Заповедник нравственности

Счастье ждёт на родине.

Четыре подруги и один парень шли вдоль поля ранним утром, чтоб добраться до школы: прекрасен был рассвет, играющий лучом в скошенных колосьях, и спины колхозников, заготавливающих сено, и запряженные в телеги лошади, приминающие землю ногами. Сетнер попросил разрешения отстать и дождался, пока девушки скроются за деревом, чтоб сорвать диких яблок, сорвал он одно румяное, вкусив сладкий сок и оценив,— такие можно преподнести и Насте,— как возле веток возникла знакомая фигура. Председатель колхоза тоже сорвал яблочко и тут же выплюнул вставший поперёк горла кусок:

— Фу, кислятина!— подавился он и замолчал, долго и презрительно осматривая юнца.

— В чём дело? Яблок жалко?

— Яблок — нет, другого жалко.
— В последний раз предупреждаю: Настя моя! Это моя девушка, и я буду бороться за неё до конца!

Крики разнеслись на всю округу, и девушки уже спешили в ту сторону, но успели уйти достаточно далеко. Предотвратить драку они не поспели, но та решилась сама собой: незнакомый парень, видели они издалека, вмешался в их спор и разнял, благо, Олег Алексеевич, хоть и был старше на десяток лет, тоже не отличался отличной спорт подготовкой. Мужики, державшие их по обе стороны, отнесли Сетнера к одноклассникам.
— Что вы здесь устроили? Дайте ребёнку до школы дойти!Шура оглянулась на узнаваемый голос и встретилась глаза-в-глаза с золотистым от солнца блеском, который после долгой разлуки казался ещё более тёплым и родным.

— Какой ребёнок? Девятнадцать лет уже, в армию пора, а не за девками бегать!

Но крики за спиной уже не волновали Алмана. Он ничего не слышал вокруг и, как заворожённый, оглядывал Шуру с головы до ног и не верил, что это она стоит перед ним, а не плод измучавших видений, преследовавших его во снах и в бдении. После долгих тщетных поисков он отчаялся и решил забыть её, но она вновь явилась к нему, как путеводная звезда и луч света на горизонте. Правильно говорят, что счастье ждёт на родине.

— Где же ты была?!

Прозвучавшая в его голосе тень обвинения напугала Шуру, но в следующее мгновение он подбежал к ней и закружил на своих крепких руках, как лёгкий букет полевых ромашек, отчего её пшеничная коса распустилась и пушистыми прядями гладила его по плечам и щекам. В его глазах даже выступили слёзы, сдуваемые потом ветра, а Шура деликатно сделала вид, что не заметила.

До школы шли они уже вшестером и успели прийти до первого звонка. Шуре не хотелось отпускать его руку, зная, что через две недели они вновь расстанутся на долгий срок.

— Алман, а приходи на наш день рождения в пятницу?— предложила Настя,— Восемнадцатилетие ведь серьёзная дата.

Она и сама бы его с радостью позвала, если бы в этом году праздник не был общий — Шура и Настя родились в один день, а после них с разницей по два дня уже Дуня и Галя. Справлять они не собирались, в такой обстановке было не до веселья, но родители настояли и решили накрыть на всех в день Гали, чтоб ни у кого не получилось справлять его заранее: все равно друзья у них были одни и те же, а отцы и матери между собой дружили и присутствовали на всех праздниках, и денег сэкономят, и еды в четыре раза больше. Только Настя и Дуня этого дня боялись: Настенька боялась, что теперь ей по закону можно выходить замуж, а Дуня боялась проклятия, о котором её предостерегала её бабушка и о котором она никогда никому не рассказывала.
* * *

—Умоляю, поешь хоть немного! Андриян уже половину супчика съел, а ты всё не хочешь маму порадовать!

Разместить парней решили в доме Шурика; его мама уже вышла на пенсию и целыми днями была дома, ухаживая за ними обоими, пока родители Андрияна пытались заработать деньги на дальнейшее лечение. Ей и самой нужна была помощь: для матери страшнее всего пережить ребёнка, и жить каждый день с этой мыслью было невыносимо. В спальню у ванной принесли вторую кровать, одна упиралась в стенку у окна, вторая — в шкаф, чтоб никто не упал в приступе ночного бреда.

Женщина обложила их одеялами и, отставив тарелку, вновь принялась листать фотоальбом с продетой в него биркой из роддома на куске марли.
— Смотри, какой ты маленький родился! Всего два килограмма восемьсот тридцать семь граммов, и я держала тебя на руках такого маленького и беззащитного! Все боялась сломать тебе что-то ненароком, таким хрупким ты мне казался. А сейчас вон какой вымахал! Не бойся, сыночек, всё будет хорошо, и ты не бойся, Андрюша, выкарабкаемся! И не с таким справлялись!

— Всё в порядке, мам.. Я себя гораздо лучше чувствую.

— Да-да, и я! Всё благодаря вам.

Конечно же, это было неправдой. Андриян ничего не чувствовал, кроме постоянной слабости до того, что и руки поднять тяжело было, но всякое утро он сам вставал с огромными усилиями и шёл умываться только за тем, чтобы утешить несчастную женщину. Шурик просыпался бодрым, как и прежде, помогал дойти новоиспечённому другу, а ближе к полудню его свежесть сменялась учащающимися приступами лихорадки и помутнения, каждый из которых был хуже предыдущего. Ему что-то виделось, но, вскакивая в поту посреди ночи, он ничего не мог вспомнить.

Бросив беглый взгляд в сторону часов, он понял, что скоро прибудут Галя, Дуня и остальные. Как не хотела мать пускать их на порог, они каждый день приходили пусть даже постоять под крыльцом, оно и было лучше — нечего к больным свои бациллы приносить. Визиты их раздражали но не от того, что парни считали их виноватыми в случившемся, и не от того, что было тошно смотреть на счастливых и здоровых. Просто в такие минуты хотелось одиночества, спокойствия, но стук в окно его прервал.
— Как дела? Как здоровье?

— Всё хорошо,— слетела с уст дежурная фраза, но при виде нового лица они немного оживились и подтянулись выше к подоконнику.— А это кто? Будем знакомы.

— Алман,— поздоровался он.— Хорошо выглядите. Еще пару дней и можете со мной в космос сгонять!

— Было бы здорово! Ну, заходите ещё, если что, нам тут таблетки надо принять.

Андриян бросил последний взгляд на любимую и задёрнул штору, в бессилии упав на кровать и думая о том, сколько же ему придётся нагнать в школе и не будет ли ревновать Дуня, когда ему придётся просить о помощи Настю. Успокоившись разговорами о своём, он уснул до самой ночи..