Записки Стальной Мегеры

Глава 17

В доме, к моему удивлению, было чисто. Аккуратно заправленные постели, кухня вычищена до блеска. Да и особой нищеты, как ожидалось, я не заметила. Женщина сидела облокотясь рукой на стол и рассматривала рисунок на обоях. Обои так себе, стандартные, но поклеены недавно. Странно это, снаружи дом выглядел как запущенная избушка Бабы Яги, а внутри – очень даже современно и ухоженно.

- Вы кто?! – женщина агрессивно переводила взгляд с меня на Сан Саныча.

- Мы из собеса! – я важно уселась напротив неё на стул.

- Из какого, нафиг, собеса?! Вы как в дом попали?!

- Просто вошли. Там открыто.

- Открыто? – она растерянно потрясла головой – Нет! Не может быть! Валера всегда закрывает меня на замок!

- Галина Фёдоровна, а почему ваш муж закрывает вас на замок? – спросил мой домовой.

Она сфокусировала взгляд на Сан Саныче и в глазах мелькнула ненависть.

- Потому что считает меня дурой! Думает я не знаю, к кому он бегает!

Ого! Да тут вообще всё не просто! Я смотрела в её замутнённые алкоголем глаза, злости в ней накопилось, мама не горюй!

- Знаете и терпите? Зачем? Почему не разведётесь? – я взяла с полочки кружку и налила воды из крана.

- Не могу! Я на привороте!

От этого заявления, я поперхнулась только что набранной в рот водой и закашлялась. Брызги полетели во все стороны!

- Че… Кхе-кхе! Чего?! На привороте?

- Да. Чего здесь удивительного. – она спокойно встала, взяла тряпку и протёрла забрызганную мной столешницу.

- А как вы узнали, что это именно приворот?

- Сама догадалась! – Галина Фёдоровна заговорщицки наклонилась ко мне и косясь на Сан Саныча, принялась быстро шептать – Валера стал изменять мне, как только умер мой отец. Папа хоть и выпивал изрядно, но человек был уважаемый, любой трактор с закрытыми глазами мог перебрать. И пока был жив, Валера его побаивался. Несколько лет назад, я пыталась подать на развод и выгнать его из дома. Но как только я ему об этом сообщила, он посмотрел на меня так, что у меня всё тело ослабло! Сил шевельнуться не было совсем, а Валера, как будто стал выше ростом и навис надо мной. Его глаза сверкали гневом, рука сжалась в кулак! Я испугалась и отвела глаза. С тех пор, стоит ему зло взглянуть на меня, мои ноги становятся ватными, а сердце выпрыгивает из груди от страха. Мне стыдно что я такая слабачка, и я знаю, что люди смеются надо мной, но этот страх гораздо сильнее стыда!

- А почему вы решили, что это именно приворот? – так же, шёпотом спросила я.

- Я видела, как он что-то насыпает в бутылку с водкой, а потом даёт выпить мне. От этого у меня всё в голове мутится и становится так весело, что хочется петь! Но этот эффект длится недолго. И если бы Валера хоть раз задержался дома ещё минут на пятнадцать, он бы знал, что потом у меня сильно болит голова и проходит только если меня вырвет. А если меня вырвало, то проходит и опьянение. И тогда я занимаюсь домом, правда, только внутри, на улицу я выйти не могу, он меня всегда запирает, а окна у нас пластиковые, я не пролезаю.

- А почему на помощь никого не позовёте?

- Стыдно, что люди обо мне подумают! И Валеру боюсь, он очень страшный в гневе! Ой, что это я! Совсем одичала! Хотите чаю?!

Мы вежливо отказались и отправились восвояси, переваривать полученную информацию. Лан отправился пораспрашивать местных кошек о Валере и его похождениях. Я оставила входную дверь открытой, но Галина Фёдоровна так и не решилась выйти на улицу. Я грузно шлёпала по центральной улице, тяжёлые мысли перекатывались в голове и нагнетали попеременно то гнев, то непонятную тоску. Отвлёк меня наш вездесущий оптимист Филя.

- Саманта! В мэстной столовой делают умопомрачительные котлэты! Пойдём?!

- Филь, ты проверил, у Галины Фёдоровны есть стрела?

- Конэчно проверил! Никаких стрэл!

- Что же её держит взаперти? В эту дурь про приворот я не в жизни не поверю!

- Страх. – Сан Саныч заботливо взял меня под ручку – Она напугана до чёртиков!

- А я подумала про гипноз, когда она про глаза сказала.

- Одно другому не мешает. Саманта, принцесса моя, Филя прав, тебе надо поесть. Если он не врёт и котлеты в самом деле такие чудесные, в чём я сильно сомневаюсь, то все твои раздумья обретут лёгкость и новый смысл!

- Вах! Зачэм обижаешь! Амурчик никогда нэ врёт!

- Да неужели? – ехидно ответила я – А кто всё время бубнит что жена и детки голодают? Они у тебя вообще есть?

- Ай, какая разница, есть или нэт? Пойдёмте кушать, а то у Амурчика уже в животе урчит!

- А где ты такие нарядные шмотки достал? – я не унималась – Где-то я такую ткань уже видела…

Филя густо покраснел, и в сочетании с чёрной порослью на голове, стал похож на чёрта из мультиков, глазки его беспокойно забегали. Память услужливо показала мне манекен с платьем из такой же ткани в мастерской Рубины.

- Ах, ты гадёныш! – зашипела я – Если ты мою девочку обидел, я тебя в порошок сотру!

- Нэт! Нэт! – Филя попытался улизнуть, но Сан Саныч ловко поймал его за штаны – Э! Вот поэтому Амуры и летают голыми, что бы поймать нэ могли! Я её не обижу! Мамой клянусь! У нас любовь!

- Чего? – я опешила и остановилась – Какая нафиг любовь? Рубина нежить, а ты ангельского сословия!

- Ну и что! Мы на Зэмле, тут свои правила!

- Хм… Ты прав… Ладно, попозже разберёмся с вашей любовью. Где там обещанные котлеты? Показывай дорогу, Сусанин!

Пока мы методично поедали котлеты, которые предварительно, тщательно обнюхал мой недоверчивый домовой, вернулся Лан. Сведения, которые он добыл, полностью подтверждали и слова родового, и его дочери. После смерти тестя, Валера полностью взял власть в семье в свои руки, а после отъезда в Москву дочери, и вовсе стал жить в своё удовольствие. Безмужних бабёнок, в округе, было с лихвой, да и замужние Валерой не брезговали. А дома ждала зашуганная жена, над которой Валера издевался всласть. Он её не бил, но морально унижал с завидной регулярностью. Дочка их, уже много лет не приезжала, и мне стало интересно, а почему собственно? Такая плохая у неё мать? Или причина в чём-то другом? И как так получилось, что не самая трусливая женщина, полностью попала под влияние мужа? Вопросов было больше, чем ответов.