Заноза в эльфийском... пальце

Глава 4

- Вампиры? – переспрашиваю на всякий случай.

В данный момент времени меня смущает не столько само название чудовищ из фильмов ужасов, сколько тот факт, что девушка говорит об этом совершенно спокойно и невозмутимо.

- Я так и сказала. А что еще может пахнуть кровью и при этом быть живым – здоровым?

Резонный вопрос, ответа на который у меня нет. Но зато у меня есть что спросить у кареглазой, которая явно знает больше меня и Оли.

- А что, вампиры тут не в диковинку? – типа просто интересуюсь, праздное любопытство.

- Конечно, в диковинку. Они живут замкнуто, на своем континенте и редко его покидают. И уж точно не поедут на континент эльфов, где с ними запросто может произойти то, что мы сейчас наблюдаем.

- А что мы наблюдаем? – подключается к беседе Оля.

- О, Богиня. Так вы обе такие глупые? А я надеялась, что только одна. Вампирши явно похищены, скорее всего, они не сильно знатных родов, дворяне своих дочерей больше берегут, а раз этих похитили, то за ними особо не смотрели. Раз незнатные, то силы у них мало, а значит, пойдут в услужение к более простому сословию эльфов. Они едут в крытой телеге, чтобы защититься от солнца…

- Оно их убивает? – тут же спрашивает Оля.

- С чего это? – удивляется кареглазая. – Ты случайно не билась головой? Странные какие-то вопросы задаешь. Вампиры белокожие, на их континенте солнце скрыто тучами, потому они чувствительны к свету, с непривычки. А ты что-то такое несешь…

Девушка стала внимательно присматриваться к Оле. Не нравится мне ее пристальный взгляд, надо отвлечь.

- Наверняка телега имеет еще какие-нибудь средства защиты. Это ведь вампиры – перевожу на себя внимание кареглазой.

- Скорее всего. Тут полно эльфов. Никто не будет рисковать своей энергией. Думаю, на телеге еще стоит артефакт, или что-то типа того, чтобы вампиршы не могли тянуть энергию. Голодные, конечно, будут, но ничо, не голоднее, чем мы.

Ага, вот оно что. А на наших повозках таких артефактов, значит, нет. А потому, можно подумывать о побеге. Чудееесно! Кстати, она там что-то сказала об эльфах? Это как во «Властелине колец»? Белобрысый, ушастый и с луком? Внимательно осмотрела всех стражей, не похожи они на эльфов. Правда, все завернуты в плащи и прикрыты шляпами, но…

Додумать, что НО не успеваю, потому что буквально натыкаюсь на пристальный взгляд того самого, с колючими глазами. Блин! Сразу же отворачиваюсь и усердно топчусь ногами, типа сейчас помру от разрыва мочевого пузыря. Хотя…, это уже очень похоже на правду.

Наконец, позволяется и нам сходить в кустики. Едва сдерживаюсь, чтобы не застонать, получив желанную свободу. Садисты фиговы!

Из кустов вылезаю в более спокойном и одновременно боевом настрое. Уже даже начинает формироваться идея, как нам с Олей сбежать. Может, прихватим и кареглазую, нам в дороге понадобится человек, хоть что-то понимающий в происходящем.

Возвращаемся обратно к повозке. Залезаю самая последняя, пропустив всех вперед. Уже ставлю ногу на поломанную и кривую подножку, когда чьи-то руки совершенно бесцеремонно хватают меня под зад и, попутно облапив, подталкивают в повозку.

- Шевелись, рабыня, – почти в ухо говорит мне хрипловатый мужской голос, - если не хочешь ехать на лошади вместе со мной в одном седле.

Нет уж, спасибо. В повозку я буквально залетаю, успев оглянуться и увидеть все тот же пронзительный взгляд уже знакомых глаз. Блин! Вот чего он прицепился?!

- Нас в рабство продадут? – на всякий случай уточняю у кареглазой.

Мы втроем так и сели вместе в повозке, поближе к выходу.

- Нет, нас просто покатают и высадят – ехидничает девица. – Конечно в рабство. Молись своим богам, человечка, чтобы тебя, такую тощую и мелкую продали какому-нибудь незлому и богатому эльфу. Иначе загнешься в течение пары месяцев.

- Не загнусь, не переживай – отвечаю язве. – И молиться я не приучена, только на себя всегда рассчитываю, так и дальше собираюсь. Ты мне лучше скажи, как думаешь, привал на ночь будет? Или так и будем тащиться без ночлега?

- Думаю, будет. Охраняют нас эльфы, а они ночью видят хуже. Вот если бы были и оборотни, тогда да, ехали бы безостановочно. А так, есть надежда вздремнуть, не колтыхаясь до животных колик.

Отлично, то, что мне было нужно, я узнала. Повернувшись к Оле очень тихо сказала, что если будет привал, мы попытаемся сбежать. Девушка ответила мне круглыми от страха глазами и стуком зубов.

- Я тебя не принуждаю, – тут же говорю ей, - если не хочешь, можешь остаться. Просто предлагаю вариант рабству.

- Разве это вариант? – едва не всхлипывая, возражает блондиночка. – Быть съеденными заживо ночью в лесу?

- Еще раз говорю, я не настаиваю – отвечаю и отворачиваюсь.

Блин, мне бы хотелось, чтобы она шла со мной, все-таки вдвоем не так страшно, но если решит остаться, так тому и быть. Каждый волен сам выбирать свое будущее.

Как и говорила кареглазая, когда стало смеркаться, наш рабовладельческий караван начал притормаживать. Мы замедлялись и замедлялись, а потом совсем остановились. Караванщики отвязали лошадей из повозок и куда-то их отвели. Потом они еще долго ходили туда и обратно, а мы все так же сидели за решетками, ощущение, что о нас все забыли. Но нет, не забыли, просто ценятся плененные девушки меньше, чем лошади.

Нас выводят из повозок. Связывают девушек из одной «камеры» общей веревкой за талию, чтобы мы так и ходили все, друг за другом гуськом, не имея возможности отойти от привязанных к тебе соседок даже на полметра. Одна радость – меня поставили в самый конец шеренги, а передо мной стоит Оля. Могло быть хуже, если бы ее привязали человек через пять или десять от меня.