Заповедник нравственности

Учёт в ПДН. Студент авиационного училища.

Шурик сидел в городском отделе полиции, просматривая собранные материалы, но всё было не то: коллеги присылали ему фотографии кого угодно, но только не Гали с компанией. Не было никого даже отдалённо похожих на них, все эти дамы скорее проходили на девиц непотребного поведения, даже непонятно было, как можно было их спутать: самодостаточность выражается и в походке, и в осанке, и выражении лица настоящих русских женщин, даже таких бестолковых.

Злиться долго он не мог хотя бы потому, что пару часов назад ему позвонили из деревни и попросили приехать к полудню. Наверняка, были какие-то новости, но почему нельзя было сообщить их по телефону?! Он не мог больше ждать и решил отправляться немедленно.

Не успели ещё передние колёса переехать двор административного центра, дорогу ему преградили. Не сразу он узнал в разъярённой толпе родителей девчонок.

— У нас до этого был подобный разговор, я уж было решил, что ты всё понял.. Но такого я не ожидал,— сказал председатель колхоза, — Ну, скажи, какая тебе в том выгода? Не порть себе статистику, поймаешь других преступников, получишь премию..

— Что у вас опять происходит?

Подъехавшая машина, номера которой Шурик сразу узнал, спасла его от линчевания. К нему вышел полковник милиции и жестом пригласил войти, и он пошёл за ним как нашкодивший ребёнок. Внутри всё сковало тревогой безысвестности, но, увидев рядом с предназначенным для него пустым стулом директора школы, она сменилась другим неприятным чувством.

— Вам известно, что данные девушки,— тот решил начать сразу и указал на лежавшую на столе стопку личных дел, на самом верху которой лежала папка Гали, увидев которую он вздрогнул,— Отсутствуют в образовательном учреждении уже на протяжении десяти дней?

От формального тона и официального обращения на «вы» ему стало некомфортно. Испуганное лицо директора навевало ощущение тревоги, а полковник говорил как об обыденном деле.

— Нужно готовить учебно-профилактическую карту для постановки на учёт в ПДН, всем четверым.

— Но ведь у них есть ещё пять дней, чтобы найтись..

— Ты думаешь, если ДО они этого не сделали, то сейчас объявятся?! Насколько я знаю, дома они тоже не появились, так что тут может быть и уголовка.. Начинать розыск нужно немедленно, а уж если они сами из дома убежали, учёт им светит как солнце над головой!

Он нервно сглотнул при слове «уголовка», но поспешил себя же успокоить.

— Нет тут никакой уголовки! Они уехали на работу в город, чтобы вернуть деньги, и мы их уже нашли, уговариваем вернуться..

Шурик соврал, сразу же пожалев о своих словах, ведь он не имел об этом ни малейшего понятия, и теперь ему уже точно нельзя было с этим тянуть. Полковник был человек строгий и всегда сохранял самообладание, но по его глазам было ясно, что он уже начинал злиться. Шурик разговаривал аккуратно, чтобы не доводить того до спешных решений, но нелепые слова слетали только так.

— Почему я об этом ничего не знаю? И что за долг, статья 163?

— Нет, вы не поняли! Просто дайте мне эти пять дней, и всё будет. Через пять дней они дома!

— Через четыре. Впредь прошу не повышать на меня голос и соблюдать формальности, даже если я «ничего не понял».

***

Шура шла одна по дороге к библиотеке: ей очень хотелось почитать новые книги, ведь у них в деревне пылились только самые старые издания, давно прочитанные ей от корки до корки. Девочки так устали после работы, что не захотели никуда идти и её отговаривали остаться, обещая, что весь свой выходной они непременно потратят на чтение, но это её не устроило. Обещанный график 3/1 шёл с оговоркой, что они будут выполнять некий план, показатели которого им не говорили, так что неизвестно сколько ещё пришлось бы ждать этого выходного.

Дорога оказалось длиннее, чем она ожидала; уже начинало смеркаться, и ей оставалось только надеяться, что ей оформят читательский и разрешат взять на дом хотя бы одну книгу. Библиотека включала в себя четыре этажа, так что Шура даже не знала, откуда начать. Библиотекарши не было на посту, а из кладовки доносились подозрительные звоны стаканов, и она решила сама пройти наверх.

Только она поднялась наверх, как по радио объявили:

«Библиотека закрывается через 15 минут».

Шура пошла к полкам с сельскохозяйственной литературой и, пробежавшись по ним глазами, попала на ветеринарное пособие по уходу за скотиной, потянулась к нему, а он не поддался. Она увидела по ту сторону стеллажа молодого, крепкого парня среднего роста и с улыбающимися тёмными глазами под густыми бровями на красивом загорелом лице, и отпустила книгу:

— Извините, берите,— сказал он.

— Нет, что вы, я другую возьму.

— Это единственное издание. Тут, в основном, художественная литература, так что вряд ли вы тут что-то дельное найдёте.

Шура поблагодарила и в торопях стала искать что-то о крупном рогатом скоте, но в содержании о нём не было ни слова.

— Может тут найдёте?— он подал ей второй том издания, увесистый, выцветший, с коровой на обложке.

«Нет, я не успею»,— подумала Шура, глядя, как неумолимо стрелки на часах сдвигаются к числу «12», и решила её как-то незаметно вынести. Она пошла к выходу вместе с молодым человеком; внизу уже стояла библиотекарша с ключами наготове.