Записки о правом и левом мечах Бяньхуа.

Глава 12. Попутчик.

Как и предполагали Су Тофу и Цзи Сянцао, их отдых в поместье Му был кратким. Да и те три дня, что они провели в поместье, они в основном проводили за ритуалами очищения дома и успокоения семьи Чао. Этот аспект работы заклинателей легендарные сказания как-то опускали, обрывая историю на победе заклинателя над чудовищем. В действительности, как призналась У Саньюй, изгнать, запечатать или уничтожить призрака, нежить или даже демона чаще всего не слишком сложно. А вот проводить следом ритуалы, порой многочасовые и крайне нудные…И ведь Яньло-ван далеко не всегда отзывается с первого раза, порой приходится не один час дожидаться его чиновников.
Тем не менее, даже такие новички, как Су Тофу и Цзи Сянцао, с честью выдержали все эти три дня. Хотя состояние Су Тофу с каждым днём всё ухудшалось и ухудшалось. Он стал на цунь выше, чем раньше, но раза в два тоньше. Волосы на лице наконец прекратили свой рост, но на голове их, кажется, с каждым днём становилось всё больше и больше. Как-то неуловимо изменилась форма губ и длина ресниц. В какой-то момент Су Тофу окончательно перестал узнавать себя в зеркалах и прекратил в них смотреться. И всё же…и всё же почему-то с каждым днём всё больше и больше людей провожали его странными взглядами. Его, похожего на несвежий труп! И напрасно У Саньюй уверяла его, что он всё хорошеет и хорошеет, сам Су Тофу был совершенно иного мнения.
Закончив дело в доме Му, они получили последнюю плату и покинули уезд. Теперь У Саньюй вела их через Туншань в Янсинь, а уже из него они пройдут насквозь Цичунь и окажутся как раз в Аньхое. Су Тофу и Цзи Сянцао согласно кивали, понятия не имея, что это за уезды.
Надо отметить также, что У Саньюй несколько раз сражалась с ними по отдельности и всем скопом. Меч она, хоть и имела, ни разу не обнажила, вместо того отражая их жалкие атаки голой рукой. Странники не могли ничего противопоставить едва шестнадцатилетней заклинательнице, даже вдвоём, но после каждой такой тренировки они всё же чувствовали себя самую малость сильнее.

- Цзе-цзе и господин Су скоро ощутят свою стихию, – подбадривала их У Саньюй. – Вы очень быстро набираете силу. Большинству заклинателей, даже самым талантливым, требуется по нескольку лет, чтобы дойти до этого этапа.
- Что даст нам владение стихией? – Спросила тогда Цзи Сянцао.
- Зная стихию, заклинатель уже может приступить к созданию собственных техник. Скажем, стихия этой достопочтенной – воздух. Стихией господина Су почти наверняка будет земля, а у цзе-цзе…право, даже боюсь предполагать, но, быть может, вода.

Разумеется, предположениям У Саньюй никто их них даже не подумал верить: первая мысль этой заклинательницы почти всегда была неправильной. Но вот в том, что они смогут как следует овладеть заклинательским ремеслом, Цзи Сянцао уже не сомневалась.
Последующие несколько дней они провели в пути, и дабы скрасить дорогу, У Саньюй рассказывала им о своём обучении в ордене, о некоторых запомнившихся делах и особенно о чудовищах. О семье же она молчала, упомянув лишь единожды об отце, который проводит ритуалы, и о старшем брате, к которому она отправится в Сычуань через месяц. Сделав определённые выводы, бывшие евнух и старшая дама не выпытывали информацию. Хоть и очень хотелось, ведь путь был всё таким же долгим и тоскливым.
Вечером пятого дня пути наконец-то случилось хоть что-то: они заблудились.

- Мы зря свернули с тропинки, - заключила наконец У Саньюй. – Однако, судя по положению звёзд и поведению мечей Бяньхуа, мы следуем в целом правильно. Через несколько часов мы уже будем в Янсине.
- Ты уверена в этом? – Скептически посмотрела на неё Цзи Сянцао.

У Саньюй не ответила, и это было наиболее разумным.

Стояли дни позднего лета, но отчего-то той ночью в лесу было холоднее обычного. Су Тофу теперь острее чувствовал перепады температур и невольно ёжился от каждого порыва ветра. Этот лес чем-то отличался от всех тех, которые они с Цзи Сянцао проходили прежде, он казался темнее и тише. По спине порой бежали мурашки, и невозможно было точно отличить нервную дрожь от вызванной холодом.
Они прошли ещё некоторое время по лесу и наконец вышли на тропу, которую У Саньюй определила как ведущую в ближайший город или хотя бы деревню. Само собой, никто с ней не спорил, но как только Су Тофу завидел впереди неспешно бредущего человека, то немедля ускорился и, будучи в одном чжане от него, обратился к нему так:

- Эти путешествующие не уверены, правильно ли следуют. Не подскажет ли господин, куда ведёт эта дорога?
- Эта дорога ведёт в Циншань, - равнодушно проговорил человек, не замедляясь и не ускоряясь.
- Эта достопочтенная оказалась права, - довольно заключила У Саньюй. – Это один из посёлков уезда. Ручаюсь, что мы будем на месте к рассвету.
- Через час, - поправил её незнакомец.
- Хм, так скоро? Эта заклинательница ходила этой дорогой, однако в тот раз путь занял куда больше…однако, если этот господин так уверен, эта недостойная с ним согласится, - всё же смирилась У Саньюй.

Незнакомец больше ничего не сказал, и только продолжил путь. Су Тофу, движимый вполне понятным интересом, поравнялся с невольным попутчиком.
Незнакомец был самую малость ниже вытянувшегося Су Тофу, и носил очень светлые одежды, кажущиеся во тьме белыми. Он нёс перед собой на длинной палке фонарь, которым и освещал дорогу. На голове незнакомец носил странный головной убор, отдалённо напоминающий шапку чиновника, из-под которого струились по плечам и доходили до пояса неухоженные чёрные волосы. Однако больше, чем волосы, Су Тофу привлекло лицо – белое, едва не светящееся во тьме, оно явно принадлежало молодому юноше, но таких безучастных мутных глаз Су Тофу не встречал даже у стариков. В неровном свете фонаря кожа казалась чуть неровной, но Су Тофу счёл это игрой света и тени.
Наконец, попутчик обратил внимание на Су Тофу и повернул к нему голову. Теперь было ясно видно, что незнакомец был молодым и весьма красивым мужчиной, если бы только не глаза мёртвой рыбы, не подходящие столь молодому человеку.