Записки Стальной Мегеры

Глава 16

- Ты что натворила?!!

Голос Люцифера гремел так что стены тряслись. Маленькая Лариска сжалась в узком простенке, на неё сыпался какой-то мусор, и она передвигалась вперёд по миллиметру, прижавшись брюшком к полу, в страхе что её услышат.

- Она всё делает по-своему! Никого не слушает!! – Бабуля тоже была зла, страха в голосе не было и в помине – Мне надоело сюсюкаться с ней! Да Мамаша со Свекровью действовали по моей указке, но результат ожидался другой! Откуда я знала, что в этой дряни проснётся гордость!

- Мне плевать чего ты хотела! Верни Саманту! У меня на неё планы, и спустя столько лет ожидания, ты всё рушишь в один миг!

- Возвращай сам, если она тебе так нужна! – отвращение в голосе Бабули сочилось ядом – Я не знаю как на неё воздействовать, она вышла из-под контроля!

- Ты же её мама, мамулечка, мамусик! – Люцифер ехидно рассмеялся – Кому как не тебе знать, как заставить беглую дочь вернуться домой! Даю тебе три дня! А потом, пеняй на себя!

Звук удаляющихся шагов исчез за громыхнувшей дверью, Лариска вздрогнула всем телом и замерла.

- Чтоб ты сдох, дьявол недоделанный! – с чувством выругалась Бабуля и по полу зацокали каблучки.

Лариска услышала, как хлопнула дверь и облегчённо выдохнула. Она совсем недавно передала составленный Самантой и Сан Санычем доклад Алексу Ткачу и возвращалась коротким путём назад, когда услышала, как ругается Люцифер. И что же ей теперь делать? Рассказать Саманте? Или промолчать и пусть разбираются сами? В таких размышлениях она добралась до подвала дома. Решившись рассказать, она быстро взбежала по лестнице и поскребла в дверь. Василиса тут же её впустила, но рассказывать о произошедшем было некому – Саманта уехала. Лариска посмотрела на полосатую кошку, и мелькнувшая было мысль рассказать ей, тут же улетучилась. Кошки они в Африке кошки, доверять им нельзя.

Лететь пришлось аж на Сахалин, так что время подумать было вдоволь. Пророчество не давало покоя, как я ни старалась отвлечься. Крылья! Эх, было бы это пророчество правдой, я бы родилась с крыльями! Стольких проблем бы избежала. Всю жизнь как калека, руки, ноги на месте, даже голова не глупая, а чего-то не хватает. Кто с жалостью смотрел, кто с насмешкой, но всегда свысока. Даже в академии меня жалели, хотя училась лучше многих. Как там было? «Девочка, повелительница изначального Хаоса». Круто! А откуда Творец возьмётся? О нём и забыли уже давно. Вернётся только в случае крайней нужды. А как понять, что нужда крайняя? И что вообще эта нужда наступила? Подкрадётся как песец, незаметно? А как Творец о ней узнает? Может у него мобильник с собой? Про мобильник это я конечно загнула, откуда у него мобильник. Если девочка повелительница изначального Хаоса, что есть суть женского начала, то Творец, выходит, есть суть начала мужского? Мужик значит, по любому. Хм… И что это мне даёт? Нифига и луку мешок. А Бабуля то хороша! Ад решила под себя подмять! А с Люцифером что делать думает? Оставить на должности менеджера по душам, или в уборщики? Нет, в уборщики он не пойдёт, я дядю знаю! Это ж надо, простая Мегера под самого Люцифера подкоп делает! Распустил дядюшка Ад, расслабился! После дела надо будет к Рубине наведаться, душа требует новый гардероб! А чего же моя душенька хочет на этот раз? Белое или чёрное? Точно не чёрное. Может красное? Точно, красное! Самое оно для войны, крови не видно! А я уже на войне? Эх, мне бы крылья! Вернулась к тому, с чего начала, ёлки-метёлки. Или ёлки-моталки? Тьфу, блин!

Я раздражённо заёрзала на диване и разбудила Лана. Этот песец-ленивец засыпал при любой возможности, аж завидно иногда бывало. Вот что значит железные нервы Ланистеров!

- Скоро прилетим? – спросил он и зевнул так, что челюсти хрустнули.

- Ещё часа два.

- А ты чего не спишь?

- Думаю.

- А, ну ладно.

Лан снова зевнул и свернувшись калачиком сладко засопел. Вот зараза, тут мучаешься, думаешь всякую ерунду, сна ни в одном глазу, а он дрыхнет как ни в чём не бывало! С этой бодрой мыслью я и уснула.

В деревенском магазине было людно. Бабульки в платочках и калошах, придирчиво смотрели как дородная продавщица, в видавшем виде халате, отвешивает им печенье и макароны. Полки были заставлены всякой всячиной так щедро, что ценники почти касались друг друга. Я всегда удивлялась, как в крохотных помещениях, продавцы умудрялись расставить столько товара, да так, что хотелось купить сразу всё, любой мерчандайзер обзавидуется! Отдельно красовался стеллаж с алкоголем. От разновидностей вина, водки и пива рябило в глазах. Опершись на прилавок, толстенький мужичок в пиджаке, разглядывал бутылки. На входе в деревню, я накинула на себя личину Марфы Петровны и морок, призванный отталкивать чужое внимание, так что меня видели, но внимания не обращали. Глаза деревенских жителей скользили по мне, но зацепиться им было не за что. А вот я могла пристально разглядывать всех, внимательно слушать и даже задавать вопросы.

- Валера, выбрал? – нетерпеливо спросила продавщица мужчину у прилавка с алкоголем.

- Дороговато всё, мне бы что подешевле! Ты же знаешь мою ситуацию! – мужчина с обольстительной улыбкой подошёл к ней и украдкой погладил по руке. Продавщица настороженно стрельнула глазами в группку бабулек, которые со смаком ругали какого-то врача, ничего не понимающего в болезнях, потому что шибко молодой и у него молоко на губах не обсохло, но те ничего не заметили.

- Твою ситуацию все знают! – усмехнулась продавщица – Жена пьёт, бросить её не могу, жалко, а мужской организм требует своего!

Мужик осклабился и губами изобразил поцелуй. Продавщица вздохнула и оглядевшись украдкой, достала из-под прилавка прозрачную бутылку водки. Мужик быстренько спрятал её в рукав и подал ей деньги. Потом подошёл к бабулькам и поинтересовался как у них дела. Бабки с жаром принялись костерить давешнего врача. Мужик важно покивал головой, выдал «Да, нынче не то, что раньше! Вот в наше время врачи были! Да... А теперь и обратиться не к кому. У меня вот тоже беда, уж возил, возил по врачам, а толку!» И печально махнув рукой, вышел из магазина. Бабульки тут же переключились на него и его жену. «Ой, бедный Валера! Это ж надо, жена-пьяница, совсем стыда у бабы нет, так мужа позорит, вся в отца-алкаша!»