Заново. Сбежать от стража Севера

Глава 52

Лексар

Разве я не имею на это право?

Право. Слово, которое в этих стенах ничего не значило без силы духа. Я смотрел на Викторику, на эту девочку, которую привезли сюда как разменную монету. Она должна была быть тихой. Покорной. Удобной. А она смотрела на меня с вызовом. Не истеричным, как у Эланор, а холодным, взвешенным. Как на врага перед боем.

Достойный соперник.

А она точно не северянка?

‒ Право, – голос странно охрип. – Не дается. Оно завоевывается».

Я видел, как дрогнули ресницы моей невесты. Лишь на мгновение. Но она не отвела взгляд.

‒ Ты хочешь, чтобы твой внешний вид отражал твою суть? Что ж. Ты уже несколько раз продемонстрировала, что твоя суть – упрямство. И готовность отстаивать свою позицию.

Эланор аж поперхнулась от возмущения рядом. Но возмущение сестры было фоновым шумом. Все мое внимание было приковано к невесте. К той, что внезапно оказалась не пустой куклой.

‒ Мадам Нурай получит новые указания. Вы примете участие в разработке фасона. Окончательное слово останется за вами.

Я видел, как в глазах Викторики вспыхнуло что-то… Не триумф, нет. Скорее… Удовлетворение. Расчетливое. Как у стратега, удачно переставившего фигуру на доске.

И тогда я добавил:

‒ При одном условии. Результат должен быть достоин дома Рэдмейн.

Она медленно кивнула, и в этом кивке была та же твердость, что и в моем голосе.

‒ Благодарю вас. Я позабочусь об этом.

Она поняла. Черт побери, она поняла правила игры. И я вновь ощутил азарт, хотя еще вчера пообещал себе не тратить время на невесту. От моих решений многое зависело. Мне нужно было обезопасить Нортлэнд от тварей. А не вести светские пустые беседы про женское тряпье.

Но, тем не менее, я делал это. Делал и получал странное удовольствие от разговора.

И как будто прочитав мои мысли, Викторика рискнула вновь ко мне обратиться:

‒ Лорд Рэдмейн, вчера вы сказали, что покажете мне город, когда у вас будет время. Сегодня подходящий день?

Совершенно неподходящий. Как и любой другой. Но вместо этого с моих губ сорвался совершенно другой ответ:

‒ Сегодня, ‒ сказал я, и слово прозвучало как приговор самому себе. ‒ После полудня. Будьте у главных ворот.

Она не расплылась в благодарной улыбке, как сделала бы любая другая. Лишь еще раз кивнула, коротко и деловито, будто мы только что согласовали время военного совета.

‒ Я буду ждать, ‒ ее голос был ровным, но в глубине глаз я уловил еще одну искру удовлетворения. ‒ И, если позволите, я бы провела время до нашей встречи у себя?

Я кивнул, не в силах и не желая что-либо добавлять.

Викторика грациозно встала и вышла, шелестя юбкой по мраморному полу. Дверь за ней закрылась беззвучно.

В столовой воцарилась тишина, которую через мгновение разорвал вздох Эланор, полный драматизма и обиды.

‒ Наглость, да и только! Вы слышали ее тон? Да еще и смотрела свысока. Кем она себя возомнила?

Я только решил, что спектакль окончился, как сестра решила завести шарманку заново.

Вернан, до этого молча наблюдавший с интересом, решил ответить за меня. И я был ему безмерно благодарен. Разговоры с женщинами в последнее время выходили мне боком.

‒ Эл, прости, но это ты сейчас ведешь себя как ребенок. Леди Харборо не смотрела свысока. Она смотрела на нас как на равных. Что, согласись, куда приятнее, чем если бы она липла к нам с приторными улыбками.

‒ Но она не ровня нам! ‒ не унималась Эланор. ‒ Она…

‒ Моя будущая жена, ‒ мои слова прозвучали резко и жестко, заставив Эланор резко замолкнуть. ‒ И давай на этом, наконец, закончим, потому что это порядком надоело.

Я встал, и стул со скрежетом отъехал назад. Головная боль, притихшая полчаса назад, вернулась с новой силой, пульсируя у висков.

‒ Ты требуешь уважения к нашему дому, ‒ продолжил я, глядя на бледнеющую сестру. ‒ Но ведешь себя, как последняя торговка с базара, которую волнует лишь чужая юбка. У нас через пять дней свадьба, на которую съедется половина знатных домов всего королевства, ‒ я ударил кулаком по столу, заставив задрожать хрусталь. ‒ А ты озабочена лишь тем, какого фасона платье у девушки, которую ты сама же назвала не ровней!

Эланор замерла, ее глаза округлились от шока. Она редко слышала от меня подобное. А возможно, никогда. Я так долго берег ее от любых переживаний, что, кажется, взрастил в ней что-то уродливое и капризное. Я так долго берег ее, старался оградить от жестокости этого мира после смерти родителей, что в итоге воспитал не гордую северную львицу, а избалованную девочку, которая думает лишь о своих прихотях.

‒ Лекс... ‒ начала она, но голос дрогнул.

‒ Нет, ‒ я резко поднял руку. ‒ Все. Тема закрыта. Займись подготовкой к украшению резиденции. Или тебе и впрямь нечем больше заняться, кроме как разглядывать гардероб моей невесты?

И снова Эланор убежала в слезах.