Записка на салфетке

Пролог. Дорогой столик и обычный вторник

Москва вечером вторника – это для кого-то деловые ужины, для кого-то свидания, а для меня – очередной забег на длинную дистанцию по залу ресторана «Империал». Восемь часов на ногах, улыбка, приклеенная к лицу суперклеем, и бесконечный гул чужих разговоров, похожий на жужжание дорогих шмелей. «Империал» – место, где деньги не просто тратят, ими дышат, ими звенят в бокалах и небрежно роняют на пол вместе с крошками от фуа-гра. Золото, хрусталь, бархат – всё это должно ослеплять, но я тут работаю уже второй год, и мой глаз давно привык отделять настоящий блеск от мишуры.

Меня зовут Лера. Мне двадцать четыре, и пока мои однокурсники с филфака пытаются найти себя в редакциях или школах, я нашла себя здесь – между столиками с белыми скатертями и кухней, где вечно пахнет стрессом и трюфельным маслом. Не то чтобы я об этом мечтала, но счета сами себя не оплатят, а съемная однушка в Бибирево требует ежемесячной дани. Так что я тут, в эпицентре московской роскоши, с подносом наперевес и блокнотом для заказов, который видел больше секретов, чем исповедник в Ватикане.

Моя фишка, или, если хотите, профессиональная деформация, – я замечаю детали. Привычка, выработанная необходимостью угадывать желания гостей раньше, чем они их озвучат. Я вижу, как напрягается челюсть у мужчины, когда его спутница заказывает самое дорогое шампанское. Вижу фальшивую улыбку жены, слушающей тост мужа, который пять минут назад тайком подмигивал хостес. Вижу скуку в глазах детей, которых родители учат «хорошим манерам», пока сами уткнулись в телефоны. Люди здесь платят не только за еду, они платят за иллюзию идеальной жизни, а я – одна из тех, кто эту иллюзию помогает поддерживать. Фон, не более.

Есть тут и свои «звёзды». Политики, актрисы, бизнесмены с обложек. Один из таких – Артем Волков. Молодой гений из мира IT, миллионер до тридцати, лицо почти такое же непроницаемое, как экран его вечного планшета. Он бывает у нас не то чтобы часто, но всегда садится за один и тот же столик – двенадцатый, у панорамного окна. Обычно молчалив, погружен в свои дела, даже если приходит не один. Я давно перестала обращать на него внимание – просто еще одна дорогая деталь интерьера, как вон та ваза за полмиллиона или люстра, похожая на стаю замороженных медуз. Заказывает всегда одно и то же, чаевые оставляет стандартные, вежлив холодно. Пустое место в дорогой раме.

Этот вторник начинался как сотни других. Прием заказов, разносы блюд, дежурные улыбки, мысли о том, как дотянуть до полуночи и рухнуть спать. Я как раз уносила пустые кофейные чашки со столика, где две подруги в бриллиантах обсуждали чью-то неудачную пластику, когда меня выловил Слава, наш администратор. Вечно взмыленный, с бегающими глазками и бабочкой на шее, которая, кажется, жила своей жизнью.

— Лерка, ты где пропадаешь? — прошипел он, оглядываясь по сторонам, будто сообщал гостайну. — Двенадцатый столик. Волков едет. С партнером каким-то. Переговоры у них важные, понял? Чтобы комар носа не подточил! Обслуживание – экстра-класс. Это твой шанс, не облажайся.

Я кивнула, чувствуя, как внутри что-то лениво шевельнулось. Волков. Переговоры. Важные. Ну да, конечно. Очередной спектакль в нашем театре абсурда. Только на этот раз мне, похоже, досталась роль поближе к сцене. Ладно, Лера, соберись. Улыбка номер пять, спина прямая, поднос наизготовку. Обычный вторник? Похоже, сегодня он решил немного отклониться от сценария.