Записки Лесникова. Чёрная мана.

Не делай зла другому--- оно к тебе и не вернётся.

Для меня эта ночь стала наказанием: мне снились черви, ведьма и ее избушка, затем надо мною нависла старая знакомая– навозная муха, которая глядя мне в глаза сказала:

—-Я же тебя предупреждала, Ромаааа!!!

Она завыла волчьим воем, и в ту секунду, я очнулся.

Надо мной стоял Егорович.

—Че, парниша, ведьма спать не даёт? Она такая с молодости ещё была, когда в девках в деревне жила.

—Мы с ней считай одногодки.

—ДушнОта какая на двору, скоро прОливень жди!!!

И ушёл на свою половину дома, а я долго лежал и слушал тишину за окном.

Какая же забавная у старика речь, не говор, а именно, разговорная речь.

Эти удивительные слова, с ударением на гласную — О!

А может он и есть тот леший, ну из сказок—- старичок- лесовичок!

И вот, в рассветном сне леса, первыми появились звуки.

По крыше тяжело застучали ещё редкие капли дождя.

Они играли свои дождевые ноты:до, ре, ми, фа, соль, ля, си, до…

И вдруг гигантская туча накрыла землю, деревья, двор, стало темно, потом сверкнула молния — ударилась о землю, и сразу — точно река пролилась с неба — со свистом хлынул густой ливень.

Сидеть нам в доме не пришлось, нужно было помогать Егоровичу. Постройки для скота и амбар стали от времени ветхими. Пришлось укреплять двери и стены брёвнами.

Мы сами еле держались на ногах, ветер был такой силы, что по воздуху летали метлы, камни и даже шины.

Напоили лошадей, корову, телят. У Егорыча были ещё птицы: куры, утки, гуси. Коза с козлом.

А ещё, в амбаре, жили медвежата и два волчонка.

Их мы напоили молоком и дали им мяса.

Старик рассказал, что по весне, их матерей убили браконьеры. А он выкормил малышей, вернее сам бы не справился. Помощница приходит.

Когда вернулись в избу, я решил разговорить старика.

Мы обедали, и, чтобы не заболеть, Герман Егорович достал свою наливочку, настоянную на еловых шишках и бруснике.

— А что здесь разве рядом живут люди?-- спросил я его.

Он не ответил. Почему--то перевёл разговор на другую тему.

— Раньше было в округе две деревни:Тихомировка и Марьинка.

Это были поселения, где жили большие семьи,тогда ведь помногу детей рожали.

Каждой деревне лет за двести будет.

Они основались ещё при крепостном праве, и крестьяне были собственностью предков графов Тихомировых.

После 1860 года, когда вольную крестьянам дали, многие люди ушли, остальные же по разным причинам остались и работали на графских полях, торфянике, на конюшнях.

После революции, эти деревни разделились на два лагеря: марьинские за красных, то есть за Советскую власть, тихомировские —за белых, то бишь за прежнюю жизнь при царе.

В Тихомировке много божьих людей жило. Молились не иконам, а деревянным идолам. Верили они в лесных духов, в богов —Семаргла, Бога Луны и в Ярило— Бога Солнца.

Поэтому, как Советы пришли к власти, ушли те люди в леса, а в деревне одни старики остались.

Моего отца прогнали из Марьинки и с господского двора, так он прибился к тихомиромским и стал жить с ними в лесу.

Вот стало быть под покровом ночи, приехали на лошадях мужики из Марьинки, порубили шашками стариков да убогих людей, идолов спалили огнем.

Пятеро их убийц было. Там, где стариков они в доме зарезали, девочка лежала, ножки с рождения у неё не ходили. Сиротка она была. Старик со старухой ухаживали за ней. А при той девочке куколка самодельная была. Откуда и кто ей подарил ту куколку, неведомо никому было. Звали ту девочку Даринка.

Как- то ранней осенью постучалась в двери к старикам, к тем, кто за девочкой смотрели, женщина.

А старики бездетными прожили, но по душе оставались добрыми людьми.

Женщина, что в дом постучалась к старикам, сильно хворая была, вся горела от жара в теле.

Выходили ее эти старики, и она осталась жить с ними. Помогала им по хозяйству, грибы,ягоды приносила в дом. Вскоре после появления женщины в деревне, скотина у людей болеть стала. Коровы молоко с кровью давали. Яйца, с чернотой внутр куры несли.

— Ведьма, ведьма объявилась в деревне, – кричали люди.

Прибежали они к дому стариков с вилами да лопатами, вытащили из дома за волосы женщину пришлую, хотели убить её, смотрят, а ей родить скоро.

Тогда порешили те люди запереть ее в доме, пока не родит, руки ей связали, чтобы ворожить не могла. А как ребенок родится, тогда и сжечь ее с приплодом. Вот какое злодейство задумали, взять грех на себя.

Старикам жалко Зарину стало, не верили они, что она ведьма.

По ночам руки ей развязывали, она кудель пряла, песни пела, куколок делала.

И вот в зиму родила девочку, в самые морозы. Завернула она ее в одеяльце и в трубу печную закинула.

А девочка, как через трубу вылетела, там её мужичок странный подхватил на руки и в лес с ней убежал.

В ту же ночь пришли злые люди убить Зарину с ребенком, а она уже мертвая на лавке в доме лежит. И в руках она ребёночка держит в одеяльце.