Запретная адептка для генерала драконов

Глава 24

А как безобидно всё началось.

Стоило мне выйти из комнаты, как я сразу же наткнулась на враждебные, презрительные взгляды адептов. В общем-то, неудивительно, учитывая, что из-за меня впервые наказали благородную инэру. И не просто наказали, а отчислили без права восстановления, а академию заставили выплатить компенсацию.

И все прекрасно знали, что всё это устроил не кто иной, как Ареас Савриу.

Он мог сколько угодно прикрываться кураторством, справедливостью и честью, теперь это не имело никакого значения. В академии высшей знати адепты слишком хорошо знали, что ничего не бывает просто так. А если у чего-то есть логичное объяснение, то так даже хуже — ведь это значило, что копать нужно глубже, в поисках запретного и непристойного.

А долго ли гадать, по каким причинам Савриу заступился за адептку академии.

Савриу — обладающий сложившейся, подтвержденной десятки раз репутацией вседозволенности. За не просто адептку, а бедную, несчастную сиротку без денег, связей и хоть каких-либо причин сказать ему “нет”.

Поэтому, идя до столовой, я жалела только о том, что не догадалась раньше. И не соотнесла слова Савриу с действительностью, которая встретит меня за пределами его комнат.

Высоко подняв голову, я не обращала внимания ни на противные смешки, ни на шёпот, ни на откровенные, грязные слова, которые пару раз раздались мне вслед.

Ни единой слезинки и даже намёка на них не появилось в моих глазах. Не дождутся. А осанке могли позавидовать самые высокородные инэры королевского двора.

В конце концов, какое мне дело, если все эти драконы и драконицы предпочитают думать чужими словами. С радостью перевирая и искажая реальность.

Осталось только унять дрожь, которая новой волной поднялась внутри, разделённая пополам обидой и яростью, какой я не испытывала ещё ни разу в жизни.

В висках били ритмичные молоточки, а затылок горячо пульсировал. Стыд, смущение, злость, желание ответить на оскорбление — всё это я затолкала в самый дальний угол сознания. Отложила на потом, вступая в столовую с достоинством, присущим королеве.

Только академия высшей знати слишком долго определяла статус адептов именем, а не мозгами.

И я вступала в двустворчатые, широко открытые двери, практически не глядя под ноги. В этой академии я знала каждую трещинку в каменном полу и стенах, каждую выбоину и не боялась упасть.

Но не знала, как далеко могли зайти те, чьё самолюбие затоптал тот, кто априори сильнее. И как сильно они хотели отыграться.

Шумный зал столовой встретил привычным гамом, стуком столовых приборов и редкими взрывами смеха. Оглядевшись, увидела свободный стол почти у раздачи — он всегда оставался свободным, так как был самым неудобным. Отходящие адепты волей-неволей задевали сидящих за ним, а никому не нравится, когда тебя всё время подталкивают.

Но я не собиралась рассиживаться, поэтому сделала шаг от дверей, задумчиво прикидывая, что на десять минут меня хватит, а потом стоило бы наведаться в библиотеку. Там всегда тихо, да и надо сдать книги, чтобы не случилось просрочки.

А потом на столовую вдруг опустилась неестественная тишина.

Я успела перевести взгляд на ближайших ко мне адептов и поймать злорадные, полные весёлого презрения усмешки.

А следующий миг взорвался тупой болью в районе печени.

Моих реакций не хватило, чтобы закрыться рукой или магическим щитом. Я просто растерялась. Так, как ещё никогда. Судорожно вздохнула, когда очередной шар с краской попал по моему телу.

В груди сдавило, воздух не проникал в лёгкие. От обиды и унижения глаза увлажнились, но я заставила себя ответить на взгляды адептов холодной усмешкой.

И просто ждала, пока у них закончатся снаряды, бьющие по щиту, который я всё-таки поставила. Пусть с опозданием, но я оставила себе островок спокойствия в царившем вокруг хаосе. И только это заставляло держаться. Это и Никос.

Только мысль о брате помогала смотреть прямо перед собой и не думать о несмываемых разноцветных разводах, которыми покрылась форма. А ведь я так её берегла!

Все мои силы уходили на спокойствие, которое я показывала. И оно оказалось сильнее яркой, но быстрой вспышки ненависти среди адептов академии.

Шары с краской, усиленные заклинаниями, наконец, закончились.

Адепты отомстили за отчисление одной из них, своей королевы.

— Так тебе и надо, паршивая сиротка! — крикнул кто-то безликий.

И указал на что-то над моей головой.

Увы, мой щит закрывал только спереди. А огромный, раз в десять превышающий размеры остальных, шар завис над моей головой со всем понятной целью.

Я успела только задержать дыхание.

Студенты злорадно обрадовались.

А краска… целый чан, помещённый в эластичный шар, всё-таки растёкся.

По сфере, накрывшей меня словно зонт.