Заоблачность. Книга 1. "Легенда о долине Вельдогенериуса"

ГЛАВА 23. Тайна знамения

Глава 23. Тайна знамения

Солнце стояло в самом зените, и в другой раз Логофет, изнывая от жары, воображал бы себя мучеником на раскаленной сковороде, но сейчас, при виде окруживших его со всех сторон огромных варканов, дрожал и ритмично выстукивал зубами румбу, обливаясь при этом ледяным потом. Впервые в его столь долгой жизни он был в центре всеобщего внимания. Тысячи хищных, полупрозрачных глаз следили за его скромной персоной, и Логофет впервые в жизни пожалел, что выглядит столь аппетитно. Он на секунду представил себя желанным лакомством на хрустальном блюде, и от этой дурной фантазии сначала бросило в жар, а затем в животе образовалась ледяная пустыня, и из ее недр послышался то ли рык, то ли вой. Чудовища оскалились, обнажив острые клыки, но Амарус жестом остановил их порыв броситься на застывшую в оцепенении добычу. Большая тень накрыла утес, и Логофет подумал, что на долину Вельдогенериуса нашли тучи, но тень, промелькнув, исчезла, и уже через секунду рядом с ним стояли Шеду, Пенат, Армариус, Фирн и Маг Нирас. Логофет был так изумлен их внезапным появлением, что не мог вымолвить и слова, но никто и не ждал от него объяснений, все устремили свои взгляды вверх.

— Моя Одежавель! — закричал Армариус, заметив малышку Одежавель в руках Амаруса, и в отчаянии ринулся вперед, но Маг Нирас остановил его.

— Нет, Армариус, я сам! — он сделал несколько шагов по направлению к утесу.

— Какая встреча! Ты как всегда вовремя, Нирас! А я-то думал, ты сгниешь там, где я тебя оставил! — Амарус подошел к самому краю утеса. Одежавель, спокойно игравшая с его бородой, увидела край и заплакала.

— Это наша битва, Амарус! Отдай Одежавель, и сойдемся в равном бою! — закричал Нирас, и его слова эхом разлетелись по всей долине.

— Это я виноват, Маг Нирас, я не доглядел за малышкой, я все исправлю, — едва слышно прошептал Логофет и, превозмогая жуткий, животный страх, поднялся в воздух и направился в сторону Амаруса.

— Остановись, Логофет! — закричал Маг Нирас, и Логофет замер на месте, что было для него чрезвычайно сложно, так как ему приходилось с удвоенной силой махать своими коротенькими крыльями. Одежавель, увидев Логофета, улыбнулась и протянула ему навстречу свои пухлые ручки. Затем взгляд ее упал на группу, стоящую возле магического дерева, и она наконец увидела Армариуса.

— Армарус! — пролепетала она, и над долиной разнесся ее звонкий смех, напоминающий звон колокольчиков. Она потянулась к нему, но Амарус остановил ее попытки высвободиться из его рук. Сердце Армариуса рвалось на части. Он был так рад видеть свою принцессу живой и невредимой, но мысль о том, что она сейчас находится в руках Амаруса и он не может ничего сделать для нее, приводила его в отчаяние. Он уже был готов снова броситься к Одежавель, но его остановил жесткий взгляд Мага Нираса.

— Не смейте даже приближаться к ней! — голос Амаруса зазвучал как гром в наступившей тишине. — Битвы не будет, Нирас, ты ее уже проиграл! А королевская кровь нужна мне для совершения одного магического обряда — отделение темного от светлого, Нирас! И на сей раз я оставлю на поверхности тьму, а свет навсегда исчезнет в глубинах озера, воды которого я затем обращу в камень, и свет уже никогда не найдет дорогу в этот мир, Нирас!

— Ты не сделаешь этого, Амарус! — Маг Нирас сделал еще несколько шагов к утесу. Он знал, что эта встреча неминуема, много раз он представлял ее в своей голове. Он знал, как остановить Амаруса, но он и предположить не мог, что именно в этот момент в его руках окажется Одежавель. — Отдай малышку, ее кровь не поможет в ритуале. Я знаю, Амарус!

— О да! Ты знаток в ритуалах, Нирас, но ты забываешь одно но! Я часть тебя, а вернее ты часть меня! Для темных сил магическая королевская кровь — сильнейший ингредиент, Нирас, и ты это знаешь! — Амарус поднял Одежавель над своей головой, и сердце Мага Нираса сильно забилось. Он заметил, как в воздухе мелькнула чья-то тень и пронеслась над утесом. Это был Армариус. Он не смог просто стоять и ждать. В отчаянии он попытался схватить принцессу, но огромная лапа чудовища, стоящего рядом с Амарусом, с силой отбросила его на землю. Когти, словно лезвия нанесли глубокие раны, и его тело, поднимая клубы белой пыли, покатилось к краю утеса и рухнуло вниз. Логофет, увидев своего друга в таком незавидном положении, ринулся к нему. Ему едва удалось успеть. Уже у самой земли он подхватил Армариуса, не позволив другу разбиться о камни. Он отнес его израненное тело к магическому дереву и тихо заплакал.

— Браво! Ты спас своего друга, Логофет, а теперь сорви магический цветок принцессы Одежавель и принеси его мне! — голос Амаруса был властным, и Логофет, не в силах пошевелиться, посмотрел на Мага Нираса.

— Ты прав, Амарус! Королевская кровь и магический дар могут усилить твою магию, но ты не учел одного! Королевская кровь по мужской линии способна перевернуть мир, но никак не кровь девочки! Отдай мне Одежавель, и мы все покинем Заоблачность, и власть твоя будет безграничной, — Маг Нирас говорил не спеша, словно пытался выиграть время.

— Мужская линия королевской крови прервалась с королем Гевордом, Нирас, а значит, у меня не осталось других вариантов, — сказал Амарус и передал Одежавель в лапы стоящего рядом чудовища. Малышка снова заплакала, и Армариус попытался встать, но обессиленный рухнул на землю.

— Я достану тебе кровь королевского отпрыска по мужской линии, Амарус, только не трогай Одежавель! — закричал в отчаянии Маг Нирас. В мире за семью водопадами сегодня коронуют мальчика, на шее которого висит медальон, указывающий на его принадлежность к королевской крови! Я приведу его тебе!

— Ты говоришь о Нимбусе, Нирас? — над долиной разнесся холодящий душу хохот. — Наш сын Нимбус и сын пастушки. О да! В нем непременно течет кровь королей, Нирас! Правда? Ты уже так возвеличил себя, что считаешь себя близким по крови к королям!

— Ты знаешь Нимбуса? — голос Мага Нираса дрожал, выдавая его сильное волнение, и Амарус пристально посмотрел ему в глаза.