Запретная адептка для генерала драконов

Глава 4

За день до этого…

— Савриу.

Голос его величества Архилада был холоден и строг. Но уже то, что он встречал меня в одиночестве огромного тронного зала, говорило о многом. Распекать, может, будет, наказывать — точно нет.

— Ваше величество.

Остановился в трёх шагах от тронного возвышения.

Вечер удался на славу, поэтому с гораздо большим удовольствием я сейчас отсыпался бы, но приглашение короля — это то, чему не отказывают даже такие, как я.

— Потомственный боевой маг, прославленный в битвах дракон. Один из самых богатых иниров королевства. Привлекательный внешне, — Архилад бросил недовольный взгляд, — умный. С магией уровня архимага, добытого без особых усилий.

— Мне приятно, что ваше величество так высоко ценит мои заслуги, — склонил голову.

— Заслуги… — повторил Архилад. — А что делать с твоими выходками, Савриу?

С какими именно? Дело требовало уточнений.

— Не понимаю, о чём вы говорите. Как ваш верный подданный…

— Вчера ко мне на аудиенцию ворвался инир Тракас. Знаете такого?

— Посредственно, — пожал плечами.

— А его дочь? — голос короля взлетел от недовольного до откровенно злого.

Дочь? Дочь хороша.

— Не знаю, ваше величество.

— А она утверждает, что вы её соблазнили, убедили сладкими речами о женитьбе и обесчестили!

— Врёт.

А если нет, то кто же верит каждому встречному, будь он трижды иниром.

— Врёт. Что же, может быть. И королевский лекарь врёт. И сам Леон Тракас, утверждая, что вы, Савриу, раскидали всю его охрану, спрыгнули с третьего этажа и скрылись на самых злачных улицах столицы.

— Мало ли кто привидится, спины у всех одинаковы, ваше величество. А у меня сложилась слишком неоднозначная репутация, чтобы не рискнуть приплести к такому делу.

— Савриу! Ты меня за идиота держишь? — Архилад встал и стукнул посохом по полу. — Ты должен быть моей гордостью, лицом Иринира, а вместо этого…

Он оборвал себя сам. Спустился на пару ступеней.

Шапито. Если Тракас планировал привлечь меня к женитьбе на дочери, на которой пробу негде было ставить, то сильно заблуждался. Разве что через мой труп.

— Я слишком долго терпел твои выходки, Савриу. Ты — лучший. твоими стараниями в Иринире покой и благодать, но твоё поведение… Всё. Достаточно. Это была последняя выходка. И ты женишься на девице… уже не девице Тракас, не будь я королём Иринира!

Посох ещё раз ударил о пол.

Жениться? На девице, которая от уличной отличалась только красивыми платьями, да полной шкатулкой драгоценностей?

Святые упаси!

— Ваше величество, а давайте поспорим?

***

Алека

— Крошка? И ты здесь?

Я не просто застыла, покрылась льдом изнутри и снаружи.

Это он мне? Прямо на лекции? На глазах у всей группы и Барбы, которая и так меня ненавидела?

Вот… дракон!

Только надо было что-то ответить. Потому что отвратный инир, с которым я умудрилась познакомиться ночью, не просто сверлил меня весёлым стальным взглядом. Одновременно с этим он поднимался по ступеням аудитории, приближаясь ко мне всё больше.

Святые упаси!

Сделать вид, что это он не мне? Ответить? Да, надо придумать что-то достаточно холодное и убедительное, чтобы у иниров и инэр даже мысли не возникло, что нас с наглым драконом может связывать что-то, кроме лекций.

Поднявшись, как того требовали правила, сцепила руки перед собой и посмотрела прямо на ухмыляющегося дракона. Между нами оставалось ступеней двадцать.

— Вы меня с кем-то перепутали, инир.

Всем своим существом чувствовала, как из разряда неинтересной заучки переходила в ненавидимую всеми адептку. Опять! И всё из-за дракона, который считался только с собственными желаниями!

— Разве?

Пятнадцать ступеней.

— Ночью ты была сговорчивей. И так благодарила. Когда я помог тебе… с проблемой.

И, гад ползучий, кивнул на мои волосы! Волосы, которые вчера, а адепты точно были в курсе, раз и навсегда испортила Барба Гривас. Только сегодня они выглядели так, словно ничего не было.

Ничего, кроме наглого, хамоватого, самолюбивого дракона!

— Ночью я сплю, чтобы утром быть готовой к любой… пакости.

Голос звучал идеально — в меру твёрдо, в меру уверенно и даже лёгкое недоумение только усиливало эффект слов.

Только кому это, если высокородным адептам плевать на все мои выверты. Они верили иниру, которого знали, и готовы были заклеймить меня по одному его слову.

Тем временем инир поднялся, останавливаясь на одну ступень ниже меня. И даже так был выше на полголовы! Хуже того, дракон был привлекателен сильной, мужской красотой: высокий лоб свидетельствовал об уме инира, а чёрные брови вразлёт делали его строгим и жёстким. Прямой нос, невозможные пронзительные глаза и лёгкая щетина, которая ему невероятно шла.

Не будь нашей ночной встречи, я бы подумала, что это один из немногих достойных иниров, которые не пользуются своим положением и действительно служат на благо Иринира.

Вот только достойные не унижают тех, кто слабее одним неаккуратным словом.

— Это ты меня назвала пакостью? — поднял бровь дракон.

Адепты в страхе выдохнули. Я ощущала их ужас кожей, но в то же время видела взгляд инира. Он не был оскорблён, он… веселился?

— Я бы не посмела.

Не удержалась, съехидничала. Зря, конечно, но от одной только мысли, как вся академия судачит о произошедшем на лекции, холодело в груди.

Дракон приблизился, наглая рука скользнула мне на талию. И только то, что от остальных адептов нас закрывала широкая спина инира, заставляло меня стоять спокойно.

— Кто знает моё имя?

За спиной инира взметнулся лес рук. Знали все: от восторженно смотрящих адептов, до поправляющих причёски адепток.

— А ты знаешь?

Задохнулась от взгляда, которым одарил меня дракон.

— Нет, инир. Я не знаю.

Напряжение между нами трещало разрядами. Не хватало воздуха, казалось, я вот-вот упаду.