Записки моей матери

Переписка с дочерью 1979-1984гг.

Письмо от Марии. Датированное 1979 годом.

«Здравствуй, моя любимая мамулечка! Как ты? Как дела? Как твоё здоровье? Ты писала, что простудилась и лежала в больнице. Как сейчас себя чувствуешь? Как хорошо, что теперь у тебя есть дача и ты можешь хоть иногда отдохнуть от отца.

Может быть, попробуешь всё-таки развестись с ним? Бить он тебя теперь не бьёт. Боится Толика.

Но всю жизнь Толька с вами жить не будет. Ему свою семью заводить нужно. А кто знает, что будет потом, когда брат уедет? Знаю, что он сейчас дружит с девушкой. Писал, что у них всё серьёзно. Но он со свадьбой затягивает, не хочет тебя одну с отцом оставлять. Не держи ты его, прошу! Знаю, жестоко это с моей стороны — так писать. Но у него вся жизнь впереди. Не ломай её! Люблю тебя! Прости меня за резкие слова. Твоя Маша».

Письмо от Марии. Датированное 1980 годом.

«Здравствуй, моя родная! Как ты, мамуль? Как здоровье твоё? Толик с Асей собираются приехать к нам в гости. Ты-то когда приедешь? Не видела тебя четыре месяца и очень скучаю. Хорошо, что отец уехал на север. Хоть поживёшь спокойно. У меня для тебя хорошая новость. Кажется, ты скоро станешь бабушкой. Пока ещё не была у врача. На той неделе пойду. Очень, очень скучаю. Наверно, это беременность делает меня такой плаксивой. Представляешь, вчера захотела мел. Купила в магазине. И один брусочек съела, пока шла домой с работы. Целую тебя! Люблю».

Письмо от Марии. Датированное 1981 годом.

«Здравствуй, мамулечка. Как ты? Не печалься! Значит, так надо. Если честно, мы с Толиком вздохнули свободно.

Знаю, жестоко будет, но помер отец на севере — туда ему и дорога. Сколько он тебя и меня бил? Я всё детство в синяках проходила.

У бабушки только мы с Толькой покой и видели. Знаю, что развод — это стыдоба для тебя. Прости за эти слова.

А много ли ты счастья видела через отца? Не мне тебе писать об этом. Но я всегда говорю, что думаю. Наболело, мам! За всю мою детскую жизнь наболело!

Я помню, сколько он меня и ремнём, и шлангом бил, и лопатой, и граблями. И как ты меня собой закрывала! И это помню. И как он тебя беременную избивал — тоже помню. Тебя потом по скорой увозили, и не было больше детей в животе! А мы с Толькой дома с ним оставались. И как отец у тебя в ногах валялся, прощения просил — и это помню. И нет, мам. Нет у меня к нему дочерней любви. Теперь ты можешь жить, как хочешь. Люблю тебя! Прости за резкость. Твоя дочь Маша».

Письмо от Марии. Датированное 1981 годом.

«Здравствуй, мамочка! Как у тебя дела? Получила ли ты телеграмму? Мальчик весом три двести. Рост пятьдесят два сантиметра. И девочка — вес три восемьсот и рост пятьдесят три сантиметра. Выписали меня вчера. Сегодня пишу тебе письмо. Лёша нас забрал. Не привычно мне. Как ты справлялась? Молока у меня достаточно. Только каждый раз при кормлении плачу от боли. Ощущение, что грудь огнём прожигает. В роддоме сказали, что так и должно быть. Наша очередь на квартиру почти подошла. Ждём, не дождёмся, когда её получим. Как ты, моя хорошая? Прости ты меня, дуру, за те обидные слова, что я тебе написала! Знаю, что обидела тебя сильно! Прости меня, прошу! Твоя дочь Мария».

Письмо от Марии. Датированное 1981 годом.

«Здравствуй, мамочка! Как у тебя дела? Деток назвали Еленой и Тимофеем. В ЗАГСе получили маленькие зелененькие корочки. Я так рада, что ты ответила на моё письмо. Я с детками обязательно приеду в следующем году. Спасибо тебе за приглашение, родная моя! Я так по тебе соскучилась. Толька написал, что они с Асей тоже ждут пополнения в семействе. Надеюсь, я не выдала секрет. Как я мечтаю тебя обнять».

Из неотправленных

Письмо от Лены. Датированное 1984 годом.

«Доченька моя милая! Пишу тебе и плачу! Решила писать тебе письма. Знаю, что ты уже никогда не ответишь на них! Тяжко без тебя! Сначала, как узнала, думала, жизнь из меня ушла. Толик рядом был. Скорую вызвал. Как же это так? Как же вы разбились? На кого ж ты меня, старую, оставила? С детками твоими всё хорошо. Я им говорю, что вы с папой работаете много. Пока не могу им сказать, что вас больше нет. Малы они очень. Толик с Асей и Никиткой ко мне приезжают. Держусь я при них. Вида не показываю. А как одна остаюсь, так и вою в полотенце. Не дело это — родителям детей хоронить. Ведь вас и похоронить-то по-человечески не смогли. Одни головешки остались. Сват написал, что сватья, как узнала, так и слегла. Не встаёт. Инсульт у неё случился. За Леночку маленькую и Тимошку не переживай. Я, сколько смогу, их на ноги поставлю».