Маша нерешительно приоткрыла дверь и заглянула в кабинет начальника следственного отдела. За столом сидел мужчина в форменной рубашке. Снятый китель висел на спинке стула. Крупный торс, большая голова, лохматые тёмные волосы, которые давно просили стрижки. Он что-то быстро писал, но, услышав, как скрипнула дверь, окинул посетительницу пронзительным взглядом карих глаз.
– Васильева? Садитесь!
Маша села на краешек стула, майор снова склонился над своими бумажками и продолжил писать. Минуты через три Маша начала ёрзать на стуле и неуверенно сказала:
– Я вещи принесла…
– Бирочки оторвали?
– Что?
Крылов набрал номер.
– Дмитриев, зайдите, заберите вещи в лабораторию, – и уже обращаясь к Маше: – Ну, давайте, рассказывайте подробно, что с вами случилось?
– Я вошла в подъезд.
– В какое время?
– Вечером.
– Точно!
– Я не помню, примерно после восьми…
– Вы помните, как произошло нападение?
– Только я зашла в подъезд, как на меня сзади кто-то бросился, зажал рот, повалил на пол.
В кабинет вошёл молодой человек в гражданской одежде, но Маша сразу поняла, что это Дмитриев из лаборатории, потому что, войдя, он сразу надел перчатки и стал рыться в пакете, доставать по очереди вещи и противным голосом их перечислять:
– Производим опись вещей: куртка бежевая, одна.
Майор Крылов взял два листа бумаги, между ними положил копирку и стал записывать.
– Кофта, мини-юбка, колготки, нижнее бельё. Всё, забираю.
Дмитриев взял пакет и собрался выйти из кабинета, но Крылов его окликнул:
– Володя, погоди! Ты же симку поменял, скажи новый номер – я запишу.
Сотрудник лаборатории назвал номер телефона, майор записал его прямо на описи в углу. Дмитриев ещё раз взглянул на Машу, усмехнулся и ушёл. Крылов протянул Маше копию описи.
– Распишитесь. Разгуливают с голыми коленками, провоцируют, ищут приключений на золотую гаечку – и при этом преступно невнимательны к окружающей обстановке…
Маша почувствовала, что ей неприятно разговаривать с этим человеком, но промолчала.
– Хоть что-нибудь вы запомнили? Какого он был роста?
– Выше меня.
– Насколько выше?
– Не знаю, примерно на голову… Тяжёлый…
Крылов продолжал записывать.
– Так, значит, примерно метр восемьдесят пять. Тяжёлый – это сколько? Килограмм сто?
– Ну, может, не сто, а восемьдесят…
– Значит, не толстый. Руки, вы обратили внимание – может быть, татуировки, родимые пятна, какие ногти?
– Я ничего не видела.
– Так… На нём верхняя одежда была, или он был одет легко?
– Не знаю, кажется, была куртка длинная или пальто…
– Значит, скорее всего, с улицы пришёл. Может, вы почувствовали какой-то специфический запах?
– Странно! Вот вы сейчас сказали, и я вспомнила: действительно был запах дорогого парфюма...
На какой-то момент Маша застыла, как будто ей что-то показалось. Майор внимательно посмотрел на неё и спросил:
– У вас есть основания кого-то подозревать?
– Конечно, нет – мои знакомые все нормальные люди!
– Нормальные-то они могут быть только с виду…
– Вы перестанете мне грубить или нет?
– Я не грублю, я провожу следствие. Сейчас вы мне расскажете, как вы провели до происшествия последние несколько дней. Чем занимались, с кем встречались, были ли ситуации, выходящие из общего порядка?
– Да ничего странного, работала…
– Где вы работаете, кем, какой у вас распорядок дня?
Маша рассказала, что до обеда она обычно находится на фирме, а после обеда ездит на производство, к клиентам, в банки…
– Вы сами деньги получаете или только заключаете договоры?
– Если суммы не очень большие – сама забираю.
– Что для вас значит «не очень большие»?
– Ну, до пяти миллионов в среднем. Если сумма больше, то нанимаю инкассаторов.
– И как часто вы получаете такие «небольшие» суммы?
– Может, это всё-таки к делу не относится?
– Я прошу вас отвечать на вопросы.
– Нечасто, но на прошлой неделе в «Добром банке» получала.
Крылов сделал пометку в протоколе:
– Хорошо, спасибо. С кем ещё встречались, общались?
– Всё было как обычно. Только на выходных с подругой кофе попили. А ещё я случайно парня сбила на повороте, подвозила его потом в больницу.
– Это вы называете «как обычно»? Вы регулярно людей сбиваете?
Отредактировано: 23.11.2025