Записки Уныния. Сборник воспоминаний

Жизнь, она такая

Мне не хватало общества кого-то похожего на меня. И лучшим решением было отправиться к одной из сестёр на какой-то промежуток времени, чтобы восстановить эмоциональный фон. Для этой работы я выбрала Похоть, так как она больше была погружена в сферу всех отношений. Сестрица хорошо поняла меня в такие минуты.

Я собирала сумку для ночёвки, Гнев и Чревоугодие ждали меня у дверей. Они хотели убедиться, что я буду в безопасности рядом с Похотью, которая совсем скоро ворвалась в квартиру с широкой улыбкой. Сестрица была одета в синее коктейльное платье с декольте, в руках клатч и ключи от машины. Когда я вышла в коридор, Похоть схватила меня под руку и повела на выход, выслушивая наставления в спину.

Первым делом мы поехали в торговый центр, чтобы прикупить новых вещей. Она много говорила, чтобы развеять обстановку. Я знала, что такой ход часто используют Грехи для поимки своей жертвы. Они заговаривают зубы, ослабляют внимание, чтобы полностью парализовать бдительность. Это был хороший ход в отношении меня.

Мы ехали быстро, Похоть не обращала внимание на знаки. Её колдовство позволяло уходить от людского внимания, а камеры дорожного наблюдения не фиксировали машину сестрицы. Она хорошо водит, я знаю. Я доверяла ей.

Были мысли, что она повезёт меня в заведения для взрослых, но мы припарковались перед большим торговым центром. Похоть повела меня за одеждой со словами, что цена не важна, махая перед лицом карточкой Алчности. Иного поведения я от неё не ожидала.

Всё вернулось в моё детство в качестве Греха. Похоть водила меня по бутикам, выбирала лучшие платья и блузки. Она даже не скрывала радости, когда какой-то элемент одежды мне не подходил. Сестрица хотела, чтобы я выглядела подобающе ей.

Похоть выбрала себе чёрное клубное платье. Короткое, с тонкими лямками и глубоким декольте. К ним были куплены каблуки, сумочка, а после она записала нас к визажисту. Мне она выбрала белую короткую футболку, голубые джинсы с рваными коленями, кожаную куртку и кроссовки.

В том же торговом центре поднялись к парикмахерам, где нам сделали укладку. Похоть сказала, что мне подойдёт каре. Я ей доверяла, она никогда не подводила в этом плане. Я ей не соперник, поэтому ей нет смысла меня уродовать. Она заботилась обо мне, заботилась не как мама, а как настоящая сестра. Такие мелкие, но очень важные детали для понимания всего пазла Грехов.

Похоть выглядела иначе, когда находилась на "охоте", в кругу Грехов и наедине. Именно вместе со мной она раскрывала ту сторону, которую больше всего боялась.

Показывать свою слабость - плохой признак. А Похоть не хотела уступать в силе никому. Не важно, физическая или духовная. В конце концов, мы друг другу на деле соперники, которые стремятся пополнить свои энергетические запасы, завлекая весь мир под своё влияние.

Сестрица любила меня, как самую младшую, и по этой причине я стала одной из причин её слабости. Проявление ласки и заботы, которая может быть только у смертных. Она считала это неправильным, но каждый раз переступала через себя, чтобы только поделиться тем ощущением семьи.

— Ты со мной будешь носить всё самое лучшее, ангелок!

— Туфли, шелка, стразы... Что ещё ты мне приготовила?

— Зато ты теперь похожа на меня. Не волнуйся.

Её хитрая улыбочка, лисий взгляд, летящая походка... Ей было невозможно не восхищаться. Она сильная женщина, как человек и как высшее существо. Похоть именно тот случай, когда говорят о стальной воле. Я могла засматриваться на неё, как говорила сестрица, с детским восторгом, что заставляло её смущаться. Выходя от парикмахера, мы зашли в кафе, а сестрица продолжала рассказывать о планах на день.

Мы заняли столик, Похоть расхваливала мастера, который сделал смелое окрашивание моим волосам. Бледно-розовый с моей бледностью более делали меня похожей на куклу. И это одновременно стало причиной, почему сестрица часто оглядывалась на людей своим фирменным взглядом, убивая любое желание подойти к нам. Суровая жизнь девушки...

Но Похоти не удалось избавиться от всех желающих. Так к столику подошла компания из четырёх парней, один из которых в наглую сел рядом со мной. Сестрица положила руки на стол и якобы случайно опрокинула на него чашку горячего какао, заставив его подпрыгнуть на месте и вывалиться к своим товарищам. К нам собралась подходить официантка, но Похоть остановила её жестом.

— Думаешь, тебе это так с рук сойдёт?! — рявкнул облитый.

— Ну твоему же папаше сошло соитие с мамочкой без предохранения, — ковыряясь ложкой в десерте, я сказала это как-то автоматически.

— А по губам за такие словечки? — второй ударил по столу, пытаясь заглянуть мне в глаза.

Похоть двинула его руку, которой он опёрся на край, из-за чего парень ударился лицом о стол. Я заметила едва заметные линии в воздухе, сестрица пользовалась магией, чтобы никто не вмешался в разборки. Вернее, не вызывали охрану или полицию. Коварная ухмылка на губах Похоти говорила лишь о диком желании унизить парней, чтобы они больше никого не трогали.

Она встала и вышла из-за стола. И без того высокая, а каблуки добавили ей роста настолько, что между ней и парнями была разница примерно в голову. Похоть крепко сжала плечо двух парней, которые до этого молчали, почти впивалась ногтями в их ключицы, но всё же контролировала свои физические возможности.

— Мальчики, что ж вы не прошли мимо? Первое, мы явно не ваш уровень. Вы до сих пор берёте карманные деньги у родителей, а мы каждый день работаем над собой. Второе - вы явно никогда не читали классику, чтобы правильно знакомиться с дамами, — она медленно убрала руки. — Да и у вас не дружба, а большее. Иначе бы не ходили друг за другом. Или я не права?

Похоть щёлкнула пальцами. Я продолжила есть десерт, устремив взгляд на павильоны. По звукам и довольным смешкам сестрицы я понимала, что там далеко не детское происходит. Я посмотрела на людей, когда компания парней убежали. Когда я закончила со своими сладостями, мы отправились на парковку.