Заноза для герцога. Инструкция по укрощению

Глава 2

Чуть ранее в другом мире

— Елена Ивановна Гурьева, верно?

— А что тут собственно происходит?

Я стояла на пороге собственной квартиры, которую мне наконец-то выдало государство. С вещами, все как полагается. А тут…

— Вам следует расписаться вот тут, — щупленький дядечка в потертом костюме сунул мне под нос какие-то бумажки, — и вот тут.

— Да подождите вы! — отмахнулась я от него. — Что тут творится?!

— Не стоит так нервничать, дорогуша, — липко улыбнулся мужчина. — Вам квартирку выдали на определенных условиях, знаете ли, а вы…

— А что я?

Что-то я вообще не понимаю что происходит…

Еще месяц назад меня вызвали в администрацию, чтобы торжественно вручить ключи и документы от той конуры, которую обычно выделяет государство сиротам.

Ну ничего, мы люди не гордые. Попробуй пойди даже такое купить в Москве! А тут бесплатно!

И вот сейчас, я смотрю на металлическую дверь, на которую старательно прикрепляют пломбу, и от нехорошего предчувствия сердце чуть ли не в пятки уходит.

— Квартира выдается детям сиротам, потерявшим родителей или отказникам, попавшим в детский дом по тем или иным причинам. Ваши же родители живы и здоровы. Вот и идите к ним!

— Что-о-о?

Моя челюсть медленно упала на пол, рискуя пробить бетонный пол и спуститься на цокольный этаж самостоятельно. Что он несет?

Дело в том, что родителей у меня не было. Никогда. Я с младенчества жила в детском доме и понятия не имела даже как меня зовут. Нынешнее имя мне и вовсе дали воспитатели.

А когда мне исполнилось восемнадцать, меня, как и многих других, с вещами выставили на выход, наплевав на то, есть ли куда нам идти и где брать деньги. Пришлось выживать.

Работа была паршивая, жилье еще хуже. Клопы и тараканы это меньшее, что можно было увидеть в тех местах, где приходилось ночевать.

И в конце концов, после почти года скитаний и жизни впроголодь, такое счастье! Государство вспомнило, что обязано обеспечить сироток квартирами! Правда, крошечными, но мы были рады и этому…

И теперь, какой-то хлыщ тыкает мне в лицо какими-то документами, уверяя, что у меня есть родители?

Да что ты говоришь…

— Господин хороший, а можно уточнить, где мои так называемые кровиночки? — я была готова натурально грызться за свое маячившее на горизонте благополучие.

— Ой, это вообще меня не касается, — легкомысленно махнул этот идиот ручонкой, похожей на куриную лапку. — Мое дело просто поставить вас в известность. Видите? - он потряс очередной бумажкой. - Вот он отчет. Черным по белому написано - родители есть. Квартиру изъять в пользу нуждающихся.

— А «нуждающийся» у нас кто? — прорычала я, готова кинуться с кулаками и на него, и на его помощников, которые молчаливо стояли рядом.

Ну что за бред?! Какие еще родители?! Все это крайне дурно пахло, и внутри снова зазвенел тревожный звоночек.

— Ой, девушка, ну не надо вот этой агрессии, — сморщил острый нос этот гаврик. — Я бы вам посоветовал вести себя потише, да поскромнее, а то мало ли... Мое руководство умеет ставить подобных вам на место!

— Да что вы себе позволяете?! Нет у меня никаких родителей!

Девушка, что до этого тихонько пломбировала дверь, посмотрела на меня сочувственно и поспешила покинуть лестничную площадку, оставив нас с хлыщом наедине.

— Знаете, — протянул он, оглядывая меня с головы до ног. — Я бы мог дать вам некоторые ответы… За вашу благодарность, естественно…

Ну, все… Меня начало клинить. Извращенец старый!

Как размахнулась рюкзаком не помню… Правда глухой звук алюминиевой чашки, которая попала прямо в лоб этому дядечке, был слышен на пару этажей вниз и вверх…

— Ах ты, коза! — завопил он, хватаясь за растущую шишку. — Правильно делают, что от таких, как ты избавляются! Еще таких маргиналов в соседях иметь! Тьфу ты!

Он подхватил чемоданчик, яростно воткнул туда папку с документами и направился на выход.

— Не захотела по-хорошему? Будет по-плохому!

— Испугал кота голой жопой! — крикнула я вслед. — Не отдам квартиру!

Оставшись одна, я устало опустилась около двери, чувствуя, как накатывает отчаяние.

И что же теперь делать? Свою комнату я уже сдала хозяйке, а на новую банально нет денег. Я ведь планировала остаться тут…

Слезы мгновенно набежали на глаза, рискуя довести меня до истерики, но я упрямо сжала зубы, не позволяя себе раскиснуть.

— Зря ты, девочка, упрямишься… Бежала бы, хоть шкуру свою сохранишь.

Из соседней двери выглянула старушка и сочувственно на меня посмотрела.

— Ну что ты смотришь, бедолага? Ну сама подумай. Рядом метро, дом новый… Прям так взяли и отдали они вам, сироткам, тут квартиры. Были тут до тебя и другие. Да вот больше их никто их не видел! А тоже кричали и ногами топали. Шла бы ты тоже… Подальше.

— Да некуда мне идти, — отмахнулась я, угрюмо поджав губы, — и денег нет.

— Заработаешь, авось молодая.

— Не отдам! - снова заупрямилась я, но уже без былой решимости. - Мне она по закону положена! У меня и документы есть!

— Ну как знаешь, - пожала плечами бабуля, ныряя обратно в квартиру. - Я предупредила.

Ночевать в подъезде у меня желания не было, но я настолько не хотела никуда идти, что была готова даже на это. Вот утром придут, а я еще тут! Надо будет — до мэра дойду!

С этими мыслями я и уткнулась в книжку, подложив под пятую точку полотенце.

Прошел час, второй, третий… Глаза начали слипаться, а за окном смеркаться. Фантик от шоколадки, который я держала в руке, мешался, поэтому решила отнести его в мусоропровод. Заодно и пройтись, размять мышцы.

Свет в подъезде постоянно мигал, поэтому часть пути я прошла в потемках. Наверное поэтому я не заметила того огромного бугая, что стоял за углом. Крепкие руки ухватили меня за шкирку, затаскивая к себе, а после мужчина со всей силы припечатал меня головой о стену. Да так, что я тут же потеряла сознание. Навсегда…