Записки о правом и левом мечах Бяньхуа.

Глава 8. Алхимия.

Су Тофу и Цзи Сянцао во все глаза уставились на У Саньюй, ожидая увидеть настоящего заклинателя за работой. Если уж они решились выдать себя за заклинателей, необходимо по мере сил и возможностей изучать их ремесло. Потому что за всё то время, что они провели в пути, они сражались только с простыми людьми, а на этом поле явно творится нечто волшебное.
У Саньюй меж тем, в одно движение поднявшись на высоту в несколько чжанов, ненадолго зависла меж небом и землёй, оглядываясь.

- Ну и расстояние. Никогда не видела таких больших полей. Придётся идти ещё час или два. У кого-нибудь из вас есть компас?

Су Тофу и Цзи Сянцао переглянулись. Сердца их, было встрепенувшиеся в надежде, затопило непонимание с ноткой разочарования.

- Вы думаете, это просто поле? - Не сдержался Су Тофу.
- У вас есть другие предположения? - Не скрывала издёвки в голосе заклинательница.

Он вздохнул. Цзи Сянцао всецело с ним согласилась: возможно, они и ошибаются, но кое-какие моменты стоит прояснить сейчас.

- Мы странствуем уже месяц, и за всё время ни разу не встречали полей, что нельзя было бы пройти напрямик за стражу. Мы находимся в южных провинциях Хань, это поле давно бы уже распахали, засеяли и соединили с ближайшей рекой. К тому же, мы идём по этому полю уже больше стражи, и за это время Солнце не изменило своего положения ни на палец. По моим ощущениям, сейчас должен быть как минимум Час Обезьяны, однако Солнце по-прежнему в зените. К тому же, некоторое время назад мы слышали очень странный гул, как будто...как будто...
- Как будто из-под крышки огромного котла вырвался пар, - подобрала наиболее верную ассоциацию Цзи Сянцао.

У Саньюй молчала.
Через несколько мгновений вновь зазвучал тот самый звук, громкий и раскатистый, длившийся не дольше нескольких мгновений и вскоре начавший затихать, словно сорвавшуюся крышку вновь поправили. У Саньюй продолжала молчать, однако теперь это было совершенно другое молчание. Если раньше она молчала, раздумывая над словами странников, то теперь это было молчание человека, стоящего в полушаге от истины.
Цзи Сянцао не могла не отметить, что в те минуты, когда звучал тот странный не то свист, не то гул, дул слабый, едва заметный ветерок, однако совсем скоро вновь повисло удушающе-неподвижное жаркое марево.

- Вот оно что. Значит, вот где он засел, - ни капли прежней расслабленности не осталось в заклинательнице.

Странники хранили молчание.

- Вынуждена признать: кем бы вы в действительности не были, вы правы. Это не простое поле. И найти из него выход будет труднее, чем я надеялась.
- Вы знаете, кто заколдовал эту местность? - Спросил Су Тофу.
- Алхимик, - пробормотала У Саньюй, опускаясь на корточки и трогая иссушённую почву. - Молотые кости и пепел. Плохо дело.

Су Тофу и Цзи Сянцао мысленно согласились с заклинательницей.
Даже простые люди, которыми раньше были евнух и служанка, прекрасно знали о врагах Империи Хань. Первым врагом были продажные чиновники, вторым - северное княжество Чжао, третьим - южные государства. Четвёртым врагом были алхимики. Некогда благородное и уважаемое искусство преобразования материи впало в немилость, когда алхимики подобрали лучшее сырьё для эликсира бессмертия - живых людей. С тех пор алхимия из уважаемого искусства, почти науки, превратилось в верный путь на плаху, и заклинатели скорее пощадят демона, чем алхимика.
Мечи Бяньхуа задрожали, будто уловив испуг странников, и те их обнажили. У Саньюй бросила лишь один взгляд на короткие мечи, после чего кивнула и сняла с плеч лук.

- Очертите мечами круг и напитайте его ци, - велела им она. - Барьер не получится мощным, но, надеюсь, вам его хватит. И приготовьтесь к бою.

Когда они последовали её совету, У Саньюй опустилась на одно колено, прищурилась и выстрелила в Солнце.

В полёте одна-единственная стрела разделилась на множество, и бесчисленным множеством стрел был пронзён огненный шар, заменявший Солнце этому месту. Техника Тысячи Небесных Стрел сработала, и ни одна не минула цель. Большая часть стрел пробили само небо, разрывая ткань пространства и разрушая наложенные чары. Су Тофу и Цзи Сянцао в благоговении смотрели на то, как сгорает само небо, оказавшееся такой же фальшивкой, как и обжигающий шар, и само поле. Пространство сгорало невидимым, неощутимым пламенем, его обрывки падали на их наспех сотворённый барьер и таяли на подрагивающих границах. Души евнуха и служанки едва не покинули тел от ужаса, однако когда минул первый испуг, в их глазах зажглось пламя. Не сговариваясь, каждый из них понял, что только что стал свидетелем действительно сильной магии - не только той, что заперла их на раскалённом поле, но также той, что разрушила иллюзию. Они видели магию, что могла их убить - и они пережили это. Они сотворили барьер. Впервые с того дня, как они впервые ощутили движение ци по своим меридианам, они осознали свою силу - незначительную в сравнении со случайной заклинательницей, но просто немыслимую для них прежних.
И когда вместо раскалённого поля они оказались в вечернем лесу, всего в нескольких шагах от маленького домика в чаще леса, они покинули пределы барьера и, обойдя У Саньюй, двинулись прямо в него.
Дом, где скрывался алхимик, был мал и просто, скорее даже бедно обставлен. Однако было видно, что этот человек нечасто покидал облюбованное место, предпочитая просто ждать, пока кто-нибудь сам не забредёт в его ловушку. Он никак не ожидал, что очередная жертва сможет дать отпор и разрушить созданное пространство, и по его душу придут сразу три разгневанных заклинателя.
Алхимик был стар. Видно, предпочитал полагаться на магию, а не на боевые техники. И он уж явно не ожидал, что к нему войдут без стука. Он вскочил с циновки, где медитировал, и пытался было что-то сказать, но Су Тофу и Цзи Сянцао, злые и изрядно пропотевшие за несколько часов в ловушке, не стали его слушать.
Мечи Бяньхуа закончили жизнь врага Империи раньше, чем в дом успела зайти У Саньюй.