Заповедник нравственности

Пир на весь мир

Девушки сидели в комнате Насти уже готовые к приезду сватов и помогали ей собираться: одна затягивала корсет, вторая лакировала волосы и забирала шпильками, третья делала макияж по примеру из стоящего на подставке модного журнала собранной из всех четырёх домов косметикой.

— Всё, Настя! Сейчас мы тебя духами моей мамы напшикаем, будешь как королевна.

— Сделайте лучше из меня уродину. Чтоб Олег меня увидел и передумал жениться.

Окно специально не закрывали, чтобы знать, когда ждать гостей. Наклонившись к подоконнику, Дуня подсмотрела, кто прибыл, но никого не узнала. Один был примерно ихнего возраста и прятал за спиной кнут, второй на пару лет постарше нёс широкое блюдо с угощениями и чарками пива, а третий и вовсе тридцатилетний старик открывал им ворота. Девушки приоткрыли дверь на лестницу, чтобы слышать о чём их разговор:

— Здравствуйте, путники. Будьте в нашем доме дорогими гостями. С каким вопросом пожаловали?

— Слышали мы, у вас товар на продажу есть. Слышали, что больно хорош, готовы заплатить щедро серебром и золотом.

— Ничего, вроде, не продавали.

— Давайте невесту об этом расспросим.

— Настенька! Доченька, спускайся!

Настя замялась, стоя у лестницы. Подруги молчали, не зная, о чём её уговаривать, и только переглядывались друг с дружкой. Какие они красивые и нарядные были, но повод был не радостный, так что и прихорашиваться сегодня им было не в удовольствие, и стояли они смущенные своим торжественным видом, как будто он был совсем не к месту.

— Назад дороги нет. Если сейчас пойдёшь, обратно будет сложно,— сказала Шура.

— Ничего, Настя, развестись всегда можно,— ответила Галя.

— Помолчите обе! Она и так нервничает.

Анастасия спустилась, придерживая подол белоснежного платья, а так хотелось споткнуться об него и упасть с лестницы. Платье было магазинное, не то, семейное, в котором выходила замуж ещё её бабушка и собиралась она сама, берегла с детства и решила не осквернять его память. Она была как принцесса, красивая, юная, невинная, лишь слёзы в уголках глаз портили её прекрасную свежесть.

— Ну что, товар по купцам?

— Ну да.

Гости расставили на столе угощения, отобедали с жильцами дома, не приглашая за стол подружек невесты, а затем ушли, оставив свой кнут. Галя, Дуня и Шура столпились у окна наверху, подслушивая разговоры, прибыла новая партия людей и, по всей видимости, родители Олега — пожилая пара, очень счастливые и довольные, что, наконец-то, пристроили своего сыночка.

— Ну, будь счастлив, сынок! Какую красотку отхватил.

— Тебе всё одно, козёл старый! Хозяйственная должна быть, работящая, порядочная. Сейчас таких уже нет, да и говорят люди, что до тебя она с другим гуляла, смотри, чужого выродка воспитывать будешь. И приданого у ней нет, и свадьба не как у людей..

— Это разве главное?

—У нас всё по традициям было. А это чёрти что, всё в кучу налеплено. Нельзя было с нами посоветоваться?

— В этом деле медлить нельзя. Сама знаешь, кто может объявиться! Всё, пора заходить, гостинцы не забудьте,— сказал он им и отправил посылать за гостями со стороны невесты.

Родители Олега натянули на себя счастливые улыбки и вошли в двери, внимательно разглядывая не слишком богатое убранство. Дом был убран как на Пасху и богато украшен лентами и воздушными шарами, которые девочки надували целую ночь. С порога они начали дарить им подарки на свадьбу: передаренный в сотый раз фарфоровый сервиз, постельное бельё и ключи от новостройки в центре города, в которой собирались жить молодожёны. Настины бабушка с мамой выставили на стол каравай с солью.

— Отведайте дорогие гости, наши явства. В нашем доме вам всегда рады!

После старших за стол пригласили и молодёжь. Настя шла позади, стараясь спрятаться за спинами подруг, чтобы никто не успел заметить печаль в её глазах. Виновница торжества расположилась в центре стола, но кусок не лез в горло и, глядя на неё, другие тоже не стали есть, лишь попробовав домашний сыр, пироги, мясо.

— Что нос воротите? Теперь у нас уже такие блюда не едят, вам икру да лобстеров подавай? — сказала мать Олега, когда Настя уже хотела похвалить её стряпню.

— Всё очень вкусно. Мы просто с утра поели.

— Помогала хоть на стол накрывать или так, мой праздник, я принцесса, прислуживайте мне? Ладно уж! Давайте знакомиться. Кто вы, что вы, как вы?

— Я Анастасия. Это Галина, Александра и Авдотья, мои подруги. Мы ещё с детского сада дружим.

— Что-то больно много вас. Видно, дома не сидится, всё гулять да подружек искать хочется.

Тем временем, пока невеста с подругами знакомилась с родителями жениха, к воротам дома привалили гости со всей деревни и её округов. Народу было немерено, ведь на такое грандиозное событие, как свадьба председателя колхоза не явиться было бы стыдно, короче говоря, были все. Не видно было только Сетнеровской семьи, они в то время обживали новый дом, и Алмана, так он приезжий, никто и не заметил. В долгом ожидании они начали знакомиться друг с другом.

«Давайте быстрее, Шурик, Алёшка! Что вы колготки мнёте, щас без нас всё съедят, пока вы копаетесь! — время уже поджимало. — Ты в этом пойдёшь? Иди нормально оденься, одень ту рубашку с цветочками. Где наш подарок?!».

Пришли и Дугины, и Галины, и Шурины родители, болтая между собой.

— Хорошо, что наши девочки столько лет дружат!

— Да, вот и Настенька выросла.. Слушай, дорогой, может, зря мы не дали Шурочке замуж выйти? Смотри, вон даже Настя уже под венец идёт.

— Да, это мы зря. Им чем больше запрещаешь, тем больше хочется. Все дружат с мальчиками, только вот что-то Дуниного Андрияна не видно, говорят, он с катушек съехал от горя, когда она его бросила. До чего доводит мужиков любовь!

— Глупости! Галя тоже Шурика бросила, а они вон нормально общаются. Так что это от человека зависит, от впечатлительности.

Наконец, купцов пропустили во двор. Настя спряталась наверху, а девочки вышли к гостям. Начались весёлые конкурсы с выкупом. Вести праздник было доверено Дуне, Шура помогала с реквизитом, а Галя держала ларец для денег: