Записки о правом и левом мечах Бяньхуа.

Глава 5. Первый день.

Отбежав от поместья на достаточное расстояние и основательно затерявшись в густом лесу, беглецы наконец повалились на землю от усталости. Никогда в жизни им не требовалось так бежать. Су Тофу, к тому же, стёр ноги и едва не задохнулся.
Немного посидев на земле, они постепенно начали чувствовать что-то кроме усталости. Это был голод. Вполне объяснимый, всё-таки они пропустили ужин. Но у них не было с собой ни крошки, потому впервые в жизни им пришлось лечь спать натощак. Кстати о "лечь спать" - оказалось, что трава вовсе не мягкая. Она жёсткая и колючая, и в целом лежать на земле неприятно: слишком грязно и твёрдо. В итоге Цзи Сянцао пришлось достать из сумки один из слоёв своих одежд и одолжить ему на ночь. Это решило проблему только с грязью, не с жёсткостью, но они всё равно заснули очень быстро.
Утром у них болели ноги и спины, а все открытые части тела жутко чесались: оказывается, в конце лета в Цзянси летают просто полчища комаров, и теперь, когда Су Тофу и Цзи Сянцао покинули укреплённое заклинаниями поместье, то стали лёгкой добычей. И у них по-прежнему не было еды.
С некоторым трудом приведя себя в порядок и с сожалением посмотрев в сторону поместья, они пошли прочь из леса. Это отняло у них больше времени и сил, чем они ожидали. Вероятно, это был неправильный лес: то и дело приходилось решать, перебираться ли через очередной ствол или попытаться обойти. Она натёрла ноги, а Су Тофу и вовсе прихрамывал, и когда они увидели в отдалении за деревьями дым человеческого жилья, то выдохнули почти синхронно.
Рано радовались. Первый же встречный крестьянин, с подозрением посмотрев на них, сообщил, что Наньчан находится ровно за их спиной в пятнадцати ли.
Выражение их лиц было сложно описать: для них, нетренированных, пятнадцать ли было просто чудовищным расстоянием. Единственное, что могло их хоть немного утешить, было то, что в деревне им удалось раздобыть немного еды. Правда, сперва пришлось разменять серебро на медь, а это лишние волнения, и им постоянно казалось, что про их побег уже всем известно. Но обошлось, никто их не задерживал - напротив, их поясов оказалось достаточно, чтобы им предложили помощь. Они, конечно же, не могли согласиться, но отказывались с огромным сожалением. И, с огромным трудом съев непривычно жёсткую, невкусную, незатейливую еду, пошли в Наньчан по обочине, стараясь держаться тени.
Открытием для них, привыкших к, напомним, укреплённому заклинаниями поместью, стала немилосердная полуденная жара. Хоть они и старались держаться в тени, временами им приходилось проходить с десяток чжанов под палящим солнцем, и Су Тофу бормотал себе под нос проклятья и жалобы на всё подряд. Он быстро вспотел, и одежда неприятно липла к натёртой с непривычки коже. И обувь он до сих пор не разносил.
У Цзи Сянцао же была проблема посерьёзнее. Утром она проснулась раньше него и смогла сделать свои дела без помех, однако сейчас, когда они оба идут нога в ногу в сторону Наньчана по предместьям, она не могла просто взять и отойти в кусты. Однако и терпеть больше не могла. И, с трудом думая в столь кошмарную погоду, она начала говорить:

- Господин Су, ввиду ужасной жары, я предлагаю сделать небольшой привал. Эта недостойная ненадолго оставит вас, дабы вы смогли отдохнуть хоть сколько-нибудь подобающим образом.
- Компания госпожи Цзи не может стеснять, однако этот господин с радостью принимает её предложение, - простонал Су Тофу, и она, обрадованная согласием, немедленно отошла в кусты подальше. Учитывая, что лес близ города редел, а справлять нужду при мужчине, хоть и евнухе, неприлично, ей придётся отойти порядочно.

Но не успела она отойти и на три чжана, как ощутила невероятную тяжесть в теле. По его вскрику она поняла, что он ощутил то же самое, и невольно вернулась на шаг назад. Плотно сжав губы, дабы не сказать лишнего, она подумала лишь о том, что мечи Бяньхуа всё-таки не зря называют правым и левым.

- Мало того, что мы не можем их бросить, так ещё и друг от друга дальше десять шагов отойти не можем? Госпожа Цзи, прошу вас ненадолго заткнуть уши, мне хочется кое-что сказать.
- Я абсолютно соглашусь с каждым вашим словом, - мрачно добавила она.

Потом они ещё некоторое время не смотрели друг другу в глаза. Того расстояния, на которое они могли отойти друг от друга, было слишком мало для уединения, но с природой человеческой не поспоришь.
Ближе к городу они начали испытывать всё большее волнение. Мечи они, подумав, всё же достали из сумок и, разобравшись со сложнейшими креплениями, пристегнули к поясам. Потом поняли, что для удобства мечи должны быть по левую сторону, и пришлось всё переделывать. Полуденная жара спала, но им по-прежнему было жарко и хотелось пить. От грубой крестьянской пищи у них ныли животы, но даже если бы их накормили изысканными деликатесами, за столько часов пути они и так бы проголодались.
У городских ворот, собрав остатки здравомыслия и посовещавшись, решили поговорить с охраной. Су Тофу, изображая заклинателя, сообщил, что, дескать, вчера в поместье Тан пыталась проникнуть какая-то банда, и их со спутницей направили в город, дабы выяснить, не случалось ли в Наньчане чего подозрительного. Охранник, совсем молодой мужчина, согласно кивнул.

- Что было вчера - сказать, увы, не могу, заступил на службу только с утра. Однако часа три назад из поместья пришло указание. Вы, верно, вышли раньше, потому не знаете, но из поместья пропали главный евнух и одна из служанок.
- Об этом мы знаем. И что, их будут искать? - Ровно спросил Су Тофу. Из-за жары нельзя было точно сказать, отчего он так вспотел.
- Безусловно. Между прочим, вы и ваша спутница очень походите на них, если судить по приметам. Кстати, не могли бы вы назвать мне свои имена?

Не сговариваясь, Цзи Сянцао и Су Тофу рванули прочь от городских ворот и изрядно удивлённого таким поведением охранника.
Они не знали и нескоро ещё узнают, однако в указании из поместья не было сказано, что главного евнуха и старшую даму следует арестовать. Напротив, все решили, что их похитили. Ведь совершенно невозможно было представить, чтобы люди с кристально чистой репутацией, каковыми были Су Тофу и Цзи Сянцао, вдруг ни с того ни с сего убили начальника внутренней стражи и сбежали из поместья. О том, что мечи должны были доставить в поместье, знать они не могли, и потому заместитель начальника внешней охраны Тан вполне логично рассудил, что их обоих, оказавшихся не в том месте не в то время, просто украли и либо убили, либо выкрали и взяли в плен. И велел разослать их приметы по городам провинции, чтобы их смогли опознать и спасти. Но поскольку они об этом не знали, а груз вины на плечах заставлял подозревать худшее, Су Тофу и Цзи Сянцао жутко перепугались и сбежали прежде, чем им это объяснили.
Разумеется, план пристать к какому-нибудь торговому каравану провалился, и как минимум из Цзянси им придётся выбираться своими силами, избегая городов и крупных деревень.
Они пробежали никак не меньше нескольких ли, прежде чем силы окончательно их оставили, и они просто рухнули в лесу прямо на грязную землю. Су Тофу не чувствовал ног, но это было и к лучшему. Потому что Цзи Сянцао, к сожалению, чувствовала. Она подавила желание взвыть и зарыдать от безысходности, потому что прекрасно понимала, что завтрашний день будет ещё хуже сегодняшнего, а путь до Аньхоя долог и опасен.
Но делать нечего, мечи жгли ноги и оттягивали пояса, требуя вернуть Главе Жу, и если они оба хотят прожить ещё хоть один день, они встанут и пойдут на север. Даже со стёртыми в кровь ногами, болящими животами, даже страдая от жары и усталости, им придётся идти.
Нет, не чета они героям из древних легенд, что могли преодолеть тысячу ли одним шагом, убить тысячу врагов и даже не запыхаться, а после ещё и написать о своём подвиге стихотворение. Этим бы хоть до ближайшего дерева дойти.