Запах свежего хлеба и молока

8. Лиззи Арчинская

Лиззи Арчинская       

  Император мне понравился. Отходя в строну после беседы, я с удовольствием вспомнила, что в моих словах он сумел выделить главное, и спросил самое важное.   

  Я всегда уважала людей, что были на своём месте, всегда была о них высокого мнения, вот и сейчас убедилась: император – человек государственного ума, и он именно тот, кто нужен нашей стране. И да, это вдохновляло! Хотелось бежать в лабораторию и пробовать новый сплав, который мы только обсудили, но уже сделали кое-какие заготовки компонентов.   

  Когда мы с ректором готовили мою речь, перспектив развития оружия коснулись вскользь. И в отношение всего нескольких лет работы я, конечно, преувеличила. На самом деле такие работы займут  несколько десятков лет, но для темных магов, с которыми у нас шаткое перемирие, это почти ничего, а для нашего королевства каждый год мира – как глоток свежего воздуха задыхающемуся. Поэтому пришлось слегка приукрасить. Надеюсь, что всё сделала правильно, и меня не осудят за некоторое преувеличение.

  Я глянула на спутника. Зуртамский был таким довольным, что хотелось предложить ему лимон, но радость от успешного выступления гасило желание поссориться. По крайней мере, до окончания нашего визита в императорский дворец.  

  Ректор мелькнул где-то поблизости, но даже по спине было видно – он доволен. Теперь на него посыплется множество приятных и денежных предложений, не говоря уж об императорской милости.  

  Все пары, закончившие представление императору, становились вдоль зала, мы тоже стали на указанное распорядителем место, ожидая первого танца. Ах, как давно я не была на балу! Уже и забыла как слепит яркий свет, как смешиваются запахи духов, обуви и магических светильников, какой тихий шум получается от гула шепотков, шелеста пышных женских платьев, поскрипывания мужских сапогов и бряцания шпор по паркету. Как тихо позвякивают струнами музыканты, настраивающие свои инструменты. Всё вместе создавало ту самую атмосферу праздника, ожидания чуда и волшебства, что бывает только на балу даже в самом захудалом провинциальном городишке. А здесь императорский дворец!.. Я прерывисто вздохнула, предчувствуя только самые прекрасные впечатления, и обвела взглядом людей, что стояли вдоль зала.        

 - О, Лиззи! – приглушенный голос Зуртамского будто придавил меня, парящую под облаками, каменной глыбой. Я глянула на своего кавалера, что стоял за моим плечом. Он откровенно пялил глаза в вырез моего платья.   

  - Едкая ржавчина! – разозлилась и не сдержала ругательства я.    

  Взгляд парня моментально переместился на моё лицо и из мечтательно-дурноватого превратился в подозрительный.