Запрет на любовь

Глава 7

Нервное напряжение немного отпускает только на свежем воздухе.

Мы с Алисой Андреевной стоим на крыльце школы. Она возмущается, недовольная допросом, случившимся в кабинете директора, а я, глядя на пустую разлинованную площадку, какое-то время просто молча её слушаю.

– Безобразие! Разве можно устраивать подобное! Чем думала директриса? Как допустила! А ещё все в городе её нахваливают. Какой, мол, она замечательный руководитель. Сейчас же поговорю по телефону с твоим дедом. Он свяжется с Казаковым – и эту дамочку в течение пяти минут с должности снимут!

– Не надо, – поворачиваюсь к ней.

– Что значит не надо? – вешает сумочку на плечо.

– Один из них её сын, ты же слышала.

– И что ж теперь?

– У неё итак из-за него будут неприятности. Не усугубляй, ни к чему.

Она вздыхает, надевая шляпку.

– Почему ты ничего не рассказала? – повторяет вопрос, который уже задавала в кабинете матери Ромасенко. – Всё от меня скрыла!

– Я не думала, что снова встречусь с ними.

– Тата, – смотрит на меня с немым укором во взгляде. – Это тебе не многомиллионная Москва, дорогая. Город очень маленький.

Это я уже поняла.

– Есть в Красоморске другая школа?

– Их всего две, но старшеклассники учатся только здесь.

Прекрасно. Надежда на вариант с переводом в одно мгновение лопается, точно воздушный шарик.

– Мы тебя в самый лучший класс определили, к Шац.

– Это лучший? – в изумлении выгибаю бровь.

– Да.

Что ж. Страшно представить, что из себя представляет худший.

– Не переживай. После визита полиции, этих хулиганов однозначно вышвырнут из школы, и ты сможешь спокойно учится в комфортном среде.

– Это вряд ли.

– Ну что за настроение?

– Голова болит.

– Поехали вместе со мной домой? Я сообщу Матильде Германовне о твоём плохом самочувствии.

Звучит заманчиво, но нет. Моё исчезновение будет расцениваться как трусость.

– Сильно болит?

– Выпью таблетку, пройдёт.

– Ты уверена, что не хочешь уйти? – обеспокоенно на меня поглядывает.

– Да. Сегодня занятия заканчиваются рано. Как-нибудь отсижу оставшиеся три урока.

– Ну хорошо. Пётр Игоревич заберёт тебя. Напишешь во сколько.

– Езжай.

– Если что, сразу звони мне, – наказывает строго, уже спустившись по ступенькам.

– Ладно.

Бабушка, цокая каблуками, пересекает школьный двор и, махнув мне на прощание рукой, выходит за забор.

Калитка закрывается, отрезая путь к бегству. В ту же самую секунду звенит звонок, и тишина быстро сменяется шумом, потому что коридоры заполняются детьми, покинувшими классы.

Достаю телефон и захожу в электронный дневник, чтобы посмотреть расписание уроков.

3. Русский 205

4. Алгебра 311

5. Английский 404

Так, русский у Шац. Значит, через десять минут надо вернуться на второй этаж. И по пути обязательно найти кулер с водой.

Тяжёлая железная дверь, издав пару коротких, отрывистых сигналов, распахнувшись, выпускает на крыльцо сотрудников полиции. Они обсуждают, кто что будет есть на обед.

Притом, что сейчас, так-то, только десять двадцать утра.

– По шавухе, Иваныч?

– Давай в «Шато» сегодня пожрём. Давно мы туда не наведывались с визитом.

– Ну можно. А повод какой придумаем?

– Скажем, что они траванули кого-то из туристов и что мы готовы натравить на них Роспотребнадзор. Пхах.

– Годится.

Завидев меня, резко прекращают свой диалог. Останавливаются рядом.

– Ты в порядке? – интересуется тот, который постарше и повыше.

– Да.

– Молодец, что не испугалась и сдала их.

– Похвально, – подключается второй.

– Меня ещё будут вызывать в полицию?

По правде говоря, мне очень этого не хотелось бы.

– Если следствию понадобится сотрудничество, мы сообщим, – почесав лысину, накрывает её фуражкой.

– Фёдор Иваныч, дать девчонке наши цифры, на всякий случай?

– Дай.

Толстяк копошится в кармане и достаёт оттуда маленькую прямоугольную визитку.

– И зачем она мне? – забираю бумажку. – Я ведь итак всё вам рассказала.

– Пусть будет. Вдруг что-то важное вспомнишь или кто-то из этих, – кивает в сторону здания, – угрожать тебе начнёт.