Заплатка на драконьих крыльях

Глава 13.1

На всякий случай ногой проверила снег: рассыпчатый и хрустящий, ровным покровом лежащий на месте дворика и дома. Настоящий. И будто давно уже падал вот так на это место. Будто бы… всегда здесь лежал.

Нахмурившись, не желая мириться с этим, я упрямо зашла по пояс в сугроб, словно надеясь раскопать хижину, но по-прежнему ничего не нашла.

Зато горячие и сильные руки Рагнара вытащили меня за талию из снега, несмотря на мои неосознанные попытки высвободиться.

– Замёрзнешь ведь совсем, – пытался он меня вразумить, не размыкая рук.

Но замерла я лишь тогда, когда вспоминал, что мужчина ранен и я, трепыхаясь, наверняка причиняла ему боль.

– Но, как же так? – всхлипнула и сжала губы, чтобы не разрыдаться. – А Рин? А котик? И как же мы без печи?

– Костёр разжечь можно и погреться, – голос его был спокойным и это меня немного утешило.

Но одновременно с этим и рассердило.

– Твой брат пропал! – всё ещё находясь в тёплых объятиях, топнула я ногой, заставляя снег разалеться в стороны.

Однако дракон лишь крепче прижал меня к себе, позволяя спиной ощутить тяжёлые и жаркие удары его надорванного сердца.

– Успокойся, Варюшка… Все наверняка и сейчас в доме. А дом… У тебя, думается мне, сила ведуньи открывается. Но и как кот тебя всё ещё не до конца признал, так и магия эта, тоже. Испытания бывают разными. Наверное, это – твоё.

– Не понимаю, – запрокинула я голову, чтобы взглянуть Рагнару в лицо. – Если испытание, какая-то… задачка. Что я. Должна? Я не понимаю задачи, чтобы… Найти. Решение.

Дракон задумался. Поняв, что больше я не стремлюсь утонуть в снегу, выпустил меня и прошёл вокруг места исчезнувшей хижины.

Такой высокий, израненный, очень уставший, а в каждом движении сквозила уверенность и величие.

Хотя о чём это я, не зря ведь Рагнар – дракон. Каким ему ещё быть?

И вот он, наконец, замер на месте, подставляя медленно-падающим с неба снежным хлопьям подрагивающие от слабости ладони.

– Ты наверняка должна вернуть дом. Найти его. Возможно, всё это тебе уже знакомо, что-то означает, связано с чем-то значимым для тебя. Подумай хорошенько. Не торопись. Подумай без страха, обещаю, чтобы ни случилось и как бы долго нам не пришлось быть на морозе, я помогу тебе. Хочешь, прямо сейчас разожгу костёр? – и, не дожидаясь моего согласия или возражений, пошёл подготавливать место для кострища.

– Тебе ведь нехорошо, – протянула я к нему ладонь, будто и правда могла коснуться, а ведь до него было так далеко… Но при этом шагнуть навстречу словно не хватило смелости.

– Варя, просто делай, что должна.

И это меня отрезвило. Действительно, он прав.

И я задумалась…

***
– А это что? – мне было семь, и мы сидели за крохотным столиком на кухне.

Дедушка уже тогда казался таким стареньким, но самым сильным и умным! Рядом с ним было спокойно и ничто, никто не мог напугать меня.

– А это, имбирное печенье и чай с можжевельником, – ответил он, пододвинув ко мне поднос с ещё горячим, дымящимся после печи угощением.

Кружка, белая в красный горошек, дымилась тоже. А на маленьком подоконнике стояли рюмочки в виде синих рыбок. Когда-то их было больше, и они украшали стеклянную стенку, это потом уже я выпросила оставшихся рыбок для игр с ними и начала расставлять по дому в качестве статуэток.

Печенье мне понравилось. Ещё более тёплое и уютное из-за пряности имбиря, вместе с чаем оно будто бы обнимало меня изнутри, грело саму душу.

Дедушка, худощавый, сухенький, с пергаментной от ветра и солнечных лучей кожей, смотрел на меня с лукавым прищуром и улыбался. Седовласый, с лучистыми, какими-то совсем молодыми голубыми глазами, он представлялся мне лесным духом, не иначе. Не хватало только птиц, что залетели бы в приоткрытую форточку и уселись ему на плечо!

– Ты бы в лес далеко не убегала, – попросил он вдруг.

А поймав на себе мой недоуменный взгляд, добавил:

– Кроха ещё, авось заблудишься? Как же мы с бабулей без тебя будем?

– Не заблувуф, – заверила я его, не успев прожевать, и поспешила запить печенье чаем.

– Почему же уверена?

Я пожала плечиком.

– Я не ухожу далеко, деда.

– Но если вдруг, если не заметишь, как уйдёшь в незнакомое место, ты главное дальше не иди, поняла?

– Нет, – отставила я от себя кружку.

– Ты, как только поймёшь, что дом свой найти не можешь, встань, где стоишь, зажмурься и посчитай до десяти. А если ничего не изменится, повтори. И так, пока тебя не найдут.

Я кивнула, запоминая это, будто дедушка научил какому-то волшебству. Но уверенная, что волшебство это мне не понадобиться, огорчённо вздохнула:

– Запомнила. Но я никогда так далеко не уйду, не волнуйся.

***
Наверное, считать надо было, чтобы отвлечься и побороть страх. Это я только теперь поняла. А ждать на месте, чтобы меня легче было найти.

Но что, если решение и теперешней задачки такое же простое? Ведь это моё испытание, со мной связано.

И я закрыла глаза, чувствуя, как их начинает пощипывать от слёз.

Раз, два, три…

Четыре, пять.

Шесть…

Если бы дедушка мог меня найти, я была бы согласна потеряться в самом страшном, самом дремучем лесу! Только бы дедушка меня нашёл.

Но он не сможет прийти. Больше никогда…

Семь, восемь.

Сквозь веки видела, как вспыхнул поблизости костёр. Он весело затрещал, зашумел, поздоровавшись с ветром, и дотянулся до подола моего платья своим тёплым дыханием, сбив меня со счёта.

Раз, два.

Три…

Рагнар, лишь раз не сдержав болезненный стон, что-то тяжёлое прикатил к кострищу.

Я открыла глаза.

Пень.

Навечно вросший в землю, огромный пень, теперь красовался напротив танцующего пламени, и рядом с Рагнаром на нём как раз оставалось место для меня.

– Иди сюда, – он хотел протянуть ко мне руку, но устало поник и локтями упёрся в колени, – погрейся. У тебя губы синие.