сказала я ровно и взяла свой эскиз в руку. ‒ Но знайте, я отправлюсь к алтарю либо в этом платье, либо в домашнем.

Геральдина Нурай замерла, ее грудь тяжело вздымалась. Она смотрела на бумагу, словно на гремучую змею.

И затем одним резким, почти грабительским движением она выхватила эскиз из моих рук.

‒ Это безумие, ‒ прошипела она, сминая бумагу в кулаке. ‒ Безумие!

Не сказав больше ни слова, она круто развернулась и вышла вон, громко хлопнув дверью.

В комнате воцарилась тишина. Через несколько мгновений вошли слуги, избегая моего взгляда, и начали молча и быстро собирать разбросанные ткани. Они унесли с собой море белизны, оставив меня в пустой гостиной.

И только после этого я смогла выдохнуть. День выдался продуктивный.