Записки дизайнера. Маска

Глава 15

На негнущихся ногах я добрела до своей машины и рухнула на сиденье. Мысли в моей голове хаотично двигались, ударяясь друг о друга, подобно молекулам в броуновском движении.

Наконец я почти успокоилась, и, как следствие, мысли выстроились в более или менее стройную шеренгу, открыв предо мной неприглядную истину.

У моего заказчика какие-то непонятные дела с этой долгоносой, и я ему в них мешаю. Чем же? Очевидно, тем, что хочу продолжить работать над реализацией проекта! А он, видимо, этого не хочет. Остаётся ответить на вопрос «Почему не хочет?». И почему мне прямо не сказать, что стройка приостанавливается? Я бы от него сразу отстала. И зачем я нужна его спутнице? Пока у меня не было ответа ни на один из этих вопросов.

Взглянув на часы, я спешно завела мотор. Было уже начало четвёртого, и, если я хочу выглядеть сегодня вечером в театре шикарно, следует поторопиться.

Мне удалось относительно быстро проскочить эту вечную пробку на Большевистской улице и вернуться домой с запасом времени на спокойные сборы.

Обычно для меня сборы на свидание или, как вот сейчас, в театр — целый ритуал. Сначала — обязательная ванна с морской солью или пеной, по настроению. В ванне я обычно неспешно решаю, что надеть. Потом, исходя из этого, продумываю причёску и макияж. И всё это под музыку, которую я тоже выбираю под настроение.

Сегодня я всё это делала «на автопилоте». И даже ванна с ароматной пеной не помогла мне расслабиться. Мне было страшно. Очень. Слова Александра Петровича «Может, её тоже…» звучали у меня в ушах. Что «тоже…»? Сама того не ведая, я вмешалась во что-то такое, во что вмешиваться не стоило.

Больше всего мне сейчас хотелось, чтобы кто-то сильный обнял меня и всё объяснил, а я с облегчением сказала бы: «Ах, вот оно в чём дело! А я боялась…»

Но никого не было рядом со мной. Мишка после той встречи в машине больше не объявлялся. Видимо, информации у него пока нет. А звонить самой мне как-то не хотелось, памятуя о том, как мы расстались.

Может, рассказать всё Олегу? Ведь всё происходящее его тоже может как-то коснуться. Но, представив, что я могу опять от него услышать про то, что «лезу не в своё дело», и каким тоном, я тут же оставила эту идею.

Вода в ванне остывала, и я попыталась взять себя в руки, переключившись на предстоящее мероприятие. Скоро за мной заедет Олег, у нас будет прекрасный вечер, со второй, романтической, частью. Тем более нужно успокоиться и «навести марафет», как говаривала моя бабушка.

Когда Олег позвонил в домофон, я была уже готова. Открывая ему дверь, я с удовлетворением взглянула на себя в зеркало. На мне было чёрное кружевное платье-футляр с открытой спиной, на бордовом подкладе, длиной ниже колен. Чёрные чулки со швом, тёмно-бордовые бархатные лодочки на десятисантиметровом каблуке и бархатный клатч цвета марсала довершали мой туалет. Прибавьте ещё к этому помаду бордового цвета, лак в тон и лихорадочный блеск глаз. Я выглядела на все сто!

Открыв дверь, я отпрянула назад. Вместо Олега в створку двери проник букет бордовых роз!

* * *

— Олег, спасибо ещё раз за цветы! Как ты догадался?!

— Ты про цвет? — спросил он, снисходительно улыбаясь, и, оглянув меня с головы до ног, добавил: — Выглядишь сногсшибательно!

— Спасибо, я старалась, — тронутая его оценкой, ответила я.

Мы сдали верхнюю одежду в гардеробе и решили перед спектаклем прогуляться в фойе театра. Я тоже с удовольствием смотрела на своего спутника, да и не только я. Все встречные женщины обращали на него внимание.

В Олеге всё было исключительно: от небрежной стрижки (уж я-то знаю, что эта «небрежность» достигается еженедельными походами в салон красоты), элегантного костюма индивидуального пошива из Италии до безупречных туфель оттуда же, которые у него почему-то остаются чистыми в любую погоду. Прибавьте к этому лёгкий флёр дорогого одеколона, и вы составите себе внешний образ Олега. Вместе мы смотрелись, должно быть, очень эффектно.

Несмотря на пережитое сегодня днём, я чувствовала сейчас удивительный подъём в предвкушении исполнения давнишней мечты и предстоящей второй, романтической, части вечера.

— Ты себе не представляешь, как я хотела увидеть этот… — и тут я замерла на полуслове.

— Что? — Олег ждал окончания фразы.

— Этот балет, — договорила я уже без прежнего энтузиазма.

Олег проследил за моим взглядом. Навстречу нам двигались Мишка с какой-то грудастой девицей. Повиснув у него на руке, она с обожанием ловила каждое его слово. Мишка тоже меня заметил и поприветствовал сдержанным кивком головы.

— Кто это? — спросил Олег.

— Знакомый. Ещё со студенческих времён.

— А-а, понятно. А девушка у него симпатичная, — и, подумав, добавил: — И влюблена в него по уши.

Я промолчала в ответ. Мною владело ощущение, что меня обокрали. У меня был красивый воздушный шарик, а его подошли и проткнули ржавым гвоздём.

— Знаешь, я уже нагулялась. Пойдём, — и, не дожидаясь, когда Олег последует за мной, направилась в зал.

Когда мы заняли наши места в партере, прозвенел третий, последний звонок.