Запрет на любовь

Глава 7.

   Не успел школьный автобус притормозить около нашего дома, как я спрыгнула со ступенек и помчалась прямиком через мамины клумбы. «Буду просить у нее прощение потом, сейчас мне совершенно некогда», - пронеслось у меня в голове. Этого дня я ждала целых две недели и терпения на дополнительные две минуты, чтобы пройти по дорожкам, уже не было. Они должны были вернуться в полдень, по крайней мере, так говорила Джой перед их отъездом. Пробежав максимально незаметно по двору Суровой Сью, я наконец-то оказалась на лужайке дома своей лучшей подруги. Не обращая внимания на пустую подъездную дорожку, закрытый, как и прежде гараж, отсутствие любых признаков жизни вокруг, я кинулась к парадной двери. Возбуждение и энтузиазм от долгожданной встречи застилали мне глаза. Маленькими кулачками я тарабанила в дверь. Время в голове у меня, десятилетней девочки, не поддавалось измерению, поэтому я даже не поняла, сколько ударов руками и пинков ногами сделала по двери, и в какой из моментов по моим щекам полились слезы от разочарования. Я ведь так ждала. Она обещала. Что могло случиться? Может я перепутала дни? Я резко обернулась и увидела маму. Она стояла у подножья ступенек в домашнем платье, фартуке, с ленточкой в распущенных волосах. Ее выражение лица было наполнено грустью и сочувствием. Я кинулась в ее распахнутые объятия и снова расплакалась.

- Они не приехали. Она обещала. А они не приехали, - повторяла я, цепкими пальцами цепляясь за маму. Ее открытую кожу рук покрывали мурашки. Наверное, осенний ветер. Дыхание ее было горячим. Она слегка присела, взяла меня покрепче, подняла на руки и понесла в сторону нашего дома, не переставая поглаживать по спине.

        Мы с Джой были лучшими подругами с самого нашего дества, я даже считала ее сестрой. Наши родители дружили, и мы тоже подружились, наверное, еще с самого нашего рождения. Я не представляла свою жизнь без нее. Две недели назад Джой сказала, что ее родители планируют поездку на юг страны. Она обещала писать на электронную почту и звонить. Но так и не позвонила. Ни разу. И письма от нее не было. Я знала, только что они должны вернуться в полдень пятнадцатого октября. Даже эти две недели дались мне нелегко. Я даже дала обед молчания в школе – обещала Джой, что не буду ни с кем разговаривать в знак нашей дружбы. Она в свою очередь пообещала не смотреть мультики все две недели каникул. Готова поспорить она проиграла. Обязательно спрошу у ее мамы, миссис Пэм, она точно мне скажет правду. Мы с ней иногда секретничаем о Джой и о мальчишках. Я так ждала сегодняшнего дня.

       Когда я почувствовала запах домашней выпечки, то поняла, что мы уже дома. Малиновые кексы, мои самые любимы на свете, но даже они меня не радовали сегодня. Мне нужна была Джой. Мама усадила меня на диван и опустилась на колени, на пол, напротив меня. На ее руках по-прежнему просматривались мурашки.

- Мегги, милая, - начала мама, но остановилась. Она подбирала слова. Я поняла это по тому, как она стала кусать свою губу. Она всегда так делала, когда нервничала.

- Мам, Джой обещала, что они вернутся сегодня, пятнадцатого октября, в двенадцать часов дня. Я ничего не перепутала? - я повернула голову в сторону своего расписания, которое висело на стене, на кухне, что просматривалась через дверной проем.

- Нет, ты ничего не перепутала. Но…, - мама снова остановилась. Взяла мои руки в свои и стала поглаживать их. – Вчера вечером звонил папа Джой. Было уже поздно, ты спала.

- И что он сказал? - я вытащила одну свою руку из маминых, и стала ладошкой вытирать глаза и щеки.

- Он сказал, что ему нужно остаться во Флориде, – мама снова закусила губу и продолжила. – И Джой с ее мамой тоже. Навсегда.

     Весь сегодняшний день мои мысли возвращались к воспоминаниям о том дне. Мне показалось, что я видела Джой во сне, если мою ночевку в кресле около кровати Джека можно назвать сном. Прошло уже тринадцать лет с того дня. Столько всего произошло в моей жизни, а я все еще злюсь на свою подругу детства, которая так неожиданно пропала из моей жизни. Она так и не позвонила, не написала, и в какой-то момент я решила, что ничего не хочу о ней знать вообще, никогда. Немногим позже погибли мои родители, я переехала к тете Лизи, и мне вообще стало не до нее. За столько лет я довольно редко вспоминала о ней, но сегодня был один из таких редких дней.

    После ночи, проведенной в палате Джека, в шесть утра меня разбудила Джессика. На мой вопрос «Почему она не сменила меня раньше?», который я прошептала, чтобы не разбудить Коллинза, она объяснила, что когда приходила в предыдущий раз, я крепко спала и она не стала меня лишний раз будить. Еле слышно я поднялась с кресла, размяла ломящие от неудобной позы конечности, и мы направились на выход. Последний раз я взглянула на Джека и еле слышно сказала ему «Прощай». В ответ я ощутила лишь привычную холодность. Я знала, что встречу его еще и не раз, но все уже будет по-другому для меня.

     Будучи послушной девочкой, я поехала на метро домой, и провела свой выходной, как было велено, как раньше, делая привычную работу по дому.  Безэмоциональная жизнь вернулась в свое русло. Как тогда, словно Джой снова уехала навсегда. Хотя с Джеком меня ничего совсем не связывало, и не было десятилетней дружбы за плечами, я чувствовала, где то под коркой, что я что-то теряю, что он нужен мне, как и я ему. Рядом с ним было все по-другому. Рядом с ним я чувствовала себя живой. И не важно, что я провела с ним всего пару часов в общей сложности и его эмоции в отношении меня сменялись всем спектром от ярости до спокойствия.  Но «нет», так «нет», сейчас я была настроена справиться с этой ситуацией и своими мыслями достойно. Жизнь сама решит и будь, что будет.